Грань Миров
Шрифт:
Охотник вскочил на ноги. Выстрелив в упор в четвёртого демона, он разжал пальцы, и пистолет упал к его ногам. Вскинув руку, Виктор поймал Сикайне-Хаси за гарду и мгновенно провёл три ката, нацеленных в ближайших демонов. Лезвие очертило зигзагообразную окружность и коснулось ножен. Охотник стоял, широко расставив ноги и вытянув вперёд руки с ножнами и скрывающейся в них катаной. Рука медленно двигалась, скрывая клинок от глаз. Могильник замеревший прямо перед врагом с ужасом смотрел, как падают его братья. Простреленные тела демонов словно скашивал невидимый серп. По очереди разваливаясь на два, а то и три куска, они падали к ногам
– Что это было? Нога сломалась, что дальше? Сам себя мечом рубану, – Виктор, не мигая смотрел на клубящуюся массу, что заменяла здесь небо. – Что же, надо будет получше разобраться в демонической силе.
Тяжело вздохнув, охотник опустил голову и посмотрел на пройденный путь. «Дорога» была охвачена синим пламенем. Скалы, обрамляющие её, искрились в синем свете, отбрасывая корявые тени. Валяющиеся в самых странных позах Могильники, сгорали. Ветер подхватывал искры и нёс их к Виктору. Он стоял в полный рост, держа в левой руке ножны с катаной. Его светлые волосы развевались на ветру, а искры, словно светлячки мелькали вокруг, освещая лицо. Человек не улыбался, но и не грустил, он попросту устал…
Никогда Виктор не жаловался на жизнь. Обычно жаловались на него. Ведь почти всю свою жизнь он был раздолбаем. Резвый никогда не унывающий ребёнок вырос в школьного хулигана. Не того, о котором всегда приятно вспоминать. Нет, он был другим. Его ненавидел весь класс, да и учителя с удовольствием бы от него избавились.
Постепенно школьный хулиган нашёл достойную компанию. Теперь его не ненавидели, теперь его боялись. К шестнадцати годам на его счету было с десяток мелких преступлений и ещё больше драк. Две местные банды начали проявлять к юному преступнику явный интерес. Всё шло к тому, чтобы Дождинский Виктор оказался втянут в одну из разборок и либо умер как собака, либо стал полноправным членом какой-нибудь банды. Но судьба выкинула очередную шутку.
В один из вечеров Виктор как обычно веселился с приятелями. Обобрав двух свернувших не в тот проулок парней, стая Виктора весело тратила деньги.
– Эй, Вик! Куда двинем? – слегка полноватый парень оторвался от банки пива и посмотрел на вожака.
– Дай подумать, – Виктор постучал пальцем по подбородку. Глаза паренька блеснули, в голове родилась идея. – А давайте к заводу! Там вчера вроде кого-то пришили.
– Хе-хе! Профилактику решил провести, – третий парень, соскочил с забора. Худющее тело слегка покачивало от выпитого алкоголя.
– Диман, нельзя терять хватку. Сейчас профукаем, завтра кого-нибудь из нас кокнут. Тебе это надо?
– А я что против что ли. Я только за! Двинули?
– Погнали! – Виктор встал со сломанных каруселей и зашагал к выходу из дворика. Парни поспешили за ним.
В тот день Виктор не вернулся домой, ночь была слишком интересной…
Пошатываясь из стороны в сторону, парень брёл к дому. Красное солнце уже поднялось над городом, начинался новый день. За три улицы от родного дома, до ушей долетели звуки сирен.
– Раздирает же вас! – Виктор выругался, морщась от нарастающего воя. Голова
Меньше чем через десять минут он свернул на свою улицу. Перед взглядом предстала пёстрая картина. На обочине стояли три машины. Все они были снабжены сиренами, которые наперебой выли и мигали. Что-то укололо внутри.
– Почему они около моего дома? Что случилось? – Виктор ускорил шаг, хотя это было проблематично в таком состоянии.
Вокруг машин столпились, кажется, все соседи. Были здесь и просто зеваки. Люди заглядывали в открытые двери скорой помощи и о чём-то спрашивали полицейских. Соседка по имени Галя заметила подбегающего Виктора и тут же бросилась к парню.
– Мальчик! Погоди, не ходи туда! – женщина преградила ему путь.
– Что случилось!?
– Надя! Твоя мама!
– Что с ней?!
– Какой-то психопат пробрался в дом. Она… – договорить женщина не успела. Из дверей дома выкатили накрытую простыней каталку. Увидев её, парень оттолкнул женщину и бросился к оцеплению.
– МАМА! МАМА! – Виктор ворвался в толпу. Расталкивая всех подряд, он достиг ряда полицейских. Двое из них схватили его за руки.
– Ты куда?!
– Пустите, уроды! Мама, это моя МАМА! – вырвав одну руку, парень рванулся вперёд, но полицейский удержал его.
– Что? Это твоя мама? Эй, Джордж! Тут пацан! Говорит, что сын убитой!
– Убитой, убитой, убитой… – слова адской симфонией дребезжали в голове Виктора.
К полицейскому подошёл офицер и окинул взглядом рвущегося из рук парня:
– Слушай, у тебя есть родственники?
– Родственники? Никого у меня нет! Отвалите! – парень наконец-то вырвался и понёсся к двум санитарам, что катили каталку к машине.
Один из них попытался его схватить, но Виктор просто оттолкнул его. Оказавшись у каталки, парень дёрнул на себя простынь, и перед его взглядом предстало залитое кровью лицо. Это действительно была его мать. Её шея и грудь были исполосованы кровавыми ранами. Кто-то хорошо постарался, нанося длинные глубокие порезы.
Парня пробила крупная дрожь, ноги сами собой согнулись и он упал на колени. К нему подскочил полицейский, он хотел поднять его, но врач что-то крикнул и отпихнул мужчину. Все вокруг суетились, кричали, в общем, жизнь била ключом. Один лишь Виктор стоял на коленях и молча, смотрел на свои руки. Пальцы тряслись, но это не мешало видеть кровь, что осталась на них. Кровь его матери.
Следующее что помнил Виктор – это разговор с полицейскими в участке. Вместе с ним был Герман – знакомый его матери. Он сжимал плечо Виктора и помогал ему отвечать на вопросы. С того дня у шестнадцатилетнего парня появилась очень чёткая цель в жизни. Он во что бы то ни стало, должен был найти убийцу матери. Ведь человек, убивший её, заслужил только одно – смерть. Очень медленную и мучительную смерть
Охотник открыл глаза. Скалы впереди уже не освещались синим огнём, вместо него повсюду висели зелёные шарики. Виктор поднял правую руку, и они устремились к нему. Демоническая сила стаи Могильников растеклась по всему телу. Все мышцы напряглись, кожа словно бы натянулась. Не в силах сдерживать эмоции, Виктор раскинул руки и закричал. Вместе с криком его покидали боль и воспоминания. Воспоминания так неожиданно нахлынувшие на него.
Когда поглощение завершилось, Виктор бессильно опустил руки и упал на колени. Тяжёлое дыхание рвано вылетало из груди.