Грани: Исход
Шрифт:
Денис даже развернулся, чтобы осмотреть двор – пока еще все такое безжизненное, людей немного, туристов, приносящих деньги, вообще нет. Но зато один только детинец – это почти километр стены.
В первое время, когда он приходил на стройку, плеваться хотелось от бьющих в нос запахов смолы, дегтя и прочих «натуральных» консервантов для древесины. Будь он проклят это Иослав!
Парень докурил сигарету до фильтра так, что они обожгла ему пальцы. Окурок он скомкал и выбросил во двор, а потом провел рукой по ежику коротких волос. Сейчас ему уже не удастся ничего
Снаружи раздался звук двигателя отцовского «мерседеса». Автомобиль занял место на парковке для гостей, затем показался отец и его водитель, Гриша. Раз пошли оба, значит Иослав где-то рядом. Денис знал, что его отец до смерти боится этого странного типа.
– Денису позвонить надо, – услышал он слова Лукина-старшего. – Пусть приедет.
Заслышав свое имя, парень поспешно выключил телефон. Сюда он приехал на такси, потому что не хотел светиться перед отцом лишний раз. Но раз уж мысль поговорить совпала с желанием отца позвонить сыну…
– Выключен, – отчитался Гриша.
– Ох, ладно. Внутрь пошли.
– А он не может встречаться с нами на улице?
– Что, страшно? – бравурно проговорил Всеволод Игоревич, хотя в его голосе смелости было едва ли больше. – Не дрейфь. Он говорит, что скоро все кончится.
– Кончится что? – любопытствовал Гриша. – Ваше терпение?
– Он платит, причем тут мое терпение. Он занял моих рабочих, поднял экономику – формально, разумеется, – тут же уточнил он. – Мы получили деньги, избавились от проблемной земли. Имеем к этому минимальное отношение – не будет прибыли и ладно, не для того мы в это впряглись.
– Ну, вам виднее, – ответил водитель. Денис заметил, что тот постоянно озирается по сторонам. – Может, все-таки его наружу вызовем? Не люблю я эти факелы, того и гляди прожгут костюм!
Лукин-старший лишь покачал головой и Гриша, ссутулившись, пошел следом за ним в центральное сооружение посреди крепости.
Глава 2
Дураком Денис не был и понимал, что происходит что-то нехорошее. А вот как называется центральное здание детинца, он никак не мог вспомнить. Отчего-то в голове крутилось слово «донжон», но задним умом Денис понимал, что к русским постройкам оно не очень относится.
Парень чувствовал, что сейчас он должен сделать все, чтобы наконец-то выяснить, что затевает отец. Ну не может человек, который делал деньги всю свою жизнь, поверить, что простецкий аттракцион вдруг принесет миллионы. О миллиардах и речи не было.
То, что отец не доверял собственному сыну – большая проблема. Но проблема именно сына, а никак не отца. И Денис четко понимал, что, если он не сделает попытки выяснить, что же происходит, его семья может пострадать. Как минимум – финансово.
По его собственным подсчетам строительство такой деревни обошлось минимум в пару миллиардов. А содержание – еще в несколько миллионов ежемесячно. Зарплаты сотрудникам, содержание животных.
Пока Денис наблюдал за собственным отцом и его водителем, он посмотрел на детинец
Отцу позвонили – громкий звонок донесся до Дениса. Чтобы не прерывать разговор, Всеволоду Игоревичу пришлось остаться на поверхности. В глубинах огромного сруба, на уровне первого полуподвального этажа, сигнал был гораздо слабее.
Семь башен. Квадратных, разной высоты – от трех до пяти метров. Башня над воротами была самой высокой. Остальные, в зависимости от назначения, были либо просто ниже, либо ниже и шире, массивнее. Но все они сейчас пустовали, вызывая у Дениса лишь еще больше вопросов.
Пока отец разговаривал по телефону, Денис мог рассмотреть и прочие здания внутри детинца. Были конюшни, в два этажа – наверняка казармы. Какие-то склады с широкими воротами, расположенные на возвышенности.
Сам детинец поставили так, чтобы с верхней части к стенам стекала вода. А чтобы она стекала дальше, в стены были вделаны трубы. С учетом толщины стен в полтора метра, проложить их было непросто.
Как аттракцион, детинец был построен просто великолепно – такого примера деревянного зодчества еще бы поискать. Но Денис упорно желал выяснить, чего ради все это было создано.
И, как только его отец с Гришей вошли в дом, он тут же поспешил спуститься вниз. Подслушивать и подсматривать, быть может, и нехорошо, но слишком странно все это.
– Как идут наши дела? – услышал он первым делом голос Иослава. – Все ли идет так, как запланировано?
– Да, еще пара недель и можно будет открываться, – уверенно проговорил Всеволод Игоревич.
– Открываться? – удивился Иослав. – Нет-нет, еще слишком рано, что вы.
– Но мы уже достаточно поиздержались, – с легким раздражением ответил ему Лукин. – Все построено, но в эксплуатацию мы не ввели. Нанимаем персонал…
– Прошу прощения, Всеволод Игоревич, – почти ласково ответил человек с волосами, собранными в хвост.
Чтобы лучше слышать разговор, Денису пришлось войти в здание, спуститься по ступенькам. Здесь было прохладно, а в сравнении с уличной полуденной жарой – и вовсе холодно. При этом Денис сразу же наступил на бревна, а это означало, что есть еще один подземный этаж. Минимум один.
– За что вы извиняетесь? – настал черед Лукина удивляться. – Мы вложились оба в этот проект.
– Я дал вам достаточно денег и, если вы вдруг забыли, то напоминаю, что здесь ваше участие и ваша ответственность минимальны, – беззлобно ответил Иослав.
Денис осторожно пробирался внутрь. Дом, прямоугольный снаружи, внутри был разделен коридором на две части. Коридор заканчивался лестницей, что вела на второй этаж и, похоже, в подвал. Разговор звучал из левой части.
В здании горели факелы, чадящие, коптящие – и несмотря на то, что только в коридоре их горело четыре штуки, внутри не становилось теплее, да и света было немного. Аутентично, но жутко.