Грань магии
Шрифт:
Когда Марек пытался кого-то исцелить, он в итоге так же часто открывал новые раны, как умудрялся запечатывать существующие. Вот что случалось, когда маги привлекали силы, лежащие за пределами их возможностей. Марек был на сто процентов разрушительным магом. Даже когда он хотел исцелить кого-то, его магия отказывалась сотрудничать.
Примерно через неделю после её приезда в Цюрих, они отправились разобраться с противостоянием между крылатыми кентаврами. Гибридные звери в последнее время появлялись по всему городу; это одна из причин, по которой Гаэлин её
Во время этой драки с крылатыми кентаврами женщина попала под перекрёстный огонь, и Марек попытался её исцелить. Её крики стали только громче. К счастью, они сумели вовремя доставить её к Гаэлину. Но едва-едва успели.
— Я говорю это со всей привязанностью, но даже не пытайся меня исцелить, — сказала Алекс Мареку.
— Очевидно, мне и не нужно. С твоим странным супер-исцелением.
У Алекс была магия. Легенда гласила, что Драконорожденные некогда были самыми могущественными магами в мире — ну, до того как их истребили. Но она провела всю свою жизнь, скрывая свою магию. Она даже сомневалась, что была такой уж могущественной, что бы там ни говорили эти сказки. И она определённо не обладала супер-исцелением.
— Так что тебе сказали вампирские эльфы на вокзале после того, как ты пригрозил исцелить их? — спросила Алекс.
Он показал ей язык. Кончик был проколот. Оу. Больно, наверное, было.
— Они сказали, что их банда украла из того ювелирного магазина Сферу Фейри, — сказал он.
— Сферу Фейри?
— Считай её библиотекой магии фейри, — сказал Марек. — Но вместо книг Сфера Фейри содержит образцы каждой известной способности фейри.
Гаэлин протянул ей потрёпанный листок бумаги. Выцветший и помявшийся, он выглядел так, будто провёл несколько недель на фонарном столбе.
— Это не просто Сфера Фейри. Награда была назначена за Сферы Сущности.
Бумага обвисла в её руке. Алекс пришлось взять её обеими руками, чтобы расправить.
— Сфера Фейри, Сфера Крови, Сфера Колдовства, Иномирная Сфера, — прочла она названия.
— Другие три — эквиваленты Сферы Фейри для вампиров, магов и иномирных, — сказал ей Гаэлин. — В сочетании эти четыре сферы образуют Сферы Сущности.
— И что можно сделать со Сферами Сущности? — спросила Алекс. «Пожалуйста, не говорите «призвать апокалипсис». Пожалуйста».
— Призвать апокалипсис, — сказал Марек.
«Фантастика».
Гаэлин наградил его суровым взглядом.
— Давай не будем преувеличивать. Да, давным-давно Сферы можно было использовать, чтобы навредить любому, кто имеет магию. Однако это было тысячелетия назад, а магия слабеет со временем. Плюс, это зависит от того, как много владелец Сфер знает о магии.
— И если они много знают о магии? — уточнила Алекс.
— Тогда они могут стереть все сверхъестественное население Цюриха. Или один сегмент сверхъестественного населения. Всех магов, например, — сказал Марек. — Сферы можно использовать, чтобы сделать то же самое с другими городами. Более крупными
— Теоретически, — поправил Гаэлин. — И только в худшем случае.
Этот «худший случай» звучал чертовски мрачно.
— Как ты можешь стоять там и вести себя так спокойно? — потребовал Марек, меряя комнату шагами.
— Все тревоги вывелись из моего организма тысячелетия назад, — ответил он.
Марек пробормотал себе под нос что-то невнятное — но скорее всего оскорбительное.
— Так кто ищет Сферы? — быстро спросила Алекс прежде, чем он успел сказать что-то, о чем пожалеет.
Обычно они с Гаэлином отлично ладили, но очевидно, сердце Марека находилось в Лондоне, с его семьёй. А когда его сердце заводилось, мозг отключался, а рот пускался во все тяжкие.
Должно быть, он беспокоился, что как только преступники этой охоты за сокровищами закончат с Цюрихом, они обратят свой взор на близлежащие города. Лондон может стать соблазнительной следующей мишенью. Его сверхъестественное население даже больше, чем в Цюрихе.
— Возможно, какая-то сверхъестественная группа пытается затеять войну с другой? — добавила Алекс, когда никто ничего не сказал.
Марек проиграл соревнование в гляделки с Гаэлином. Старый бессмертный выглядел скорее развеселившимся, нежели раздражённым, но это могло измениться в любой момент. Хоть у него и не было характера юных сверхъестественных существ, но дедушка бессмертия мог стерпеть от вспыльчивого мага лишь определённое количество дерзости.
— Я поставил бы хорошие деньги на то, что виновны вампиры, — сказал Марек. — Они — отвратная кучка с долгой историей войн с другими сверхъестественными.
— Александрия это проверит, — заверил его Гаэлин, и его взгляд упал на чемодан перед входной дверью. — Тебе нужно на самолёт. И тебе нужно уходить сейчас же, иначе пропустишь сегодняшний последний рейс. Твоя мать ясно дала понять, что она не… — Гаэлин причмокнул губами, ища подходящее слово. — …одобрит, если это случится опять.
Марек фыркнул.
— Да уж, готов поспорить. Милая старенькая Мэгги тебя пугает?
— Твоя мать грозна.
— Ты и понятия не имеешь, — Марек пошёл к двери плавными, но быстрыми шагами. — Я вернусь через несколько дней, когда дома закончится все веселье и игры. Алекс, попытайся не делать ничего беспечного, пока меня нет.
— Я никогда не беспечна.
Он повернулся к ней, подхватывая чемодан за ручку.
— Не позднее часа назад тебе взбрело в голову стрелять камнями по банде вампирских эльфов.
Она широко улыбнулась.
— Это привлекло их внимание.
Марек посмотрел на Гаэлина.
— Попытайся её образумить.
После того как он и его чемодан выкатились из дома, Алекс допила остатки своего апельсинового сока. Кто-то разложил её ножи по обеденному столу — наверное, Марек, судя по загадочной схеме. Она собрала их обратно.
— Я поищу Сферы, — сказала Алекс, убирая ножи в ножны. — И попытаюсь выяснить, кто назначил за них цену.
— Это очень много ножей, — прокомментировал Гаэлин.