Грани прошлого
Шрифт:
— Спасибо, — очень искренне сказал он, излучая радость и умиротворение. — Как ты себя чувствуешь?
— Сносно, — Офелия тряхнула головой, и золотистые локоны растрепались ещё больше.
Заэль вновь подумал о том, какая же она красивая. Даже такая хмурая и недовольная, она все равно была звонкой, изящной и ужасно притягательной.
— Как ты это сделала?
— Некромантия — мой конёк. Я не умею лечить, зато легко умею оживлять даже тех, кто много лет назад канул в лету. А уж оживить существо, в котором еще теплится магия, совсем несложно. Пойду вымою руки, — скривилась она, демонстративно
А Заэль еще долго смотрел ей вслед, невольно задаваясь вопросом: что же ему делать дальше?
Глава 22. Грани размеренности
Ночь выдалась тихая и не очень холодная. Мороз сегодня не был колючим, и Заэль сидел на скамье на окраине деревушки, стоящей на высоком холме. Отсюда открывался фантастический вид на заснеженные поля и реку Быстротечную, поблескивающую в лунном свете.
Заэль не услышал, но почувствовал приближении Офелии.
— Можно? — она кивнула на скамью, как бы спрашивая, можно ли ей присесть рядом.
Заэль пожал плечами. Ему сейчас действительно было все равно.
Офелия осторожно уселась на краешек скамьи, держась неестественно ровно. Тоже устремила взор в сумрачные дали и нерешительно спросила;
— Тебе не холодно?
Заэль снова пожал плечами. Ему сейчас было все равно на погоду.
Он почувствовал, как что-то теплое окутало его со всех сторон: это Офелия накинула на него колючий розовый плед и сама прижалась ближе.
— С тобой всё в порядке? Ты как вообще?
Заэль неопределённо покачал головой.
— Нормально.
— Нормально хорошо или нормально плохо?
— Нормально. Просто нормально.
— После происшествия с Саном ты сам не свой. Все же хорошо закончилось. Что тебя так гложет?
— Я запутался, — честно признался Заэль. — Кто я такой… Чего я хочу от жизни… Все так сложно, — он тяжело вздохнул и уронил лицо в ладони.
Пробормотал невнятно:
— Вся моя жизнь в последние месяцы была направлена на то, чтобы выжить. Для чего? Чтобы отыскать тебя? Для чего? Чтобы вместе с тобой перейти в другое измерение. Я ведь нашел подходящее. Шаренхол. Слышала о таком? Я тоже не слышал раньше. Понравилось его описание, милый должен быть мирок. Но он далековато от нас находится, прыжок потребует много сил, поэтому нам обоим нужно быть в отличной магической форме для совершения столь сложного пространственного перемещения. Нужно было бы много сил, — поправил себя Заэль. — Но тебе, наверно, все это на самом деле не надо. Вот теперь думаю, что дальше? И не нахожу ответа.
Офелия, кажется, почти перестала дышать. Заэль не мог разобрать ее эмоций, только чувствовал сильное смятение.
— На самом деле я долбанный романтик, — продолжал Заэль, отнимая руки от лица и вновь устремляя взор на россыпь звёзд на ночном небе. — Такой особенный вдохновенный идиот, который напридумывал себе красивую картину будущего, которое никому, кроме меня, не нужно.
— Мне — нужно.
— Ммм? — Заэль наконец посмотрел на Офелию.
— Мне нужно это будущее, — тихо сказала она. — Пожалуйста, не бросай меня. И мечту свою не бросай. Я очень… правда очень хочу играть в ней главную роль.
Они
А потом их губы встретились, и сладкий поцелуй вскружил голову похлеще бокала шампанского. Столько чувств было в этих ласках, столько искренних эмоций, что казалось, будто земля ушла из-под ног, а душа умчалась в межгалактический полет.
Заэль не спешил углублять поцелуй, наслаждаясь легкими прикосновениями, в которых страсти было больше, чем в интимных стонах. Он обнимал и никак не мог насытиться потрясающим ощущением счастья, затопившим всю его сущность.
Офелия гладила его по щекам, шее, волосам. Ее руки, такие тёплые и нежные, окутывали сияющим чувством обжигающей радости и безвозвратно смывали весь накопленный за долгое время негатив.
— Я люблю тебя, — прошептала она в губы.
— Слаще этих слов только твои поцелуи, — улыбнулся Заэль.
Он ближе привлек к себе Офелию, и она прижалась щекой к его груди, слушая учащенное сердцебиение.
— Прости… В последнее время я вела себя, как последняя стерва.
— Ну что ты. Зачем ты о себе так плохо говоришь? Ты вполне претендовала на первое место в хит-параде стерв.
— Хей! — Офелия шутливо боднула его головой в плечо.
Какое-то время они молчали, улыбаясь каждый своим мыслям, согреваясь одним пледом на двоих.
Потом Офелия неуверенно спросила:
— Слушай… А как ты это сделал?
— М? О чем ты?
— Сегодня, когда черта раненного принесли. Ты был так расстроен… В какой-то момент мне показалось, будто я испытываю ту же горечь, что и ты. Словно ты поделился ею, передал мне ее. Невозможно было остаться равнодушной. Готова спорить, что это твоих рук дело. Но как ты это сделал? Уверена, это не случайность.
Заэль не стал ничего скрывать.
— Так и есть. У меня есть некий врождённый дар, позволяющий мне тонко улавливать чужие эмоции, иногда могу влиять на них или делиться своими. Сегодня я просто снял с себя эмоциональный барьер и позволил всем вокруг понять на своей шкуре, как мне хреново. Подумал, что может это спровоцирует тебя на какую-то поддержку. Так и вышло.
Офелия на миг нахмурилась.
— А любовь ты тоже способен проецировать?
— А вот, кстати, любовь подделать нельзя. Я пробовал когда-то. Экспериментировал, чтобы понять, что я могу делать со своими способностями. Так вот, опытным путём выяснил, что воссоздать любовь искусственным путём невозможно. Можно передать похоть, влечение, сиюминутное восхищение и душевный покой, но любовь магии не под силу. Любовь — такая странная глубокая материя, которая не поддается насилию.
— Это хорошо. А то на миг мне подумалось, — она запнулась, но Заэль и так все понял.
— Что я просто проецирую на тебя желание смотреть на меня влюблёнными глазами? И не надейся, это ты сама хочешь на меня так глазеть, не отвертишься.
Офелия тепло улыбнулась.
– Я очень тосковала без тебя. Правда. В тот день, когда ты ушел… так и думала, что ты не вернешься. Сердце было не на месте, чуяла беду. Но все равно приперлась тогда на левобережье, проторчала там всю ночь… а потом на меня напали.