Граф Брасс
Шрифт:
Выбрав момент, граф увернулся от удара мощной лапы и нанес сильный удар по туловищу зверя. Раздался звон металла. Граф отпрыгнул, с ловкостью пронзив передние лапы механического противника.
Хоукмун поспешил ему на помощь, занявшись одной из конечностей чудовища, а Ноблио, позабыв на миг о своей ненависти ко всякому насилию, попытался всадить свою шпагу прямо в пах железной твари, однако та с легкостью перекусила ее своими стальными челюстями.
– Назад, Ноблио, - велел ему Хоукмун.
– Больше вы ничего не сможете сделать.
Тварь повернула голову на звук и вновь взмахнула лапой.
С яростным ревом граф Брасс бросился в атаку, и вновь сталь зазвенела по чешуе. Теперь зверь повернулся к графу, пытаясь определить источник нового неприятного ощущения.
Вскоре трое нападающих совсем обессилели. Длительный переход по пустыне изнурил путников, а бегство от механической твари совсем измотало их. Хоукмун понял, что они обречены на гибель.
У него на глазах огромная железная лапа ударила по бронзовым доспехам графа, отбросив его на несколько метров назад. Тот не устоял на ногах и рухнул на землю, на некоторое время утратив способность двигаться.
Почувствовав, что враг его теперь беззащитен, механический зверь двинулся вперед, чтобы раздавить его своими гигантскими лапами.
С воплем Хоукмун набросился на существо и ударил ею мечом по спине, но тварь продолжала двигаться к тому месту, где лежал граф Брасс, не обращая на удары никакого внимания.
Герцог обогнул тварь и бросился вперед, чтобы прикрыть друга.
Ему по-прежнему никак не удавалось сбить тварь с пути, она неслась вперед, вперив перед собою слепой взгляд разбитых глаз.
Затем и Хоукмун оказался на земле, израненный, оглушенный. Граф Брасс с трудом пытался подняться на ноги. Но тут огромная лапа нависла над его другом, тот вскинул руку, словно пытаясь защититься... Ноблио набросился на монстра, словно надеялся одолеть его голыми руками.
Последней мыслью Хоукмуна было: я вновь привел друзей к гибели. Прав был Калан - я и впрямь их Немезида.
Глава 5
ДРУГАЯ ЛОНДРА
И вдруг стальное чудовище застыло на месте.
Исторгло жалобный вопль.
Граф Брасс был не из тех, кто упустил бы подобную возможность. Он поспешно откатился подальше от огромной лапы. У него еще не доставало сил подняться, но он торопливо пополз прочь, по-прежнему держа в руке саблю.
Ноблио с Хоукмуном как будто остолбенели, недоумевая, что могло приключиться с монстром и заставило его прервать бой, исход которого был очевиден.
Механическая тварь прижалась к земле. С испуганным стоном она повернула голову, словно прислушиваясь к лишь ей одной слышному голосу.
Граф Брасс наконец сумел встать и решительно обернулся навстречу монстру.
И в этот миг тварь с оглушающим грохотом рухнула на землю, и пестрая чешуя ее померкла, точно внезапно тронутая ржавчиной. Она больше не шевелилась.
– Что такое?
– Звучный голос графа Брасса был исполнен недоумения. Неужто мы одолели ее одной лишь силой воли?
Хоукмун разразился хохотом, ибо неожиданно заметил туманные очертания среди холмов, которые с каждым мигом делались все отчетливее.
– Кто-то другой позаботился об этом. Ноблио изумленно вскрикнул, в свою очередь заметив, куда смотрит его Друг.
–
– Можно сказать и так.
Граф Брасс заворчал и поднял клинок.
– Эта новая угроза мне совсем не по душе.
– Надеюсь, это не угроза, по крайней мере не для нас, - объявил Хоукмун. Это возвращается Сориандум, У них на глазах полупрозрачные контуры становились все отчетливее, и наконец город появился вновь на своем прежнем месте, раскинувшись на самой границе сухой безбрежной пустыни и зеленых холмов. Древний город, город развалин.
Граф Брасс выругался и пригладил усы с видом человека, готового в любой миг перейти в наступление.
– Можете убрать оружие, граф Брасс, - сказал ему Хоукмун.
– Это тот самый Сориандум, который мы так долго искали. Призрачный народ - эта древняя раса бессмертных, о которой я вам рассказывал - пришел к нам на помощь. Перед вами Сориандум Прекрасный, взгляните.
Ибо даже разрушенный Сориандум был прекрасен. Поросшие мхом стены, фонтаны, высокие, полуразвалившиеся башни в зарослях оранжевых, желтых и красных цветов, потрескавшийся мрамор плит, гранитные и обсидиановые колонны, - все поражало своей красой. Все дышало спокойствием. Даже птицы, что гнездились в вековых руинах, даже ветер, играющий прахом на пустынных улицах.
– Это Сориандум, - почти шепотом повторил Хоукмун.
Они стояли, не двигаясь, а мертвая железная тварь лежала у них под ногами.
Первым вперед пошел граф Брасс. Он пересек заросший травой мозаичный пол, коснулся рукой ближайшей колонны.
– Она настоящая, - пробормотал он.
– Как такое возможно?
– Я всегда первым отрицал выдумки людей, верящих в сверхъестественное, заявил Ноблио.
– Но сейчас невольно задаюсь вопросом...
– Это благодаря науке Сориандум вернулся на свое место, - пояснил Хоукмун.
– Точно так же, как наука некогда позволила ему отсюда исчезнуть. Мне это известно, поскольку я сам отправился за тем устройством, которое помогло призрачному народу осуществить свое фантастическое путешествие. Они не в силах покинуть пределы города. Эти люди подверглись влиянию некоего процесса, о котором я не имею ни малейшего представления. Они смогли полностью избавиться от плотской оболочки и перейти в новое состояние... Состояние чистейшего разума, духа... Не знаю, как лучше сказать. Обычно они незримы, но если пожелают, то способны принимать человеческий облик. Их сила многократно превосходит силу большинства смертных, и в то же время это самые мирные существа, каких я только знаю... И красота их сравнима лишь с красотой их города.
– Вы льстите нам, старый друг, - раздался внезапно голос прямо из воздуха.
– Ринал?
– тут же признав его, воскликнул Хоукмун.
– Это вы?
– Конечно, я. Но кто ваши спутники? Наши инструменты выходят из строя в их присутствии. Именно поэтому мы сперва и не рискнули появиться, ни сами по себе, ни вместе с городом, ибо опасались, что они питают некие черные замыслы в отношении Сориандума, а вас сюда завлекли силой или хитростью.
– Это мои добрые друзья, - возразил Хоукмун.
– Но они родом не из этого времени. Возможно, поэтому они воздействовали на ваши инструменты, Ринал.