Граница вечности

Фоллетт Кен

Но музыкантам редко удавалось вот так раззадорить публику. Дейв пришел в уныние. Им выпал отличный шанс, и они упускали его. Если не будут играть лучше, их отправят домой. «Впервые в жизни мне что-то удалось», — сказал он скептически настроенному отцу, и в конце концов тот разрешил ему ехать в Гамбург. Неужели ему придется вернуться домой и признать, что он потерпел неудачу и в этом?

Он не мог понять, в чем проблема, но Ленни понял.

— Все из-за Джеффа, — сказал он. Джефри был лид-гитаристом. — Он тоскует по дому.

— Из-за этого он плохо играет?

— Нет,

из-за этого он пьет, а поскольку пьет, играет плохо.

Дейв начал занимать место рядом с барабанами и ударять по струнам сильнее и более ритмично, но это не помогло. Он понял, что когда один музыкант недотягивает, это отражается на всей группе.

На четвертый день он пошел в гости к Ребекке.

Он с радостью узнал, что у него не один, а два родственника в Гамбурге, и второй — семнадцатилетний гитарист, Дейв дружил с одним немецким мальчиком, а Валли научился немного говорить по-английски от своей бабушки Мод, но они оба говорили на языке музыки и провели день, показывая друг другу аккорды и приемы игры на гитаре. В тот вечер Дейв повел Валли в «Кабачок» и предложил, чтобы клуб взял Валли играть в перерывах между выступлениями «Плам Нелли». Валли исполнил новый американский хит «Принесено ветром». Импресарио понравилось, и парня взяли на работу.

Неделей позже Ребекка и Бернд пригласили группу к себе на ужин. Валли объяснил ей, что ребята работают до поздней ночи и встают в полдень, поэтому они не возражают поужинать часов в шесть вечера, до выхода на сцену. Ребекку это устраивало.

Четверо из пяти приняли приглашение, Джефф отказался идти.

Ребекка нажарила кучу свиных отбивных с большим количеством соуса, картофеля, грибов и капусты. Дейв решил, что она хотела по-матерински хорошенько накормить их хоть один раз за неделю. И она была права, потому что они питались воздухом и только пили пиво и курили.

Бернд помогал жене готовить и подавать, передвигаясь по квартире с удивительной проворностью. Дейва поразило, как счастлива Ребекка и как она любит Бернда.

Ребята с аппетитом принялись за еду. Они все говорили на смешанном английском и немецком, и атмосфера была дружеской, даже если они понимали не все, что говорилось.

После ужина они от души поблагодарили Ребекку, а потом пошли на автобус, чтобы доехать до Рипербана.

Район красных фонарей в Гамбурге был похож на лондонский Сохо, только более открытый и менее сдержанный. До приезда сюда Дейв не знал, что здесь есть проститутки не только женщины, но и мужчины.

Клуб «Кабачок» помещался в неопрятном подвале. По сравнению с ним «Джамп-клуб» был просто шикарным. В «Кабачке» стояла сломанная мебель, отопление и вентиляция отсутствовали, а туалеты находились на заднем дворе.

Вернувшись сытыми после ужина Ребекки, они застали Джеффа пьющим пиво в баре.

В восемь группа вышла на сцену. С перерывами они будут играть до трех ночи. Во время каждого выступления они исполняли, по крайней мере, один раз песни, которые знали, и три раза — свои любимые. Господин Флюк заставлял их выкладываться полностью.

Сегодня

они играли хуже всего.

Во время первого отделения Джефф превзошел себя: он фальшивил и путал слова. Это сбивало всех остальных. Вместо того чтобы развлекать людей, они старались сгладить оплошности Джеффа. Под конец Ленни рассердился.

В антракте Валли вышел на сцену, сел на табурет ближе к краю, заиграл на гитаре и стал петь песни Боба Дилана. На шее у него был укреплен держатель для губной гармоники, на которой он аккомпанировал своей игре на гитаре, как Дилан. Валли хороший музыкант, подумал Дейв, и достаточно умен, чтобы признать талант и популярность Дилана. Посетители «Кабачка» предпочитали рок-н-ролл, но некоторые слушали, и когда Валли уходил со сцены, ему бурно аплодировали девушки, сидевшие за столиком в углу.

Дейв и Валли зашли в артистическую уборную в тот момент, когда там происходило нечто совершенно невероятное.

На полу лежал пьяный Джефф, неспособный держаться на ногах. Склонившийся над ним на коленях Ленни справа и слева лупил его по щекам. Вероятно, Ленни дал выход своим эмоциям, но это не приводило в чувство Джеффа. Дейв принес кружку черного кофе из бара, и они заставили Джеффа выпить его, но никакого результата не последовало.

— Придется продолжать без лид-гитариста, — сказал Ленни. — Конечно, если ты, Дейв, можешь исполнять его сольные номера.

— Я могу исполнить кое-что из репертуара Чака Берри, и это все, — ответил Дейв.

— Придется обойтись без остального. Едва ли кто-нибудь заметит это.

Дейв не был уверен, что Ленни прав. Сольные выступления с гитарой составляли основную часть хорошей танцевальной музыки, создавая колорит ный фон вместо надоедливого повторения попсовых мелодий.

— Я могу сыграть партию Джеффа, — сказал Валли.

— Ты никогда не играл с нами, — недоверчиво заметил Ленни.

— Я три вечера слушал ваша выступление, — не отступал Валли. — Я могу играть все эти песни.

Дейв взглянул на Валли и увидел в его глазах такое рвение, что не мог не растрогаться. Парень явно не хотел упускать возможность.

Ленни был настроен скептически.

— Это точно?

— Да, я могу сыграть. Это не трудно.

— Ах вот оно что. — Ленни слегка обиделся.

Дейву очень хотелось дать Валли шанс.

— Он играет на гитаре лучше, чем я, Ленни.

— Это ни о чем не говорит.

— И лучше, чем Джефф также.

— А с группой он когда-нибудь выступал?

Валли понял вопрос.

— Дуэтом с девушкой.

— Значит, с барабанщиком он не работал.

Дейв понимал, что это ключевой вопрос. Он вспомнил, как ему трудно было играть в жестких рамках, устанавливаемых ударником, когда он первый раз играл с «Гвардейцами». Но он справился, и у Валли должно получиться.

— Пусть он попробует, Ленни, — попросил Дейв. — Если тебе не понравится, ты можешь отправить его после первого номера.

В дверь просунулась голова господина Флука:

— Raus! Raus! (На выход (нем.)). Пора начинать!