«Гран-При» для убийцы
Шрифт:
– Конечно, нет. И тем более не своего друга Гурвича. Хотя мне пришлось рискнуть, отпустив отца с ним в Канны. Кто-то в МОССАД информирует Мула и его людей.
– Просто невозможно поверить, – пробормотал Мовсаев, глядя на убитого. – Это просто невозможно.
– И тем не менее моя уловка удалась. Спасибо за помощь, полковник. А теперь нам нужно срочно ехать в Канны. Я боюсь, что Мул нанесет свой основной удар именно там.
– А что делать с этим?
– Пускай пока полежит здесь, – махнул на него рукой Дронго. – Давайте
Они выбежали из номера и поспешили вниз, на стоянку такси, чтобы успеть попасть к началу церемонии закрытия фестиваля.
Автомобили все подъезжали к зданию дворца. Из них выходили роскошно одетые женщины и мужчины в смокингах. Это была почти обязательная форма для мужчин, хотя некоторые умудрялись придумывать какие-то экстравагантности, надевая темные рубашки или неклассические варианты смокинга. Почти перед самым открытием приехала Изабель Аджани, увидев которую, толпа заволновалась еще больше. Повсюду раздавались приветственные крики, поздравления. Актриса подняла руку и помахала своим поклонникам, счастливо улыбаясь...
Отец наклонился к Гурвичу и тихо спросил:
– Когда он приедет?
– Он должен скоро быть здесь, – ответил Гурвич.
По лестнице, застеленной красным ковролином, поднимались последние пары, спешившие в зал...
Микроавтобус въехал в Марсель, и наблюдавшие за ним поняли, что окончание рейса террористов совсем близко. Генерал Дасте приказал вызвать штурмовую группу в Марсель для завершающего удара. Два вертолета вылетели из Канн в Марсель...
Истинные террористы, переодевшись в форму сотрудников фирмы, подъехали к дворцу, предварительно далеко оставив свою машину. Подняв ящик, двое подручных следовали за Ахмедом Мурсалом. Они вышли на тот самый пост, через который полтора часа назад прошла первая смена сотрудников.
– Куда несете ящик? – лениво спросил один из полицейских.
– Мы должны починить систему кондиционирования, – улыбнулся Ахмед Мурсал. Теперь у него не было ни усов, ни бороды – он был чисто выбрит, а на глазах были маленькие очки.
– Нужно позвонить в штаб фестиваля, – возразил один из полицейских.
Ахмед Мурсал оглянулся. Они оставили все свое оружие в автобусе, где находились еще двое их пособников.
– Пропусти их, – крикнул сержант, – там система барахлит. Я уже звонил. Только пусть пройдут спецконтроль как полагается.
Полицейский кивнул, пропуская людей в здание. Ахмед Мурсал был уже без золотой цепи. На нем ничего не звенело, инструменты он положил перед проверяющими. Двое его подручных пытались пронести ящик в обход металлодетектора, но бдительный полицейский приказал поставить ящик для осмотра. Они повиновались, и ящик пошел на рентгеновский просмотр и на проверку наличия металла. Но металла в ящике не было. Там лежали пачки с каким-то порошком.
– Что у вас за порошок? – спросил полицейский.
–
Дронго и Мовсаев торопили водителя такси, лихорадочно глядя на часы...
Начали объявлять итоги фестиваля. Вручались премии за лучшую мужскую и лучшую женскую роли...
Микроавтобус подъехал к супермаркету и остановился. Двое бывших гостей Уэйвелла вышли из машины, оставив его одного....
Террористы вошли в лифт, поднялись на нужный им этаж. В коридоре было тихо. Они прошли дальше и начали открывать ящик у панели кондиционирования, чтобы загрузить ядохимикаты в систему подачи воздуха в зал...
Дронго и Мовсаев подъехали к зданию дворца. Там их ждал Никитин.
– Террористы наверняка внутри! – крикнул Дронго. – Давайте быстрее.
Он рванулся внутрь, но полицейские не пускали незнакомцев, не имеющих пропуска, к тому же плохо говоривших или вообще не говоривших на французском...
В микроавтобус внесли несколько ящиков, и Уэйвелл почувствовал себя гораздо увереннее, словно понял причину своего добровольного заточения на вилле...
– Загружайте, – сказал Ахмед Мурсал своим подручным...
Дронго все еще пытался пробиться в здание. В отчаянии он попросил связаться с генералом Дасте. Полицейский отказался. Но рядом оказался сотрудник службы безопасности. Он все же вызвал по рации генерала Дасте.
– В чем дело? – недовольно спросил генерал. – Что у вас происходит?
– Здесь неизвестные типы требуют разрешить им пройти в зал. Они все вооружены, – доложил сотрудник генерала.
– Гоните их в шею, – громко посоветовал Дасте.
Но Дронго, не разобравший, что они говорят, выхватил рацию и закричал:
– Вас обманывают, генерал. Ваш микроавтобус – это подставка, обман! Вы меня слышите? Вас обманывают!
Генерал вдруг вспомнил, что террористы сидят в автобусе уже четвертый час. Он побледнел, усилием воли сохраняя спокойствие. А если его действительно обманывают? Нужно было решать.
– У меня в номере, в «Негреско», лежит убитый террорист. Его сообщники в здании! – кричал Дронго. – Проверьте мой номер в Ницце, чтобы убедиться! Не будьте таким идиотом, генерал!
– Проверьте, – приказал генерал своему сотруднику. Тот быстро связался с отелем в Ницце...
– Заканчивайте, – посмотрел на часы Ахмед Мурсал...
Изабель Аджани получила слово и теперь должна была объявить фильм, получивший «Гран-при» пятидесятого юбилейного Каннского фестиваля...
– Мы проверили, – доложил сотрудник, – в «Негреско» действительно обнаружен труп...
– Остановите машину, – приказал генерал. – Пропустите этих людей в здание и помогите им в задержании преступников!
Он вдруг понял, что именно его сегодня провели, что именно он сегодня попался на дешевую уловку.