Грани прошлого
Шрифт:
— Что ты задумал? — смерил его Матариэль подозрительным взглядом.
— Небольшую шалость, — расплылся Заэль в хищной улыбке, но в подробности вдаваться не стал.
Однако сперва нужно было кое-что разузнать. Поэтому распрощавшись с друзьями, Заэль метнулся в архивную беседку Сиэля, вновь открыв дверь пинком ноги.
Ангел скривился, как от зубной боли, и недовольно проворчал:
— Слушай, если дверь сразу не открывается, не нужно выносить ее вместе с дверным проемом. Я, кажется, предупреждал, что если ты еще хоть раз…
— Какого
— Ты о ком? — невинно улыбнулся Сиэль, старательно пряча глаза.
— Я про Офелию, чухня ты пернатая! — заорал Заэль так, что Сиэль подскочил на месте. — Какого дилмона все молчали о том, что она прошла врата Ада? Как вообще допустили такое развитие событий?
— Да я п-почем знаю?
— Если бы я был рядом с ней в трудную минуту, этого бы не случилось!
— Но тебя ведь не было рядом. Ты сам от нее отказался, — напомнил Сиэль.
Заэль скрипнул зубами, едва удержавшись от порыва врезать Сиэлю по смазливому личику. Нет, лучше обрезать ему волосы. Обкорнать налысо и посмотреть, как этот красавчик будет страдать по загубленной жизни.
— Расскажи мне, как она погибла? Я требую, Сиэль.
— Зачем тебе это нужно?
— Ее душа была чистой и светлой. Не понимаю, как она перешла линию тьмы. Я должен знать это.
Сиэль тяжело вздохнул.
— Ну что ты от меня хочешь? Подробный доклад о том, в каких позах маньяк надругался над девчонкой?
Заэль вздрогнул. К горлу подступила тошнота.
— Он убил?
— Нет. Кинул там, у маяка. Выпотрошенную как физически, так и морально. Она вскоре сама наложила на себя руки, очевидно не выдержав такого потрясения.
— Где был ее ангел-хранитель в этот момент?
— Разбирался с более сложным случаем, где к подопечной лез демон.
— Более сложным? Более сложным!? А этот случай что, так, детская игра, не имеющая никаких последствий!? У нее была чистейшая душа, которая теперь досталась демонам! Как можно так пофигистично рассуждать о столь важных вещах, я не понимаю!
Звэль пулей вылетел из беседки, напоследок так хлопнув дверью, что стекла в ней всё-таки разбились с противным звоном. Он мчался вперед по дубовой аллее, в конце которой увидел того, кому сейчас больше всего мечтал начистить физиономию.
— Заэль! — улыбнулся Рорк во все тридцать два зуба, широко расставляя руки, намереваясь обнять. — Как дела, дружище? В последнее время тебя тяжело выцепить для болтовни. Тяжелую работенку подкинули, а?
Заэль без предупреждения от души двинул Рорку кулаком в челюсть и коленом — в живот. Ангел согнулся пополам от боли, задохнувшись.
— Ты чего… такое творишь? — ошарашено спросил Рорк, вытаращившись на Заэля.
— Честное слово, если бы можно было, я бы тебя сейчас убил, — честно признался тот, плюнув Рорку под ноги, после чего удалился к себе, оставив ангела в полном смятении.
На следующий
Солнце стояло в зените, но лучи не могли проникнуть через плотные кроны деревьев. Несмотря на июльскую жару в лесу было холодно, изо рта даже вырвалось слабое облачко пара. Неужели это Офелия так знатно всё подморозила? Ледяная магия демонов могла проявляться в очень дурном или, наоборот, в лучезарном настроении. Что-то подсказывало, что счастьем тут и не пахло.
Бесшумно ступая по вымершему лесу, он забрался в самую его глубь, двигаясь интуитивно, следуя эмоциональным волнам. Ауру Офелии он почувствовал, подойдя к подножию гигантского дуба, такого огромного, что его не смогли бы обхватить руками и десяток человек. Дуб был покрыт сверкающей коркой льда. Невероятно красивое и одновременно жуткое зрелище.
Заэль безошибочно определил замаскированный вход и бесшумно пробрался внутрь, явно застав хозяйку врасплох.
Офелия была дома, а именно домом называли демоны глубокие норы под скалами или старыми деревьями. Тусклый свет плохо очерчивал помещение, но яркое освещение демонам было ни к чему: они и без него идеально видели в непроглядной тьме.
Офелия сидела у огарка свечи с потрепанной книжкой, когда почуяла неладное. Ночью или хотя бы вечером она ни за что не подпустила бы к себе так близко, но сейчас было не ее время. Она подскочила, готовая к бою, и уставилась на Заэля во все глаза.
— Книжку читаешь? — спросил Заэль, щурясь в попытке разглядеть название на обложке. — Небось, про любовь и обязательно со счастливым концом?
Офелия молча швырнула в него фолиантом по некромантии, но промахнулась.
— Тыыыы!? Как ты меня нашел? Впрочем… неважно, — зло прошипела она. — Уходи!
— Эй, так скоро? Может, сначала поговорим за жизнь?
— А матом можно?
— Сарказм вряд ли доведет тебя сегодня до светлой стороны. Слушай, я понимаю, что из тебя лезет наружу неуклюжий демон, но твоя задача сейчас — обуздать его и не дать растоптать все к хренам дилмоновым.
— Что — всё?
— Чувства между нами.
— Да какие чувства могут быть между нами? Ты головой ударился по дороге сюда?
Заэль только ухмыльнулся.
— Видишь ли… я умею считывать яркие чужие эмоции. И я почувствовал, как ты затрепетала при моем появлении. Далеко не от гнева затрепетала. Так что не ври самой себе, хорошо? Мне-то врать просто бесполезно. Я и так все вижу: внутренним оком.
Офелия ничего не ответила, только шумно засопела, плотно сжав губы. Взгляд ее был полон неприкрытой злости, что сильно дисанировало с той томительной тоской, которую Заэль ощущал в ней.