Графский сын. Том 3
Шрифт:
Разворачиваясь, она выпрямляется перед своими солдатами, излучая уверенность.
— Готовьтесь к битве! Мы захватим этот город и покажем им силу тарлианцев!
В империи Большеросия в деревнях и городах волны тревоги и страха захлестывали обитателей, словно неистовый прибой.
Воздух наполнился зловещей тенью, ибо слухи о вторжении Тарлии, о захвате не одного, а сразу двух городов, распространялись быстрее вихря.
Народы, долгое время жившие в относительном покое,
В Большросии, первой стране получившей новости, начался полный хаос, словно часы вечернего мрака наступили внезапно. Семьи, словно муравьи в беспорядке, метались, суетясь, ибо настало время собирать свои богатства и уходить в бегство.
Сумки наполнялись продовольствием, водой, и всем, что можно было считать бесценным. Улицы стали театром беспокойной активности, где жители спешили, а дети держались за родителями, страх отражался в их глазах.
Не прошло и дня, как дороги страны наполнились потоками беглецов, мечущихся в поисках убежища. Леса, пещеры, холмы, соседние страны — все стали местами прибежища для тех, кто хотел спастись от приближающейся бури.
В городе Узкоместо, по сути, осталось небольшое количество людей, несмотря на приказ армии оставаться. Улицы пустели, будто душа города была вырвана из него.
Император Нильс, глубоко озабоченный наступлением Тарлии, ощущал тяжесть ответственности за своих подданных. Для оценки ситуации и выбора наилучших действий он созвал совет в своем дворце, где атмосфера наполнилась напряжением и беспокойством.
Таким образом, война становится неизбежной, и весь материк Авразии ощущает тяжелый вес грядущих перемен.
— Ваше величество, я бы порекомендовал отправить запрос о помощи в королевство Виноградское немедленно. Как ни хочется это признавать, нам будет трудно сопротивляться. Тарлия, без сомнения, не пощадит и нашу столицу, — выразил свои мысли старый советник с ноткой сожаления.
Хотя на этот раз не поступали сообщения о массовом геноциде со стороны Тарлии, жестокость, которую они проявили ранее, все еще жива в памяти каждого. Будет ли это повторяться или нет, как высшему руководству королевства, им придется рисковать.
Молодой советник внес свою точку зрения:
— Согласен, ваше величество. Наши силы уступают в вооружении и тактике. Может быть, мы сможем попросить короля Ренара предоставить нам свое вооружение.
Когда воздух наполнился шепотом, все внимание было приковано к молодому советнику, сделавшему предложение, вызывающее волну интриги в зале.
«Его идея звучит заманчиво», — шептали один другому, их любопытство было завлечено. Получить оружие короля Ренара, технологическое чудо, которым завидовали другие страны.
— Всем молчать! — Крикнул Нильс, привлекая внимание зала. — Но смогут ли они помочь нам? Я сомневаюсь, что король Ренар готов помочь без того, чтобы мы заплатили
Премьер-министр, стоящий перед картой империи, склонил голову, отражая трудный выбор, который стоял перед ними. Он несмотря на тяжелые потери от вторжения, оставался спокойным и без проявлений гнева.
В комнате витала атмосфера напряженной неопределенности, словно сам воздух стал тяжелым от бремени предстоящих решений.
— Ваше величество, предлагаю отправить делегацию для мирных переговоров с армией Тарлии, — высказал свое предложение один из дворян, его голос пронзал тишину, как меч. Он был высок и стройный, с лицом, выражающим смесь решимости и беспокойства.
Брови Нильса нахмурились, отражая внутренний конфликт.
— Переговоры с вторгшейся армией? Ты предлагаешь нам сдаться? — Его голос звучал решительно, но в нем проскакивала нотка сомнения.
— Не сдавайтесь, ваше величество, а воспользуйтесь дипломатическими средствами для мирного разрешения конфликта. Мы знаем их мотивы — им нужны плодородные земли для выращивания продовольствия. Почему бы нам не отдать им эти два города?
Это, возможно, трусливо, но может спасти наше государство от полного разрушения, — серьезно пояснил дворянин, его голос звучал убедительно, но в нем также заметна была тень предательства.
Нильс оценил реакцию придворных, видя согласие некоторых и неодобрение других, включая премьер-министра Филипа. Потеря источника дохода означала для премьер-министра уменьшение власти и влияния.
Нильс медленно поднял глаза, встречая взгляд премьер-министра, который казался готовым высказать свое мнение.
После тщательного обдумывания и взвешивания рисков и преимуществ различных вариантов, Нильс решил использовать и дипломатию, и обратиться за помощью к Ренару, последней надежде Большеросии.
— Подготовьте делегацию, нам нужно попытаться найти компромисс. Возможно, в этом мире еще осталась мудрость, способная пролить свет на наши темные времена, — произнес император, чувствуя тяжесть ответственности за свою родину.
Согласно последнему отчету Шарлотты, обстановка в обществе оставалась спокойной, и я вздохнув с облегчением, откинулся на спинку стула.
— Шарлотта, это радует. Продолжай следить за общественным настроением и держи меня в курсе, особенно если что-то изменится резко. Нам необходимо сохранять спокойствие, чтобы избежать хаоса на границах.
Шарлотта кивает с преданностью.
— Как скажете, мой господин.
— Хорошо, перейдем к следующему вопросу. — Я извлекаю письмо, только что полученное от бывшего главного рыцаря покойного графа Кувшинского.
Мои воспоминания о них довольно давние. Надо думать, они всё ещё находятся в центре беспокойных событий.