Граф
Шрифт:
Вот только при каждом удобном случае принц напоминал Кайну, в чьем доме тот живет и за чей счет. Разумеется, в таких условиях ни о какой политической карьере и речи не шло, так что герцог просто жил в свое удовольствие, без оглядки и зазрения совести транжиря деньги брата на развлечения, и пытаясь придумать план, как от него избавиться…
Конечно, вся эта история была шита белыми нитками, и любой нормальный игрок обозвал бы сценариста бездарем за подобную жалкую поделку. Но для бессмертных этот сценарий и не предназначался, а «неписи» не слишком заморачивались
В любом случае, каковы бы ни были истинные мотивы герцога, задача была предельно ясна: принц Авейн должен умереть во время дуэли.
– Пей! Больше пей! – командовал Зеленкин, внимательно наблюдая за наполнением шкалы «Опьянения» у Шардона.
Тот осушил второй кувшин и отбросил его в сторону.
– Может, взять вино покрепче? – предложил он.
– Нет, нам нужна устойчивая динамика, но при небольшой дельте. Феникс?
– Пробуем, – кивнул убийца и тут же скользнул за спину графа.
Тот развернулся, одновременно выхватывая свое оружие, но слишком медленно.
Шпага вошла ему в бок, разрывая кафтан и окрашиваясь виртуальной кровью.
– Бегай!
Второй удар клинка рассек лишь воздух, потому что Шардон в самом прямом смысле бросился наутек. Зеленкин продолжал следить за десятками показателей через специальный модуль аналитики: скорость бега «непися», его шанс уклонения, степень «Опьянения», уровень здоровья, сила кровотечения и скорость восстановления хитпоинтов – все это считывалось и выводилось в виде графиков и таблиц.
– Нет. Дворянину не к лицу бегство. К тому же, там будет толпа зрителей, и ему не удастся далеко уйти, – вмешалась леди Мари.
– Принято. Макс, надо думать дальше…
Принц Авейн был отличным бойцом и опытным дуэлянтом. Быстрым, ловким и самовлюбленным. Он обожал демонстрировать свое превосходство, рисуясь перед зрителями. Врагов принц убивал медленно и долго, нанося не опасные, но очень болезненные и кровоточащие раны, со временем лишавшие соперника сил.
Исходя из этого, Максимус и Зеленкин разработали Шардону специальный билд и пытались продумать тактику, которая принесла бы неуклюжему и малоопытному торговцу гарантированную победу. Ставка делалась на выносливость и живучесть графа, а также на сокрушительные атаки, наносящие урон по площади – это был единственный вариант хоть что-то противопоставить юркому противнику, мастерски владеющего клинком.
Оружие, одежда, обувь – все это было тщательно продумано.
Разница в 11 уровней в пользу принца Авейна была большой, но не критической. Даже Шардон оценил свои шансы на победу в оптимистичные 18%. И с каждой новой идеей, с каждой новой итерацией и правкой его билда и тактики, эта цифра росла.
– Выше сорока восьми единиц эффективность «Опьянения» падает, так что пусть придерживается именно этой цифры. Ты слышал?
– Да, – «непись» кивнул, – Я приготовлю вино нужной крепости.
Дуэлянтам было запрещено использовать зелья, благословения и свитки. Но нельзя запретить гостям званого ужина есть и пить. Даже напротив, наверняка
Но самым главным его преимуществом было идеальное владение математикой.
Вся игровая механика строится на формулах.
Скорость атаки, наносимый урон, потраченная на использование приема энергия, время перезарядки – все это чистая математика. Для каждого умения, навыка или заклинания есть свои формулы и числовые параметры. Скорость бега, точность ударов, грузоподъемность, восстановление здоровья со временем – все это тоже формулы и числа.
И если по формулам получается, что максимальный шанс поразить противника достигается на 3,25 сотых секунды, для чего нужно использовать умение «Удар в спину» при показателе шанса критического удара, равном 78%, c последующей активацией «Оглушающего тарана» ровно через 0,285 секунды, то именно так Шардон и сделает.
В строгой последовательности и с точностью до сотых долей секунды.
Ни одного лишнего движения, никаких промедлений и погрешностей «плюс-минус чуть-чуть». Потому что он просто напишет скрипт для самого себя, что, как и когда нужно делать, и запустит его.
Сам себе командир и сам себе идеальный исполнитель.
– Что будем делать с его финтом, выбивающим оружие?
– Я бы посоветовал привязать рукоятку к руке, но это физикой мира не поддерживается.
– И? Варианты, идеи?
– Нужно либо открывать достижение «Каменного кулака», либо брать с собой еще несколько штук оружия в горячий слот и брать вместо выбитого…
– Долго и дорого. Есть какие-то мысли? Шардон?
– Я еще изучаю этот вопрос.
– Ок. Дальше. Бить по ногам он будет, но несильно. Победа над обездвиженным противником не так интересна, так что за эту область можно не беспокоиться.
– Это если наш граф не начнет вокруг него круги нарезать.
– А он начнет?
– Конечно. Мы же ему у ведьмы специальные «Каблуки унижения» как раз для этого и заказали.
Зеленкин представил себе картину: здоровенный пузатый и бородатый детина бегает по кругу в изящных женских сапожках на высоченных каблуках; и непроизвольно улыбнулся.
– Кажется, я придумал решение, – подал голос Шардон.
– Выкладывай.
– Этот финт длится ноль целых и восемь десятых секунды. И он состоит из трех непрерывных движений, второе из которых является визуально уникальным и легко распознается.
– И?
– Как только я его идентифицирую, то нужно сразу же разрывать дистанцию.
– Ага. И сколько у тебя на это останется времени? И как далеко нужно уйти, чтобы он до тебя не дотянулся? Это вообще возможно?
– Нет, – отозвался Шардон, ненадолго задумавшись, – У меня нет подходящих умений, чтобы проделать это достаточно быстро.
– О чем и речь. Остается вариант с запасным оружием. Сколько времени у тебя уходит на то, чтобы взять новое из горячего слота, и из сумки.