Граница

Тихонова Татьяна Викторовна

— Давно уже это было, — нехотя начал гном, — эти плетеные существа нарушили границу, что им нужно, — никто не знал, они никогда не идут на разговор, они просто уничтожают все живое, так вот, тогда нашим туго пришлось, — темные всегда приходят по-разному, в тот раз они принесли черный туман, сеющий чуму… Пока люди погибали от неизвестной болезни, а Фея искала спасение от этой дряни, пострадало много эльфов, гномов, гоблинов… Темные прошли через нашу страну, перешли границу, все истекало гноем — и некому было дать отпор… Нас спасли драконы… Они оказались этой…

мерзости не по зубам… Огнем… Просто выжигали всех этих огнем. А этот — с тех пор здесь появляется, когда темные близко, и ночью…

— А почему нельзя смотреть на него? — Закинув снова дедово ружье и рюкзак за плечо, я была готова уже идти.

— Он притягивает… высасывает все силы и… выбрасывает… — шепотом быстро проговорил Филимон, и я тут же поняла почему…

Вернее почувствовала… почувствовала опасность и оглянулась. Шагах в пяти от нас стоял, пригнувшись к земле… и оскалившись… волк. Нож оказался в моей руке быстрее, чем я бы стала вскидывать ружье, да и не было у меня на это времени… Привычным движением кинув нож, я бросила руку за палкой… Ну… такого я еще не видела… мой нож, остановившись на полпути, повернул и полетел прямо в меня… нет… ко мне… в карман… Филимон сидел и крутил зеркалом, к которому и полетел нож, и прилип к нему как к магниту.

— Подожди, Ася, — голос Клима был для меня как гром среди ясного неба.

Матерый волк начал сползать на землю, как старая шкура со змеи, открывая сначала измученное лицо, а потом и всего Клима. Теперь стало видно, что он ранен. Его левая рука висела плетью вдоль тела, а красивое лицо было мертвенно-бледным. Филимон уже вприпрыжку бежал к нему, ох ты, а куда же девалась его бейсболка? Одет теперь он был в обычную лесную одежду — штаны, куртка защитного цвета, высокие ботинки, та-ак это уже от меня прихватил, и даже волосы, как у Клима, были стянуты в короткий хвост. Гном заботливо стал осматривать поврежденную руку, покачивая при этом головой.

— Здесь нам нельзя оставаться… скоро сумерки, а это их время… Ася, вызывай Феликса — у тебя зеркало. — Увидев мой вопросительный взгляд, Клим пояснил, — мое пропало после одной встречи, теперь это моя головная боль.

Зеркало легло в руку так, будто было сделано только для меня, каждый палец моей руки нашел на нем свое место, — будто сначала сделали слепок, а потом отлили его из металла. Некоторое время на нем светился по-прежнему только зеленый камень. Я взглянула на Клима, он понимающе кивнул головой:

— Жди.

Я опять перевела взгляд на зеркало, есть… засветился красный камень…

Может быть, эта штучка улавливает через мою руку всю ситуацию, оценивает ее… и еще решает, чем помочь?

— Просто Феликс тебя теперь знает, и если ты нуждаешься в помощи и ищешь его, зеркало тебе в этом поможет… — объяснил Клим.

Я покраснела, что, если он читает мои мысли? Или у меня был такой дурацкий вид, когда я разглядывала зеркало? Знакомый громоподобный чих прервал мои мысли, суровый черный глаз смотрел на меня из зеркальной глади.

— Феликс, Климу нужна твоя помощь… — черный глаз

беспомощно закрутился в маленьком кусочке стекла. — Он здесь…

— Покажи ему меня… — устало произнес Клим.

Довольное фырканье возвестило о том, что Феликс увидел Клима… Он тут же пропал из поля зеркала. Надо было ждать. Мне хотелось посмотреть, что с рукой, я подошла ближе. Заботливый Филимон уже освободил руку от одежды. В месте выше локтя была дыра… насквозь… примерно в мой палец толщиной… скорее всего перебито сухожилие, раз рука как плеть…

— Чем же это так можно? — вырвался у меня вопрос, хотя я и понимала, что Климу не до разговоров — он потерял много крови.

— Плетеные… они проходят сквозь тебя, прорастают, к ним нельзя приближаться… если не знаешь как защитить себя…

— А ты знал? — Спросила я очень тихо, — если Клим не услышит, пусть не отвечает.

Он услышал, открыл глаза и даже попытался усмехнуться:

— Я — пограничный эльф… Это моя работа… И вообще, нам всегда удавалось загнать их обратно…

Шум приближающегося дракона заставил Клима встать.

— Где гном? — он огляделся, поморщившись от боли.

Вдруг я с ужасом почувствовала как по мне что-то… ползет. С отвращением дернув ногой, я поняла, что не тут-то было… это что-то по-прежнему висело на ней… О-о, ну конечно, как я могла забыть… на штанине болтался Филимон. Он лез в свой, вернее, в мой карман. Забравшись, наконец, туда не без моей помощи, он протянул мне руку…

— Клим, все в сборе… Ну что еще, Фил? — я взялась за его маленькую ручку и…пожала ее…

Как он заверещит, я не знаю на каком языке это было выдано, но мне кажется там было что-то обо мне… А потом в ладонь мне что-то скатилось…

Посмотрев, я увидела какой-то корень… Клим в это время подошел к приземлившемуся Феликсу и, одной рукой ухватившись за упряжь, взлетел на умного зверя. Дракон вновь пригнул шею, я поняла и повторила все как сделал Клим, думая, что сейчас взлечу так же легко и изящно… Плюхнувшись позади эльфа, и услышав хихиканье Филимона в кармане, я не удержалась:

— Ой, я кажется выронила корешок, Фил… А-а-й, — гном кусанул меня наверное изо всех сил.

— Ася, ты врешь, — гном так серьезно сказал, что мне стало не по себе. — Это для Клима, надо положить корень прямо в рану, только зачисти… И еще… Я же сказал — в редких случаях Фил…

Эльф уже даже не сидел, он полулежал и постанывал от боли. На спине Феликса было устроено большое седло, закрепленное где-то внизу под его огромной тушей. В седле мы все и разместились.

— Фил, закрепи ее ремнями… — просипел Клим.

Я быстро зачистила корешок, сзади обхватила эльфа, и, приподняв его, и, привалив к себе, придержала. Филимон в это время шустро вставил снадобье в рану, и, перемещаясь по дракону как по дивану, стал пристегивать нас с Климом. Я в это время с удивлением разглядывала руку, в которой только что держала очищенный корень, — на ней всю мою жизнь был шрам, в детстве я проткнула руку рогатиной, сейчас от него осталось большое розовое пятно…