Грань
Шрифт:
Девушка удалилась, а я осталась сидеть, подпирая голову. Люди вокруг были самыми обычными работягами. Пьяниц и подозрительных личностей, к моему великому счастью, не было. Вполне себе спокойное местечко. В самый раз для двух беженцев. Я была уверена, что скоро нас будут искать. Было очень странно, что до сих пор Милтон не приказал повесить на каждом столбе фотографию Мика и меня. Похоже, Микаэль был прав, и временное спокойствие, лишь затишье перед чем-то по истине грандиозным. Я так задумалась, что не заметила как подошел Мик и сел рядом. Когда его тонкие пальцы щелкнули меня по носу, я едва не замахнулась на него кулаком от неожиданности.
– Береги здоровье, Мик, - рассержено воскликнула я. – Когда-нибудь без глаза останешься!
Парень насмешливо поднял бровь, а потом склонился ко мне ближе, обдавая запахом мыла и чего-то мужского.
– Всерьез думаешь, что сможешь победить меня?!
– Я уверена, - сказала я и вздернула подбородок, как всегда делала в детстве. На губах Мика засияла улыбка, а в глазах зародились азартные огоньки.
– Еще посмотрим, - сказал Мик. Он хотел добавить что-то еще, но в тот момент рядом с нами появилась официантка с тяжелым подносом. Мы, переглянувшись с другом, напали на еду. Весь вечер меня терзал вопрос, ест ли Мик сырое мясо и рыбу. Потом появился другой, убил ли он кого-нибудь. А вскоре и третий, как скрыть его вторую сущность. И в последствие моих умственных штурмов, я поднялась в комнату с дикой головной болью. Мик плюхнулся на кровать и проницательно посмотрел на меня. Его вопрос не заставил себя ждать:
– Что тебя мучает?
Я повернулась к нему и бросила:
– Нечего.
– Врешь! – воскликнул Мик.
– Откуда ты…? – удивилась я.
– Твой пульс выдает тебя, - сказал Мик, так спокойно, словно рассуждал о погоде. – Когда ты врешь или чем-то обеспокоена, он ускоряется.
– Ты слышишь даже это? – спросила я.
– И не только это,- тихо сказал Мик, уставившись на мою шею. Я дотронулась до сонной артерии, по которой текла кровь. – Я слышу стук твоего сердца, как оно качает кровь. Слышу её движение в каждой вене. Я даже слышу, как урчит твой желудок, когда ты хочешь есть.
Я не знала, что сказать. Моя рука бессильно упала. Я так и осталась стоять посреди комнаты.
– Я напугал тебя? – спросил Мик. Его лицо выглядело спокойным.
Я покачала головой.
– Тогда, что? – не отставал парень.
– Мик, ты же просто … даже не знаю, уникален. Ты один на миллион. Ты как…гибрид. Такого не бывает в науке! Все люди, укушенные Болезнью, ставали убийцами. Некоторым даже не давали возможности открыть глаза и сразу же убивали. А ты…ты другой, понимаешь?! Ты ешь то же, что и я, чувствуешь также. Это немыслимо…. И я постоянно думаю об этом. Что если…? Хотя, забудь.
Микаэль сидел, сжав руки в кулаки. Желваки на его скулах двигались, выдавая злость. Только я не понимала, на, что он злиться. На, что здесь вообще можно было злиться?! На рок судьбы…на себя самого…или на злосчастную Болезнь, заразившую его? На меня, в конце концов?!
– Тебе станет легче, если я скажу тебе? – подал голос Мик, поднимая темные, почти черные глаза ко мне.
Я еле заметно кивнула. Что бы это ни было, я должна услышать.
– Я не знаю, почему так случилось, и я стал Болезнью лишь частично. Я не знаю, почему остались мои чувства. Я не знаю, как я превращаюсь в Болезнь и обратно, - сказал Мик.
Я вздохнула и тихо произнесла:
– Думаю, нам лучше лечь спать.
Я сразу же уснула, как только коснулась головой
22 октября, 2201 год.
Утром в забегаловке, где мы остановились было тихо. Или это я встала слишком рано. Во всяком случае, отсутствие народа в обеденном зале меня не очень огорчило. Пожилой мужчина за стойкой протирал стаканы, которые грудой скапливались на столе в меру их протирания. Я подошла ближе и присела на кострубатый стул возле стойки. Мужчина поднял уставшие глаза и пробубнил:
– Доброе утро. Чего-нибудь желаете?
Я кивнула и заказала завтрак. Мужчина скрылся в двери за стойкой. Мой взгляд бродил по стенам заведения, оббитым гладкими досками. В углу к стене был привинчен какой-то странный черный аппарат, привлекший мое внимание.
Когда ко мне подошла официантка с подносом я тихо спросила:
– А что это за прибор в стене?
Девушка чуть насмешливо смерила меня взглядом:
– Это телефон.
Я задохнулась от радости и с нетерпением стала ждать Микаэля. Он как обычно неслышно подошел сзади и плюхнулся напротив меня, так что заскрипело кресло.
– Куда ты ходил? – спросила я, с подозрением глядя на него. Мик улыбнулся и задрал ногу так, чтобы я смогла осмотреть его новую обувь. Это были короткие черные ботинки на шнуровке и грубой подошве, как раз в тему наших пеших прогулок по горам. – Где ты их взял?
Мик улыбнулся и потер руки:
– Ловкость рук- и никакого мошенничества!
– Черт, Мик! Ты ,что их украл?
– Ну, да, - спокойно кивнул парень. – И не только их.
Он расстегнул куртку и я увидела под низом теплую кофту. В нагрудном кармане торчала пара перчаток, а в рукаве куртки была припрятана рубашка. Я прыснула от смеха и покачала головой. Неужели это был Мик?! Работяга – Мик в нашей прошлой жизни и руку бы не поднял на чужую вещь.
– Но, самое главное, что у меня есть, это он, - Мик достал из-за пояса острый кинжал с отделанной рукояткой. – Ну, а что?! Ты напичкана оружием, а я как мальчишка.
– Мик, там телефон, - кивнула я на громоздкий агрегат в стене. – У нас больше нет времени тянуть. Я должна позвонить по тому номеру, который был в газете.
Друг посерьезнел и посмотрел на меня:
– Я с тобой, ты же знаешь. К тому же, если бы не я, всей этой каши и не было бы.
– В этом нет твоей вины, - вздохнула я и поднялась из-за стола.
Я достала помятый листок, на котором был нацарапан номер Стражей и подошла к телефону. На широком черном ящике были ввинчены цифры от нуля до девяти. Тяжелая металлическая трубка, как только я ее подняла, издала противные пикающие гудки. Я быстро набрала номер и выдохнула. Через мгновение трубку сняли и прозвучал голос:
– Центр Стражей, чем могу помочь?
– Эээ… - растерялась я. Голос оператора звучал уверенно, что было совсем вразрез с моими чувствами. Все слова, которые я готовила, разлетелись как стайка птиц. – Я читала в газете о новом наборе Стражей. И я хотела бы попасть к…к вам.