Графский сын. Том 3
Шрифт:
— Процедура зарядки аналогична зарядке кремневого мушкета, — объяснил Железнов, углубляясь в детали. — Сначала вы берете заранее отмеренное количество пороха, включающего в себя и порох, и снаряд. Затем вы аккуратно заряжаете его через дуло, плотно уплотняя шомполом. После этого надеваете капсюль.
При нажатии на спусковой крючок, ударник ударяет по капсюле, вызывая воспламенение пороха. В мгновение ока порох загорается, и свинцовая пуля проходит по нарезной канавке ствола. Этот процесс делает пулю более точной и способной к дальним попаданиям.
Бах!
Бах!
Звуки
— Ухх!! — воскликнул я, изображая удивление.
Я надел маску изумления, но внутренне я ощущал легкое разочарование. На этом этапе моей исследовательской карьеры мне уже доводилось видеть огнестрельное оружие с более внушительными характеристиками, поэтому на самом деле я не был впечатлен.
Но, как лидер и исследователь, мне приходилось беречь чувства своей преданной команды, которая усердно трудилась над созданием огнестрельного оружия по моему заказу. Это был их труд, и я был готов поддержать их усилия.
Очередной шаг вперед в мире огнестрельного оружия представлял собой механизм «капсюля». Это был первый шаг к созданию современного огнестрельного оружия, и я был чрезвычайно заинтересован в его возможностях.
— Итак, какова эффективная дальность стрельбы у этого нарезного мушкета? — спросил я искренне, с трудом вспоминая конкретные цифры. Мои глаза внимательно фиксировали каждое слово, произнесенное моими учеными.
— Диапазон составляет от 300 до 500 метров, максимальная дальность — 1000 метров, ответили мне.
Я удивленно поднял брови и кивнул. Эти цифры были впечатляющими, и я понимал, что это только начало.
— А как насчет скорости стрельбы?
— Примерно два-три выстрела в минуту, ваше величество, — отвечали мне. Это число показалось мне приемлемым, учитывая, что процедура перезарядки намного проще, чем у мушкета с кремневым замком. Я остался доволен, понимая, что увеличение скорострельности можно будет рассмотреть позже, когда появится затвор. Я мог подождать.
— Учитывая наши современные технологии, сколько мы можем производить этих мушкетов? — я начал думать о замене кремневого замка, капсюлем для моих солдат. Очевидно, что новое оружие превосходило старое.
Железнов провел некоторые вычисления и спокойно ответил:
— Мы можем выпускать 4000 мушкетов в месяц. Однако, если вы рассматриваете замену текущего оружия, мы можем модернизировать его для вас. Это позволит вам сэкономить средства.
Мое лицо осветила улыбка. Экономия средств всегда была актуальной.
— Хорошо, давайте сделаем так, — согласился я. Конечно, я не отказался бы от экономии средств, но был готов пройти этот путь только при условии, что качество останется на высшем уровне. — Просто убедитесь, что оружие останется качественным. Я не готов
— Не переживайте, ваше величество. Я не позволю выйти из этой мастерской неисправному оружию, — заверил меня Железнов с уверенностью в голосе.
Когда я собирался уходить, Железнов позвал меня.
— Ваше величество!! Есть еще одна вещь, о которой вы забыли.
Мой интерес вспыхнул, и я обернулся к нему, готовый услышать о последнем открытии.
— Что вас беспокоит, Железнов? — спросил я, обращаясь к своему верному соратнику. На этот раз я не мог не заметить, что мой старый друг как-то особенно внимательно рассматривал недавно изобретенное оружие.
— Вы забыли назвать это оружие, — ответил он, поднимая брови.
— О, черт! Опять забыл, — подумал я, внутренне расстраиваясь. В последнее время это стало для меня привычкой давать имена своему оружию, и теперь я чувствовал себя как-то неловко, что упустил этот момент.
Может быть, это была моя попытка придать некий характер и индивидуальность моим вооружениям. В любом случае, я продолжал размышлять об этом, иначе мои товарищи будут надоедать мне своими замечаниями.
— Хммм… Может быть, назвать его винтовкой модели «301 Ренар»?
— Отличное имя, ваше величество, — согласился Железнов, — приветствуя мою идею. — Для краткости мы можем называть его РВ-M301.
— Хорошо, что тебе нравится, — улыбнулся я, наконец-то удовлетворенный своим выбором. Однако меня внезапно прервал женский голос, привлекший мою внимание.
Моя голова моментально повернулась, и передо мной появилась красавица с яркими голубыми глазами — моя личная горничная, Шарлотта. Ее лицо выражало беспокойство и усталость, я сразу понял, произошло что-то серьезное.
— Что случилось, Шарлотта? — воскликнул я, волнение заставляя мое сердце биться быстрее.
— Вот, — сказала она, протягивая мне черный конверт, который она держала в руках. — Это пришло от нашего агента в Тарлии.
Мое лицо исказилось от беспокойства, и я быстро вскрыл конверт, начав читать содержание с напряжением в груди. Когда я закончил чтение, с моих губ сорвалось только одно слово:
— Дерьмо!
Мои исследования, мир и будущее всей нашей державы оказались под угрозой, и я понимал, что предстоит сделать невероятно сложный выбор.
[За месяц до]
На просторах ноябрьского рассвета, когда первые лучи солнца едва-едва пробивались над восточным горизонтом, началась новая глава в истории дворца Тарлия. Здесь, словно в живом организме, жизнь пульсировала своими событиями, причудами и заботами.
Но в этой бескрайней активности была своя гармония, ибо мир дворца был пронизан заботой о тишине и спокойствии, особенно тогда, когда юный наследник, едва достигший своего первого года и пяти месяцев, нуждался в заслуженном отдыхе.