Граница вечности

Фоллетт Кен

Джек все еще размышлял над последствиями.

— Ты будешь разогревать мне молоко на завтрак?

— Иногда. Или мама будет разогревать, или няня Тиффани.

Джек почувствовал уклончивый ответ на свой вопрос.

— Не знаю, — сказал он. — Я думаю, тебе лучше не спать у бабушки.

Джорджу отказало мужество.

— Ну, посмотрим, — сказал он. — А как насчет мороженого?

— Да!

Это был самый тяжелый день в жизни Джорджа.

* * *

По

дороге домой от Капитолия до округа Принс Джорджес мысли Джорджа были заняты заложниками. В этом году в Ливане похитили четырех американцев и одного француза. Одного из американцев отпустили, а остальные томились в какой-то тюрьме, если они вообще остались в живых. Джордж знал, что один из американцев был шеф отделения ЦРУ в Бейруте.

Похитители почти наверняка были членами экстремистской мусульманской группировки «Хезболла», основанной в ответ на нападение Израиля на Ливан в 1982 году. Финансово ее поддерживал Иран, а военной подготовкой руководила Иранская революционная гвардия. США считали, что «Хезболле» покровительствует иранское правительство, и расценивали Иран как пособника терроризма, которому нельзя поставлять вооружение. Джордж видел в этом проявление цинизма, поскольку президент Рейган спонсировал терроризм в Никарагуа, финансируя «контрас», экстремистскую антиправительственную группировку, которая осуществляла убийства и похищения людей.

Тем не менее Джорджа возмущало то, что происходило в Ливане. Он считал, что в Бейрут нужно отправить морских пехотинцев и проучить тех, кто посмел похитить американских граждан.

В необходимости таких мер он был убежден твердо, но, в сущности, они не дали бы желаемого результата. Как нападение Израиля спровоцировало создание «Хезболлы», так и американский удар по ней вызовет вспышку терроризма. Еще одно поколение молодых людей на Ближнем Востоке будет вырастать, готовое мстить сатане в лице Америки. Джордж и все здравомысляшие люди понимали, что жажда мести возникает, когда кипит кровь. Поэтому главное — не допускать этого.

Но легче сказать, чем сделать.

Джордж также сознавал, что он сам не выдержал этого испытания. Он ударил Джаспера Мюррея. Джаспер не был тряпкой, но он сознательно не поддался искушению дать сдачи. Как результат урон был ограниченный — и это заслуга не Джорджа.

Джордж снова жил у матери — в возрасте сорока восьми лет! Верина с маленьким Джеком занимала их некогда общий дом. Джордж полагал, что там ночует Джаспер, но не знал этого точно. Он с трудом привыкал жить разведенным — как миллионы других мужчин и женщин.

Была пятница, и он сосредоточил мысли на предстоящих выходных. Он ехал к Верине. Они договорились, как будут поступать в дальнейшем. Джордж забирал Джека в пятницу вечером и отвозил его к бабушке Джеки на уикенд, а потом привозил его обратно домой в понедельник утром. Джордж не хотел так растить своего ребенка, но это был лучший выход из положения.

Он

думал, что они будут делать. Завтра, может быть, они вместе пойдут в публичную библиотеку и возьмут книги для чтения перед сном. В воскресенье, конечно, церковь.

Он подрулил к своему бывшему дому, похожему на те, что строили на ранчо. Машины Верины нигде не было видно — она еще не вернулась. Джордж припарковал машину и пошел к двери. Из вежливости он позвонил, а потом открыл дверь своим ключом.

В доме стояла тишина.

— Это я, — громко известил он.

В кухне никого не было. Он увидел Джека, сидевшего в одиночестве перед телевизором.

— Привет, дружище, — сказал он, сел рядом с Джеком и обнял его за плечи. — А где няня Тиффани?

— Она ушла домой, — ответил Джек. — Мама опаздывает.

У Джорджа внутри закипело.

— Значит, ты сам себе хозяин.

— Тиффани сказала, что это срочно.

— Как давно это было?

— Не знаю. — Джек еще не разбирался во времени.

Джордж пришел в ярость. Его четырехлетнего сына оставили одного в доме. О чем Верина думала?

Он встал и огляделся. Чемодан с вещами Джека на уикенд стоял в холле. Джордж открыл его и увидел все необходимое: пижаму, чистую одежду, плюшевого мишку. Тиффани собрала его в дорогу, прежде чем уйти и заняться своими срочными делами.

Он пошел на кухню и написал записку: «Джек был один в доме. Позвони мне».

Он взял Джека за руку, и они пошли к машине.

Дом Джеки находился на расстоянии менее чем в милю. Когда они прибыли, Джеки дала внуку стакан молока и домашнюю булочку. Он рассказал ей, что к ним приходил соседский кот и пил молоко из блюдца. Потом Джеки посмотрела на Джорджа и спросила:

— Что тебя гложет?

— Пойдем в гостиную, я расскажу тебе.

Они перешли в соседнюю комнату, и Джордж сказал:

— Джек сидел один в доме.

— Это никуда не годится.

— Еще бы, черт возьми.

В кои веки она не обратила внимания на бранное выражение.

— А почему?

— Верина не пришла в условленное время, а няня должна была уходить.

В этот момент они услышали скрип тормозов у дома. Они оба выглянули в окно и увидели, что из красного «ягуара» вышла Верина и побежала по дорожке к двери.

— Я убью ее, — вырвалось у Джорджа.

Джеки впустила ее. Она побежала на кухню и поцеловала Джека.

— Как ты, мой маленький? — со слезой в голосе спросила она.

— Хорошо, — беспечно ответил Джек. — Я съел булочку. Бабушка печет вкусные булочки, правда?

— Очень вкусные.

— Верина, — обратился к ней Джордж, — нам нужно поговорить.

Она тяжело дышала, и на лбу у нее выступил пот. В кои веки она нашла в себе силы проявить сдержанность и не быть высокомерной.

— Я опоздала всего на несколько минут, — воскликнула она. — Не знаю, почему эта негодница ушла, не дождавшись меня.