Грань времени
Шрифт:
Я поднимаю брови в немом вопросе, и Эвелин кивает.
– Начинай, Кейт. Я надеюсь, мы услышим тебя сквозь его чавканье.
– На самом деле было бы проще позволить Кэтрин рассказать вам все.
Я включаю видео, которое мы сняли в доме Кэтрин, поворачивая экран телефона к Тимоти и Эвелин. Я видела его по меньшей мере десяток раз и знаю наизусть. Мы потратили целую неделю, пытаясь выяснить, как много мы можем рассказать, не подвергая опасности временную линию.
«Эвелин, Тимоти, – начинает Кэтрин. – Давно не виделись».
Эвелин резко втягивает воздух. Когда они видели ее
«Я не знаю, пытались ли вы обратиться к штабу, но вы не сможете ни с кем связаться. Там только пустота. Я переместилась на шесть лет вперед вас. Знаю, вы захотите использовать свои ключи, если уже не сделали этого, и я не виню вас. Я бы тоже не поверила в это. Но они не вернут вас в штаб-квартиру. Прошло уже более сорока лет, а я до сих пор не вижу ничего, кроме темноты и редких помех. Что ж… аварийный протокол уже работает. Я уверена, что вы лучше меня знаете, где находится ближайший банковский сейф ХРОНОСа. Как только вы получите новые документы…»
Эвелин поднимает ладонь:
– Выключи это. Сейчас же.
Я ставлю видео на паузу.
– Она говорит, что мы застряли здесь, Тимо. Чего я и опасалась, когда мой дневник исчез. Когда я не смогла вывести штаб. – Она побледнела. Тимоти тянется к ее руке.
– Но, если ключи не работают, если ХРОНОС исчез, как ты сюда попала? – спрашивает он меня.
Я бросаю взгляд на видео, ответив:
– Давайте дадим Кэтрин договорить? Она сможет объяснить это лучше, чем я.
Я нажимаю кнопку воспроизведения, и Кэтрин продолжает: «…Вам нужно будет начать новую жизнь. На случай, если вам интересно, это был Сол, в парандже и с ножом у горла Шайлы. Он устроил взрыв. И… за несколько часов до этого убил Анджело».
Слезы наворачиваются на глаза Эвелин.
«Мы с Ричардом только успели найти тело Анджело и попросить координатора перемещений вызвать охрану, как ворвался Сол, ведя Шайлу перед собой, и приказал не отменять перемещение. Он занял место Шайлы. Полагаясь на то, что мы знаем сейчас, я почти уверена, что он переместился в 2020 год.
Сол надеялся, что уничтожение ХРОНОСа позволит ему перемещаться из одной временной точки в другую без необходимости возвращаться в штаб после каждого прыжка. Но он просчитался. Он больше не может использовать ключи ХРОНОСа так же, как и мы, но научился тому же, чему и я. Ген ХРОНОСа передается нашим детям и внукам. Я была беременна двойней, когда попала в 1969 год. Одна из девочек, Пруденс, использовала ключ, когда ей было четырнадцать. С тех пор она живет с Солом. Другая дочь, Дебора… что ж, я познакомила ее с этим парнем».
В кадре появляемся мы с папой. Кэтрин спорила со мной часами о том, будет ли это приемлемо. Она была категорически против, и поначалу Коннор был на ее стороне, но я убедила его принять мою точку зрения. Тимоти и Эвелин, вероятно, поверили бы мне в любом случае, но захотят ли они передать свои ключи? Я решила, что такая просьба будет звучать гораздо убедительней из уст их сына.
«Мама. Папа. Если бы я мог воспользоваться ключом ХРОНОСа, то
Папа немного поперхнулся, когда мы записывали эту часть, и нам пришлось перезаписать видео спустя несколько минут. Он их почти не помнит и больше всего на свете хотел бы сейчас быть на моем месте.
«Он немного светится, когда я к нему прикасаюсь, но управлять им я не могу».
Он обнимает меня за плечо и притягивает ближе к себе.
«В общем, я посылаю Кейт вместо…»
Эвелин протягивает руку к телефону и касается экрана, чтобы приостановить видео, копируя то, как это делала я пару минут назад.
– Мы с Тимо… нас ведь уже нет в том времени, не так ли?
– Ты же знаешь, что я не могу тебе этого сказать…
– Тебе и не нужно говорить. Это написано у него на лице.
Проклятие. Кэтрин была права. И как бы сильно я ни любила Кэтрин, мне не нравится, когда она права.
– И, – продолжает она, – если бы мы были там, ты бы показала запись, в которой мы вдвоем объясняем все это, а не Кэтрин.
Действительно. И теперь я не так сильно переживаю о том, что втянула во все это папу. Они, вероятно, поняли бы все в любом случае. Я снова нажимаю на воспроизведение, и папа продолжает: «…себя. Сейчас происходит что-то невероятное. Тот парень, Сол, положил начало событиям, которые я не совсем понимаю, но Кейт уверяет, что он планирует уничтожить большую часть населения. Поэтому мы пытаемся опередить его людей и собрать эти ключи до того, как это сделают они».
Кэтрин возвращается в кадр.
«Я думаю, Кейт сможет ответить на все остальные вопросы. Реальность такова, что вы не можете использовать ключи, и, если вы их сохраните, люди Сола попытаются их забрать. Мне очень жаль… жаль, что я не могу сообщить вам новости получше, сказать, что это был просто временный сбой и ХРОНОС скоро все исправит, но вы бы сами все равно это узнали.
Через несколько лет вы встретитесь с моей гораздо более молодой версией. Будет лучше, если вы не станете упоминать ей о визите Кейт… то есть упоминать мне, если быть точнее. Это может… запутать все еще сильнее. Берегите себя, ладно?»
На этом видео заканчивается. Мы записали еще несколько минут, но Кэтрин подумала, что папа, прощаясь, может ненароком предупредить их о будущих событиях, поэтому она попросила Коннора вырезать эту часть.
Эвелин выхватывает у меня телефон и несколько раз тычет пальцем в экран, но ничего не происходит.
– Как перемотать эту дурацкую штуку?
– Включить с самого начала?
– Нет. Только… – Ее взгляд резкий, но уязвимый. – Как его зовут, Кейт? Как зовут моего сына?
– Я не могу. Ты знаешь, что я не могу сказать тебе…
– Да ладно тебе, Эв. Дай ей передохнуть. Ты прекрасно знаешь, как его зовут. Он Альфонс, в честь твоего отца. Мы обсуждали это с полдюжины раз. А если бы родилась девочка… погоди, его ведь правда зовут Альфонс, да, Кейт?
– Ты знаешь, что я не могу тебе этого сказать, – я перематываю видео назад, на тот момент, где папа начинает говорить, и стараюсь сохранить нейтральное выражение лица, чтобы мои действия не повлияли на их решение. Но очень трудно сдержать улыбку при мысли о том, как близко Гарри Келлер был к тому, чтобы быть названным Альфонсом.