Говорящие Со Зверями
Шрифт:
— Надеюсь, что смогу подыскать достаточно веские аргументы, — Клементина снова улыбнулась, выкладывая на стол звякнувший мешочек.
— Простите, я посмотрю, — пробормотал Квестин, заглядывая внутрь. — Хм, в самом деле… достаточно веские.
Дженни, заглянув через плечо шефа, различила блеск золота. То, что нужно агентству именно сейчас! Дженни слышала, как Квестин обсуждал с дворецким, что не мешало бы сократить расходы, потому что скоро платить налог, и это может стать проблемой…
— У меня есть все необходимые документы, — продолжала госпожа Сервейс, — Ирви должен возвратиться,
— То есть никаких проблем? — уточнил Квестин. — Мисс Сервейс, лучше скажите мне сразу, не возникнет ли каких-то трудностей? Я должен быть готов ко всему. Ведь если дела обстоят так радужно, вы бы не обратились к детективу.
— Единственная проблема в том, чтобы уговорить Ирви вернуться по-хорошему. Если вернуть его насильно, я потеряю брата навсегда! Потеряю, хотя он окажется рядом со мной, понимаете, господин Квестин? Прошу вас, уговорите его! Хотя бы попытайтесь! Я уверена, что вашей помощнице это удастся! Честно говоря, я больше надеюсь на вас, милочка.
Дженни хотела насмешливо фыркнуть в ответ на «милочку», но тут маска богини, вытесанная из мрамора, дрогнула, Клементина совсем некрасиво хлюпнула носом, и из ее глаз покатились слезы, прокладывая на точеных щеках черные дорожки размытой туши.
Гостья рыдала, Квестин с Дженни наперебой протягивали ей салфетки… наконец, когда она немного успокоилась, Дженни рискнула спросить:
— А почему вы думаете, что именно мне это удастся?
— Для молодых людей очень важно, чтобы с ними соглашались ровесники. Ирви только тремя-четырьмя годами старше, и если его станет упрашивать хорошенькая девушка…
И тут Дженни поняла, что уже согласна. Такая роскошная женщина… нет, Женщина с большой буквы — назвала ее хорошенькой! И потом, мисс Сервейс предлагала внушительную сумму! И потом, когда еще Дженни выпадет шанс побывать на Гранделине? И потом, речь идет о брате, которого хочет вернуть любящая сестра.
Клементина тем временем объясняла, что поначалу им с братом пришлось много работать, чтобы сделать заведение процветающим, но теперь-то все иначе! Теперь они богаты, и Ирви может позволить себе тот образ жизни, который выберет сам, теперь он может вообще не касаться семейных дел, сестра просто хочет видеть его рядом, так как они одни на всем белом свете, они семья, они должны быть вместе. В общем, Дженни услышала то, что сама обдумывала днями напролет.
И она, к собственному удивлению, бросилась уговаривать Квестина. Словно слыша собственный голос со стороны, начала упрашивать «дядюшку»! Квестин мямлил, что идет война, и он бы не хотел бы подвергать племянницу риску, Клементина напомнила, что сейчас перемирие, а Ирви служит вовсе не в элитной части. Скорее всего, он в каком-нибудь тыловом гарнизоне, и ему уже до Веспера надоело глотать пыль, бестолково маршируя на плацу или просиживать штаны в унылой крепостце, которая затеряна в песках. Только чуть-чуть подтолкнуть его, а так-то он совсем готов передумать!
Все это звучало достаточно убедительно, да и Дженни проявила внезапную настойчивость — в общем,
Когда все подробности были выяснены, Квестин отправился проводить гостью к выходу. Дженни задержалась, чтобы тихонько шепнуть Морко Гучиху:
— А чем владеет эта госпожа Сервейс? О каком бизнесе она вспоминала? Квестин о нем знает, а ты?
— Весь Эверон знает заведение госпожи Сервейс, — ухмыльнулся гоблин, — ручаюсь, и лорды Вулкана тоже отлично осведомлены об этом бизнесе. Это публичный дом. Самый роскошный и знаменитый в городе! «Улыбка Вилены», вот так называется.
— О-о… — только и смогла вымолвить Дженни.
Ну а что такого? Обычный бизнес, не хуже любого другого! Во всяком случае, в Эвероне. Она поспешила к двери, чтобы не показаться невежливой и попрощаться, как приличествует хорошенькой и благовоспитанной девушке.
Квестин с госпожой Сервейс стояли у порога. Дженни услышала последние слова «дядюшки»:
— Если Ирви просто скучает в далеком гарнизоне, может, дать ему доскучать год службы? К чему эта спешка? Нет, нет! Меня более чем устраивает предложенный гонорар, но я хочу заранее приготовиться к тому, что знаю не все. Не люблю я, знаете ли, внезапно возникающих трудностей.
Клементина закусила губу и поглядела в глаза префекту. Она сомневалась, стоит ли добавить что-то к уже сказанному. Наконец решилась и, бросив быстрый взгляд в сторону Дженни, потянулась к отставному префекту и шепнула на ухо несколько слов.
— Ах вот как! — пробормотал Квестин.
Дженни стояла позади него и не могла видеть лицо, но «дядюшка» был определенно поражен и растерян.
— Э… м… да, я понимаю, — медленно произнес он.
— Вот поэтому я хочу вернуть Ирви как можно скорее, — заключила Клементина. Она уже совладала с собой и говорила спокойно и ровно, — надеюсь, это останется между нами.
Обернувшись, она подняла руку, и экипаж, поджидавший на обочине, с грохотом тронулся с места.
— Я очень надеюсь на вас, господин Квестин, — произнесла женщина с печальной улыбкой, — на вас и вашу милую племянницу. Особенно на нее.
Когда она скрылась в экипаже, Дженни заявила:
— Я милая! Это растрогало меня до глубины души.
Потом она посмотрела на «дядюшку» и поняла, что ирония, как ни странно, неуместна. Квестин без всяких шуток был растроган. Во всяком случае, взволнован! Он, не отрываясь, глядел вслед отъезжающему экипажу и судорожно стискивал трость. Дженни поняла, что он по-настоящему распереживался.
— Какая женщина! — наконец изрек отставной префект. — Э… какая женщина!
Дженни задумалась. Госпожа Клементина была щедрой и печальной, она вызывала симпатию. Но не было ли это игрой? Дженни не понаслышке знала об актерском мастерстве, но если бы ей пришлось встретить актера более ловкого, чем она сама, то не удивилась бы. Может, эта дама притворялась? Однако в чем здесь смысл? Вернуть брата из огнедышащей пасти войны — это ведь благое дело, и очень даже вызывающее у Дженни сочувствие. Интересно только, что она прошептала Квестину на ухо?