Графиня поневоле
Шрифт:
— Отпусти! — вложив в это слово всю свою ярость, произнесла я. — Больно же!
Сморчков с улыбкой садиста продолжал свое черное дело.
— Я сейчас заору! — предупреждающе прошипела я. — А когда сюда все сбегутся, скажу, что ты пытаешься меня убить!
Выкручивать мою конечность мерзавец перестал, однако руку не отпустил.
— И куда это мы собрались? — с нехорошей улыбочкой поинтересовался он. — Далеко?
— К маме! — мотнула головой я, сдерживая слезы. Голова раскалывалась, а теперь еще и вывихнутое
— К маме, значит, — протянул Сморчков. — А ты не забыла, что теперь замужем и прежде чем уйти куда-то, должна сначала спросить меня?
— Что? — это было так нелепо и по-средневековому, что я даже рассмеялась. — Я не твоя рабыня!
— Ты моя жена! — прошипел он и больно дернул меня за руку. — Поэтому будешь делать то, что я скажу и то, что я разрешу!
Вот, значит, как. Ну, спасибо, папочка, ты решил свои проблемы за счет счастья, свободы и похоже, здоровой психики своей дочери. Эх, как я этот момент хотела, чтобы отец был рядом и слышал все, что говорит мне выбранный им муж. Но, как всегда, отец был рядом только, когда ему это было выгодно.
Я ощущала себя полной дурой. Обманутой, проведенной вокруг пальца, проданной в рабство дурой в свадебном мини-платье с кружевами и цветочками.
Сморчков тут заметил, что фасон моего наряда изменился и обвел меня удивленным взглядом:
— А где подол? — поинтересовался он. — Как ты?... — Тут его осенила какая-то мысль, и глаза под стеклами очков опасно заблестели:
— Так ты готовилась, значит? — спокойно произнес он. — Заранее планировал сбежать от меня… А деньги… ты их тоже хотела получить заранее, чтобы оставить меня в дураках! Так?
Последнее слово он буквально прорычал, навалившись на меня всем телом. И хоть был он довольно тщедушным, гнев придавал муженьку силы.
Я заметила, что охранники на парковке, которая просвечивала сквозь листья деревьев, замолчали и начали посматривать в нашу сторону, и приободрилась. Хвала богине, они поняли, что здесь что-то происходит. Сейчас бравые мужи меня спасут!
Я открыла рот, чтобы закричать. Но тут же на мое лицо опустилась тяжелая, пахнущая табаком ладонь, а вторая тяжелая рука сжала мое горло. Грозный низкий голос прорычал:
— Только пикни, убью!
Тут я почувствовала, как моего бока касается что-то острое. Неужели Сморчков носит с собой оружие? Или стащил один из столовых приборов в зале? Впрочем, где он взял нож, было неважно. Важно было то, что мой новоиспеченный муж — самый настоящий маньяк и опасен!
— Ты сейчас пойдешь со мной туда, — клинок указал в направлении ресторана и тотчас же прижался вновь к моему боку. — И будешь вести себя как ни в чем не бывало, поняла?
Произнес он это почти ласково и довольно снисходительно.
Я кивнула.
— Скажи, что поняла, — настаивал он.
— Да
А куда было деваться? Я не сомневалась, что в случае прямого отказа муженек заколол бы меня без зазрения совести.
— Все, теперь отпусти, — я сделала попытку вырваться из удушающих объятий.
Сморчков, секунду подумав, все же отпустил меня. Я вскочила и быстрым шагом устремилась в сторону ресторана, ощущая позади тяжелое дыхание мужа.
На узкой садовой дорожке, опоясывающей ресторан по периметру, он грубо схватил меня за локоть:
— Чтобы как ни в чем не бывало! Иначе, пожалеешь!
Я вырываюсь и шагаю вперед. Гранитные ступеньки, толпы гостей, пьяный отец машет мне рукой, со смехом что-то рассказывая группе своих знакомых. Некоторые гости, заметив мою мини-юбку, одобрительно хихикают.
Понимая, что быть сейчас на людях — мое спасение, я уселась на мягкий пуфик в середине зала. За спиной я чувствовала присутствие Сморчкова, но пока меня это не волновало: сделать что-нибудь мне среди толпы гостей он вряд ли отважится.
Проходящий мимо официант с вежливой улыбкой предложил мне поднос, уставленный фужерами с шампанским. Взяла один и откинувшись на спинку пуфика, выдохнула. Похоже, надо было продумать план Б. Одновременно я радовалась тому, что пуф одноместный, а значит, никакой Сморчков рядом не подсядет и вынужден беспомощно мельтешить неподалеку, жарко дыша мне в затылок.
Но, конечно, это все до поры до времени. Пока не разойдутся гости, а они уже начали расходиться. Времени у меня остается все меньше. Что же делать, что делать?
— Василий Алексеевич, дорогой, а я вас везде ищу, — раздался справа напевный голос какой-то дамы.
Я повернула голову и увидела ту самую дородную женщину, которая поздравляла Сморчкова с бракосочетанием чуть раньше. Теперь гостья уже была доведена, что называется, до кондиции: ярко-рыжие волосы растрепались, помада размазалась, а из глубокого декольте предательски выглядывала широкая лямка бюстгальтера.
— Ираида Михайловна, — с натужной радость выдавил из себя муженек. — Вы что-то хотели? Я тут с женой вообще-то…
— Да, да, конечно, — захихикала Ираида Михайловна. — Я все понимаю, безусловно. Но, думаю, мое предложение покажется вам интересным. Только что пришло в голову, под воздействием, так сказать, отменного алкоголя… Ах-ха-ха… Так вот, что я придумала…
И дама начала сыпать каким-то сложными терминами вроде сделок, слияний и поглощений, котировок и прочими. Я зевнула. Но в то же время была безумно рада, что хоть что-то отвлекло внимание Сморчкова от меня.
Повернув голову, я заметила беспомощное выражение лица муженька и злорадно ухмыльнулась. Так тебе и надо, сейчас Ираида Михайловна, моя добрая фея, научит тебя слияниям и поглощениям…