ГРАНИЦА
Шрифт:
Эта жажда, как похмелье, сушит
Правды полнокровные слова.
Но известен верный путь спасенья
От коварных происков врага –
Злобой привнесённые сомненья
Целеустремлённо отвергать.
Не давай в себе простора злобе,
Ведь она губить пришла тебя
В неприкаянном души ознобе,
Ненависти жар боготворя.
Не стесняйся истины безмолвья,
Не стремись правее правды стать,
Чувством
Должно нам не всё, что хочешь, знать.
Нужно запрещать себе порывы
Видеть средь людей себя судьёй,
Тем предотвращая злости взрывы,
Искривляющие жизни строй.
Помни: в злости ты не самозванец,
А подручный в статусе посла.
Злость – уполномоченный посланец
Ненавидящего правду зла.
КОГДА СОБОЮ НЕДОВОЛЬНЫ
Когда собою недовольны,
Душой, умом обеспокойны,
Тогда пришла пора понять,
Что слушать надо и внимать,
А не придумывать причины
Чужие примерять личины.
Внимать, как в давешней дали
Отцу и матери могли,
Не сомневаясь ни минуты,
Что мы одеты и обуты,
Накормлены в урочный час
Любовью их, живущей в нас.
Внимая истине, очнёмся,
В себе и в жизни разберёмся –
Пусть горьким будет этот путь
И не удастся отдохнуть –
Мы слишком долго отдыхали,
Не зная, от чего устали.
Без истины, как без любви,
Мы неприкаянно одни.
Но мало к истине прозреть,
В ней надо дальше жить суметь.
А не сумеем, грош цена
Души прозреньям и ума.
ФОРМУЛА ЖИЗНИ
Оптинский старец Амвросий
Жил ровно так, как учил –
Души любовью лечил
И упованьем на Бога.
Верил: лишь Богу судить
Наши дела и мечтанья,
Помыслы, речи, желанья –
В целом оценивать нас.
Наша же в жизни задача –
Груз испытаний нести,
К Богу дорогу найти,
В ней обретая бессмертье.
Жизни духовной свой опыт
Старец в себе не таил,
В несколько строк уложил
Истины мудрость и радость:
«Жить – не тужить,
Никого не осуждать,
Никому не досаждать,
И всем – моё почтенье!»
ТАКОЕ ВОТ УРАВНЕНИЕ
Ум, бесспорно, вечный пленник,
Приносящий дань годам:
Были мы равны без денег,
А теперь
ЖИЗНИ СЛЕД
Живя по собственному разуменью,
Мы свой придумываем жизни след –
Не поддавался чтобы он забвенью,
Хоть несколько, за нашей смертью, лет.
Мы рвёмся лишь к тому, что намечтали,
И не желаем, как придётся, жить.
И пусть такими, как хотим, не стали,
Достаточно такими нам прослыть.
И мы готовы всем напялить шоры,
Чтобы нашими глазами зрили нас.
Нам одобренья завсегда как шпоры –
Вгоняют нас в желаемый экстаз.
И мы бежим по жизни без оглядки,
Не чуя ног и голову сломя,
Не понимая, что играем в прятки,
Себя скрывая в жизни от себя.
Ведь главное – не то, что мы оставим,
А то, что в нас останется, в душе,
Когда мы на безмолвный суд предстанем,
Земной свой путь окончивши уже.
И если мы, свои меняя лица,
Лишь только в развлечениях паслись,
Нам невозможно будет объясниться,
На что же мы потратили всю жизнь.
Коль в жизни нашей не искали правды,
То о душе что будет нам сказать?
И будут бесы нам привычно рады –
Нам с ними дальше вечность коротать.
ВЧЕРА, СЕГОДНЯ И ЗАВТРА
«Вчера» ушло, а «завтра» нет, как нет,
И вот «сегодня» снова верховодит,
Оно на всё готово дать ответ,
Но зачастую нас в тупик заводит.
Оно не знает точно – почему
Такие мы сейчас, а не другие,
Оно прошедшего не любит мглу
И размышленья о «вчера» любые.
Оно диктует: «Будь сейчас и здесь,
И станешь непременно всем доволен,
Займи, прогнись, вотрись, подставь и влезь –
Неправ лишь тот, кто жизнью обездолен.
И наплевать на прошлое сто раз,
Оно прошло, настало наше время,
А кто былого любит слушать сказ,
Тот не осилит нынешнего бремя.
Мы будущее сами сотворим,
Как нам захочется – таким оно и будет:
Мы вот сейчас чуть-чуть поговорим,
И всё о нём в который раз рассудим…»
За днём идут неделя, месяц, год –
Мы верим только в личные желанья,
А «завтра» то ль идёт, то ль не идёт,
Не добавляя нам ни капли знанья.
Когда ж поймём: «вчера» – наш лучший друг,