Графиня поневоле
Шрифт:
Таблетки… Вспомнив, что граф унес все мои лекарства, я выпрямилась на кровати, с трудом усевшись. Все лекарства, кроме единственного пузырька из темного стекла. Содержащаяся в нем микстура способна поднять меня на ноги, а принятая в большом количестве, убить кого угодно. Даже графа… И никто не подкопается, потому что яд в этом лекарстве специальный, растительный, его не обнаружат. Я могу стать свободной!
Эти черные мысли изрядно напугали меня. И я поскорее дернула за витой шнурок возле кровати, чтобы не передумать. Через пять минут в комнату вбежала Лея. Увидев
— Что с вами? — девушка бросилась ко мне.
— Лекарство, — прохрипела я, указывая рукой на комод, где в верхнем ящике среди белья я вчера спрятала свое сокровище. — Принеси мне его.
Лея, не мешкая, открыла комод и вынув драгоценный пузырек, принялась открывать его.
— Не разбей только, — прошептала я. — Это последняя надежда. До следующей поставки Трисмегиста я не доживу.
Лея аккуратно открыла крышку и налила в чайную ложечку тягучее снадобье. Осторожно она поднесла ложку к моему рту и влила. Сразу же живительное тепло распространилось по моему телу, заставляя кровь струиться по жилам, а органы — работать. Я с облегчением выдохнула и опустилась на подушку.
— Румянец появился, — прошептала Лея, глядя на мое лицо. — Сейчас еще полежите и все пройдет.
— Спрячь лекарство обратно, — велела я ей. — А то и его отберет.
Лея сокрушенно покачала голой и спрятала пузырек. Ее губы шевелились в беззвучных проклятиях в адрес жестокого графа Сангиана.
Спустя минут десять Лея, убедившись, что я дышу ровно, проговорила:
— Ну, раз вы оклемались, то, пожалуй, пора приступать.
— К чему? — я посмотрела подозрительно.
— Вчера уже ближе к ночи в кухню заглянул ваш муж, — девушка состроила уморительную гримасу при слове «муж». — И распорядился к сегодняшнему вечеру состряпать званый ужин на шесть персон. Ану уже отправили на рынок вместе с Фредом из конюшни за провизией. Ну а мне надобно подготовить вас.
— В смысле подготовить?
— Ну, нарядить там, платье подобрать и все такое, прическу… — Лея пыталась говорить будничным тоном, но по ней было видно, что она волнуется. — Вас раньше всегда госпожа Голока готовила к выходу, а я еще ни разу…
— Ты справишься, Лея, — улыбнулась я ей. — Мы справимся вместе. Это раз плюнуть!
Я-то знала, о чем говорю. В прежней жизни я посещала множество вечеринок и как готовиться к ним, знала прекрасно. Однако в этом мире оказалось все не так просто.
Первым делом после завтрака, к которому я едва притронулась, Лея притащила из гардеробной несколько самых, по ее мнению, подходящих для званого ужина, платьев.
Перебрав их все, я решила остановить выбор на самом скромном. Сшитое из небесно-голубого шелка, оно было простым по фасону и лишено всяких рюш, драпировок и тому подобной ерунды. И самое главное — в случае его выбора можно было обойтись без этой удушающей сбруи, без корсажа.
— Это? — с сомнением протянула Лея, увидев, что я вытаскиваю из кучи голубой шелк. — Я вообще-то его случайно прихватила, на самом деле оно, кажется, домашнее.
Схватив голубое платье
— Точно, домашнее. Вот, видите, без корсажа, без украшений, декольте дневное…
— Мне оно подходит, — остановила я ее. — Все, с платьем определились. Давай дальше.
— Дальше ванна, сушка волос, прическа, — отрапортовала Лея. — А в конце украшения и макияж.
— Хорошо, — согласилась я. — Начнем с ванны.
Спустя пару часов мне уже была подогрета прекрасная ванна с ароматной пеной, в которой я провалялась по меньшей мере час. Лея помогала, подавая то душистое мыло, то мочалку из нежного бархата, то какую-нибудь притирку.
После ванны, воспользовавшись временным отсутствием Леи, которая умчалась за грелкой для щипцов, я самым нарциссичным образом залюбовалась собою в зеркале. Безусловно, настоящая Арида была безумно хороша собой! Фигура, грудь, точеные бедра, кожа — все высшей марки! А волосы… Еще никогда у меня не было столь роскошной белокурой гривы без малейшего признака краски. Жаль, что без постоянных лекарств это тело обречено!
Нотка сожаления промелькнула на моем лице, и ее заметила вбежавшая запыхавшаяся Лея.
— О графе подумали? — спросила она, усаживая меня и принимаясь высушивать мои волосы махровым полотенцем. — Встретила его только что в коридоре, поинтересовался, готовитесь ли вы к вечеру.
— И что ты ответила?
— Что готовитесь, конечно. Щипцы вот ему показала, что несу прическу вам делать.
— А он что?
— Ничего не ответил. Фыркнул, отвернулся и был таков.
Лея закатила глаза к потолку, демонстрируя какого она мнения о выходках графа. Я засмеялась.
— Так что делать-то будем, госпожа? — поинтересовалась Лея, когда мои волосы были почти сухими.
— Что-нибудь простое.
— Под платье? В домашнем стиле? — Лея не смогла сдержать иронии в голосе.
Я с серьезным видом кивнула. Девушка еще раз выразительно закатила глаза и принялась зачесывать мои волосы назад, приподнимая у висков и закалывать на макушке пучок. Сбоку у ушей она оставила по прядке, чуть их завив.
Мне понравился результат, о чем я не преминула сообщить Лее. Девушка зарделась и присела в книксене. Мне было радостно наблюдать, как быстро она из забитого, запуганного существа превращается во вполне самостоятельную, довольную собой женскую особь. И я еще раз ее похвалила.
Потом Лея ушла, чтобы помочь внизу Ане и кухарке с ужином. Я же, переодетая в голубой шелк, с уложенной прической и красивым, неброским макияжем, уставилась в окно. Там прибывали гости. Вначале подъехал одинокий конь с сидящим верхом всадником. Это был маркиз Агастьян. Граф приветствовал его дружеским шлепком по плечу. Маркиз спешился и принялся болтать о чем-то с хозяином замка.
Затем к подъездной дорожке подъехала черная карета, откуда вышла тонкая, как тростинка, девушка с черными смоляными волосами и живыми, блестящими глазами. Девушка весело смеялась, показывая белоснежные зубки, кокетливо отвечая на вопросы мужчин.