Грация!
Шрифт:
— Я ещё не закончила, — не отвлекаясь от дела бросила через плечо Хина. Перья Грации выросли уже на десять сантиметров, требовалось время для полного восстановления, которое пытались забрать сопровождающие.
— Приказы короля…
— Не обсуждаются, — закончил за мужчину Дилан. — Да, нам известно, но придётся подождать!
— Боюсь, мы вынуждены настаивать! — толпа дворян недобро посмотрели на принца. — Жизни вашей защитницы ничего не грозит, а значит вы можете отложить лечение на некоторое время.
— Пойдём, Дилан, — попросила Ангелина. — Быстрее покончим с этим.
— Ты уверена? — уточнил парень, получил одобрительный ответ, и обратился к
— Разумеется, — жрица убрала руки с исцеляющим заклинанием от Грации и вместе с ней пошла к принцу.
— Нам велено привести вас двоих! — нервно сказал один из сопровождающих. Дилан стоял уже вне себя от возмущения! Он насмотрелся на напыщенных индюков из замка на месяц вперёд! Дилан сделал шаг к наглецу, уже замахнулся кулаком для удара, но пришлось остановиться — Хина встала между принцем и дворянином, легонько ткнув острым концом посоха Солара прямо в горло обидчику:
— Эй, дружочек! Мне послышалось или ты на полном серьёзе посмел дерзить Святой Деве?? Благочестивой последовательнице самого Солара! Я прямо сейчас вознесу молитву свету, и ты покроешься язвами с ног до головы!
— Только не это! — взмолился мужчина. — Прошу! Пощадите! Не надо кары Солара!
— Проваливай, — с ненавистью цыкнула Хина. — Сами дойдём! Правильно говорю?
— Лучше и не скажешь! — одобрительно закивал Дилан, скрестив руки на груди.
Троица проводила всех лишних людей в часовне взглядом, и Хина немедленно приступила к завершению лечения.
— Вот так… Хина не даст тебя в обиду… — ласково говорила жрица, поглаживая крылья во время их лечения. Ангелине вроде было и приятно, но очень некомфортно, что к ней относятся, как к животному. Дилан бросил на них весёлый взгляд и быстро отвернулся, чтобы скрыть улыбку.
— Да, очень весело смотреть, как меня гладят и уговаривают… — недовольно фыркнула Ангелина.
— Ой! — одернула руки Хина. — Я задела ранку?! Прости, пожалуйста!
Жрица осторожно поднесла ладонь к голове Грации и чего-то ждала.
— Пока ты не дашь себя погладить — она не перестанет! — мысленно рассмеялся принц.
— И как мне ей разрешить себя погладить?!
— Не знаю, ткнись к ней в руку мордочкой, как настоящая лошадь!
— Сам ты лошадь! Я ПЕГАС! — гордо заявила Ангелина и случайно врезалась в ладонь Хины.
— Так ты прощаешь меня! — обрадовалась девушка, потрепав остатки гривы на голове. — Тогда, стой смирно! Я буду лечить осторожнее!
Хина закончила лечение так быстро, как только могла, и велела Дилану поспешить на приём к королю. Сама жрица выбилась из сил, упала на лавочку в центре молитвенного зала и прикрыла усталые глаза. Дилан только успел сделать шаг за пределы святилища, как моментально заметил, плохо спрятавшихся за колонной, дворян. Парень склонил голову набок, упёр руки в боки и одним взглядом велел назойливым сопровождающим убираться. Те виновато посмотрели на него и нехотя постучали каблуками по каменной лестнице.
Главный вход тронного зала сегодня охранялся тщательнее обычного: перед Диланом и Грацией стоял клином целый заградотряд из элитных гвардейцев. Несмотря на то, что каждый воин знал принца в лицо, к парню всё равно прислонили мудрёный амулет, а только потом пустили к королю. Ну хоть к Ангелине не пристали! Догадались своими куриными мозгами, что существа света априори не могут быть тёмными. Дверь за парочкой захлопнулась — перед ними важно сидел король Роланд в задумчивой позе, а возле него тенью стоял бессменный Сайрус. Дворецкий откланялся Государю, вышел объявить принца
— Сын, — сухо сказал король.
— Отец, — с неприкрытым холодом ответил Дилан. В комнате повисла напряжённая атмосфера — король и принц смотрели друг на друга так, словно сейчас сцепятся насмерть. Они сверлили друг друга взглядами, пока король не нарушил молчание:
— Твоё возвращение необходимо отметить. Сегодня вечером будет бал в твою честь.
— Что ты такое говоришь, отец?! — не выдержал парень. — КАКОЙ БАЛ?! Ты лишился рассудка?!
— Я бы на твоём месте так не распалялся, — строго сказал король. Что-то в его поведении было страннее обычного, но Дилан никак не мог понять, в чём дело. — Возможно, это последний бал для нашего королевства. Все это понимают, кроме тебя, глупый щенок.
— Дилан — нет! — забеспокоилась Грация, увидев мысли парня как открытую книгу. — С твоим отцом что-то не так! Отступим! Пойдём на чёртов бал!
— Я пойду готовиться, — неуверенно сказал принц и впервые без разрешения повернулся к королю спиной. Дилан ожидал любой реакции, кроме этой — безразличие. Роланд даже бровью не повёл, когда сын уходил с пегасом из тронного зала.
Глава 52
Сказать, что подготовка к балу была странной — ничего не сказать. Повсеместно с вездесущей стражей тут и там бродили угрюмые слуги. Они выполняли прямое распоряжение короля, подготавливая веранду дворца к празднику. Его Величество почему-то решил, что мало празднику случиться в такое нелёгкое и опасное для королевства время — надо ещё всем показать, что Роланд V ничего не боится! А раз не боится король — не боятся и его подданные. Логика «железная», но никто не осмеливался спорить. У большинства чернорабочих в замке семьи жили в городе, а то и в отдалённых деревушках. Они не знали положение дел на военном фронте, насколько далеко зашли силы тьмы, а потому все мысли прислуги были о доме и близких. А король словно издевался над ними, собираясь отпраздновать возвращение своего сына! Только вот все молчали, надеясь на благоразумие государя (или хотя бы на Сайруса).
Воинам клана «Покоряющих Небеса» тоже приходилось нелегко: все в замке друг друга знали, а потому у стражников чаще всего пытались узнать — что же такое происходит в замке? Воины в ответ только разводили руками и ссылались на приказы свыше, чем навлекали на себя дурную репутацию и негативное отношение. Они бы и рады поделиться хоть какими-то слухами, но сами были в положении ни лучше прислуги. Разница была лишь в том, что одни в руках держали предметы быта, а другие — мечи. Напряжение нарастало, а государь даже не удосужился показаться на люди.
Дилан видел обстановку в замке, а потому сразу предложил Хине пересидеть с ним и Грацией остаток времени до праздника, который никто не хотел. Благо они удачно наткнулись на жрицу, медленно бредущую в сторону тронной залы. Под недовольные презрительные взгляды каждого встречного по пути — троице удалось проскочить без скандала в башню принца. Хорошо знакомый стражник Олли возле комнаты принца выглядел настолько встревоженным, что Дилан по-дружески положил ему руку на плечо и отпустил с богом на все четыре стороны. Парень знал, что у того есть семья, а недавно родилась дочка. Олли точно отпустят из замка, потому как единственная его обязанность — сторожить башню Дилана, в чём он не сильно нуждался. Принц запустил девушек вперёд, зашёл в башню сам и запер за собой дверь.