Грань
Шрифт:
— Нет, я сам уже буду в пути вместе с клиентом, а тебе позвоню с поручениями.
Мы закончили разговор. Потом я выписал сам себе через транспортный отдел «ниссан-армаду» и забрал машину из гаража, располагавшегося в подвале нашего здания. Выехав на Кинг-стрит, я добрался по ней до причудливого лабиринта узких улочек старых кварталов Александрии. Они протянулись вдоль берега Потомака со стороны штата Виргиния, лишь рекой отделенные от Вашингтона.
Внедорожник я специально выбрал не зловеще-черный и броский, а серый, запыленный и чуть помятый. Автомобили играли большую роль в нашем деле, а потому, как
Припарковавшись во втором ряду, я опрометью кинулся в свой сложенный из коричневого кирпича дом, все еще пахнувший кофе, который я сварил на портативной кофеварке всего час назад. В спешке я побросал вещи в спортивную сумку. Здесь в отличие от моего служебного кабинета все было увешано памятными приметами моего прошлого: дипломами, многочисленными свидетельствами об успешном окончании разного рода курсов повышения квалификации, благодарственными письмами от оставшихся довольными клиентов и почетными грамотами от работодателей, среди которых были, между прочим, государственный департамент США, ЦРУ, ФБР и АТФ. [8] И даже британская Эм-Ай-5. Ну и несколько моих фотографий разных лет, сделанных в Виргинии, Огайо и Техасе.
8
Государственная организация в США, которая борется с распространением алкоголя, табачных изделий и огнестрельного оружия.
Даже не знаю, зачем мне понадобилось украшать стены всей этой мишурой. Сам я разглядывал ее крайне редко, а гостей в дом не приглашал. Просто, как сейчас помню, несколько лет назад мне показалось уместным сделать именно это при переезде в свой первый собственный просторный дом.
Потом я переоделся в джинсы, черную рубашку поло и темно-синюю ветровку. Запер дом, активировал две системы сигнализации и вернулся к машине. Направившись в сторону скоростной автострады, я набрал номер и только потом пристроил к уху блютуз.
Через полчаса я уже был рядом с домом своих новых подопечных.
Фэрфакс в Виргинии — приятный городок с жильем всех типов от небольших бунгало на две спальни и стоящих сплошными рядами таун-хаусов до претенциозных особняков с участками в пять гектаров при каждом, «демилитаризованные зоны» между ними обозначены посадками деревьев и живыми изгородями. Дом Кесслеров оказался чем-то средним между двумя крайностями. Он стоял на ровной площадке размером с полгектара, наполовину голой, наполовину поросшей деревьями, листва которых только что начала терять летнюю свежесть, готовясь сменить цвет на осенний. Я сразу отметил, что эти насаждения могли бы стать превосходным укрытием для снайпера, вздумай Лавинг нанять его.
Я развернулся, припарковал машину на подъездной дорожке и выбрался наружу. С агентами ФБР, дежурившими на противоположной стороне улицы, я не был знаком лично, но узнал их по фотографиям,
— За все время, что мы здесь, никто у дома не задержался ни на секунду, — сказал один из них.
— А номера из других штатов не попадались? — спросил я, пряча свое удостоверение.
— Ни одного не заметили.
Я бы предпочел более четкий ответ — «нет».
Один из агентов указал на проходившую немного в стороне широкую улицу на четыре полосы для движения:
— Мне бросилась в глаза пара джипов, и довольно больших, проезжавших там. Водители слегка притормаживали, смотрели в нашу сторону, а потом двигались дальше.
— Они ехали в северном направлении? — спросил я.
— Точно.
— В двух кварталах отсюда расположена школа. Там сегодня футбольный матч. Поскольку учебный год только начался, думаю, то были родители, которые пока не знают, где футбольное поле. Потому и гадали, куда им ехать дальше.
Оба агента поразились, что мне известны такие подробности. Между тем это Клэр Дюбойс сообщила их мне по дороге. Я запросил у нее всю информацию о событиях, происходивших в прилегающем районе.
— Но непременно дайте мне знать, если кто-то из них появится здесь снова.
Глядя вдоль улицы, я видел домовладельцев, последний раз в этом году постригавших траву своих лужаек или сгребавших рано опавшую листву. День выдался теплый, но в воздухе уже ощущалась свежесть первой прохлады. Я внимательно осмотрел всю округу дважды. Меня не раз называли параноиком. Быть может, это правда. Но ведь и противником моим был Генри Лавинг — большой дока по части превращения в невидимку до того, разумеется, последнего момента, когда он вдруг становился более чем видимым. Мне опять вспомнился тот случай в Род-Айленде два года назад, когда Лавинг внезапно материализовался с оружием в руках, выскочив из машины, в которой его попросту не могло быть.
Но он тем не менее был в ней.
Закинув свою сумку повыше через плечо, я вернулся к «ниссану» и бросил взгляд на свое отражение в одном из стекол. Поскольку Райан Кесслер служит в полиции, решил я, его доверие будет проще завоевать, если больше походить на переодетого в штатское копа, нежели на пресного федерального агента, на которого, как правило, смахиваю я. Но сейчас, в полуспортивной одежде, с коротко постриженной, уже чуть редеющей русой шевелюрой и гладко выбритой физиономией я, вероятно, более всего напоминал одного из тех сорокалетних папаш-бизнесменов, что до хрипоты подбадривали своих детишек, игравших в футбол чуть дальше по улице.
Я сделал звонок с одного из своих неопределяемых мобильников.
— Это ты? — спросил Фредди.
— Да, звоню от дома Кесслеров.
— Ты встретил моих парней?
— Да. Парни хорошие, но слишком бросаются в глаза.
— А что прикажешь им делать? Маскироваться под садовых гномов? Это слишком маленький городишко, сынок.
— Я это им не в укор. Наоборот, если Лавинг выслал сюда своего наблюдателя, для нас даже лучше, чтобы он знал — тут его поджидают.
— Думаешь, там уже кто-то есть?