Грань миров
Шрифт:
– Вот уж не думаю, что ты бы справился с Дагроном в одиночку, – раздраженно пробурчал Ирлим. – А если бы попытался отрубить голову, он мог что-то заподозрить. Что бы мы делали, если б он выведал у тебя о своей слабости? И кажется, я советовал не уходить от моста. Или твоя дурная голова не запомнила?
Вадим помахал рукой, словно в знак приветствия:
– Я все же рад тебя видеть, противный старикан!
С трудом перевернувшись, он пополз к Илеоре. Ирлим уже стоял рядом с ней.
– Это прискорбно, – обреченно произнес колдун.
Принцесса выглядела отстраненной
– Что этот подонок сделал? – Вадим присел. У него болело все тело, но гораздо сильнее болела душа. Увидеть такой Илеору оказалось гораздо труднее, чем он себе представлял. Принцесса не узнавала его, не реагировала на происходящее. Она была похожа на мраморную статую – такая же бледная и холодная.
Вадим приобнял ее за плечи, но та не шевельнулась.
– Ирлим, – он взглянул на старика.
Колдун замер, уставившись перед собой, будто превратился в камень. Даже лицо стало походить на серую безжизненную маску.
– Ну что ты молчишь?
Ирлим вздрогнул и очнулся от оцепенения.
– Я надеялся, что это не произойдет в Саории, – обреченным голосом прошептал он. – Ведь настоящая свадьба должна была быть в Тумане. Зачем он сделал с ней это сейчас?..
Вадим горестно усмехнулся. Кажется, старик еще наивнее, чем школьницы из его мира.
***
В чаще леса царила прохлада, мошкара летала тучами, она кружила над несчастными путниками, раздражала противным писком, лезла в глаза. Илеора спала в повозке, привезенной специально для нее. Девушка-прислужница старательно отмахивала от принцессы досаждающих насекомых. Ирлим ехал впереди с отстраненным видом. А Вадим едва держался в седле и даже не обращал внимание на мошек. И без них он чувствовал себя отвратительно. Перед глазами плыло, а тело нуждалось в покое и заботливых руках опытного травматолога.
Вадим прекрасно понимал, что квалифицированного врача с анестезией тут не видать. Единственное, на что можно рассчитывать, это вернуться в свою каморку в пещере, свалиться на жесткую лежанку и забыться глубоким сном. А еще в голове крутились суетливые мысли. Дело сделано, и принцесса спасена. Только что дальше? Кем теперь станет для нее Вадим, что будет делать? Сможет ли достучаться до нее и пробудить воспоминания? От этих мыслей становилось совсем невыносимо, и он все сильнее заваливался в седле.
Во время привалов Ирлим подходил к раненым и нашептывал что-то, склонившись над больным местом. Благодаря его стараниям, раны затягивались, боль уходила, к солдатам возвращались силы. Вадиму хотелось расспросить колдуна о том, как это делается, но сил не осталось даже на то, чтобы говорить. А когда настала его очередь, Вадим уже дремал, утомленный дорогой, жарой и болью. Сквозь поверхностный тревожный сон он ощутил тепло, расплывающееся по телу. Облегчение тут же охватило его, позволило наконец расслабиться и погрузиться в спасительный сон.
К закату следующего дня отряд добрался до родного убежища почти в полном здравии. На опушке их ждала королева в сопровождении двух служанок и охранника. Данашири ходила
– Илеора! – кинулась она навстречу, всплеснув руками. – Оставьте ее у меня в покоях! Пусть Эрн приведет лекаря!
Слуги засуетились. Вадим сполз с коня, добрел до пещеры и поспешил спрятаться в своей каморке в надежде хорошо выспаться. Хоть тело после колдовства Ирлима восстановилось, разум требовал отдыха. Но только он прикрыл глаза, как услышал знакомый голос:
– Как ты? Тебе опять изрядно досталось.
– Меньше, чем ей… – уклончиво ответил Вадим и с трудом присел на лежанке. – И почему опять?
Ирлим кашлянул в кулак и преувеличенно бодрым голосом объявил:
– Ты сделал великое дело, королева вознаградит тебя!
Вадим хмыкнул и сгорбился, будто столетний старик.
– Я пришел, чтобы предоставить тебе выбор, – Ирлим подошел ближе. – Хочешь получить награду сейчас и вернуться домой или останешься тут?
Вадим растерянно моргнул. На минуту его прельстила жизнь вдали от этого кошмара, в тепле и… И вот тут-то он осекся в раздумьях. Что-то странное творилось на душе. В своем привычном мире он не хотел ничего. Не скучал по друзьям, не боялся потерять работу. Словно он всегда жил тут, словно это его родной мир. «Бред, – подумал Вадим. – Этого не может быть. Я помог спасти Илеору, надо идти домой, пока жив». Но вопреки здравому смыслу он мотнул головой.
– Могу я быть телохранителем принцессы? – Вадим внимательно посмотрел на колдуна.
Ирлим широко улыбнулся, будто знал ответ наперед.
– Много воинов погибло, твоя помощь будет неоценима, – сказал он. – Я прикажу Эрну принести еды.
Колдун ушел. Вадим упал на лежанку. Серые холодные стены с каменным потолком нависли над ним, тишина загудела в ушах. Пришедшего молодого слугу Вадим попросил принести вина – это единственное, что могло сейчас оказать ему хоть какую-то моральную поддержку.
***
Илеора открыла глаза и обнаружила вокруг темные стены подземелья, а рядом с кроватью – смутно знакомую женщину.
– Где я? – прошептала Илеора еле слышно.
– Ты дома, моя милая, наконец ты дома, – ответила женщина, заботливо склонившись над ней.
Илеора приподнялась на локтях.
– Меня забрали разбойники? – недоверчиво переспросила она и схватила женщину за руку. – Ты тоже схвачена? Что с нами будет?
– Тихо, тихо, девочка моя. Тебя спасли. Мне удалось сделать это. Столько лет ожиданий и мучений… Я так скучала по тебе, лисичка моя.
– Кто вы? – удивилась Илеора, все еще подозревая подвох.
– Я твоя мама Данашири.
Илеора не верила. Она вскочила и, схватив свечку со стола, поднесла ближе к лицу собеседницы. Приглядевшись, она наконец рассмотрела знакомые черты.
– Матушка! – воскликнула Илеора, бросила свечку на каменный пол и кинулась к ней на шею. – Я так… Так скучала по тебе!
Илеора расплакалась. Но вскоре радость вытеснили последние события. Она отстранилась, шмыгнула носом и вытерла рукавом слезы.