Говорящие Со Зверями
Шрифт:
Ответом послужил дружный хриплый крик гоблинов и рев троллей, эти слова были обращены прежде всего к ним — тем, кто пошел в армию, чтобы получить гражданские права наравне с людьми.
Заметила Дженни и репортеров «Вечернего Эверона» — оба затесались в толпу бойцов и быстро-быстро черкали в своих блокнотах. Фургон остановился как раз рядом с ними, и Дженни разглядела, что пишет лишь один из них, второй художник, и он делает зарисовки.
— Пиши-пиши, — поощрял он того, что занимался текстом. — Я-то потом дорисую и лошадь, и знамя над головой. А ты не пропусти ни слова. Его милости понравится, если будет
Ну да, подумала Дженни, ведь газету финансирует папаша генерала — Истригс-старший, спикер парламента и близкий родственник противной Урсулы, начальницы тайной полиции Вулкана. Ну и семейка!
Тот, что записывал генеральскую речь, рыгнул и пробурчал:
— Я-то запишу. Ох, ну и денек… Я, когда вернусь в Эверон, еще неделю буду под себя ходить песком. О! Как сойдем на берег, первым делом выпью нормального вина, прямо там, в порту! От этого, которым маркитант торгует, у меня изжога. Неделю буду пить! Не выходя из «Улыбки Вилены», потому что эту неделю проведу там! Пока весь песок из себя не исторгну!
— Ага. Я с тобой. Слушай, ты видел дэвов? Я имею в виду, в деталях разглядел?
— К счастью, нет. Пусть на них тролли любуются, а мне зачем?
— Да я думал зарисовочку сделать. Но тоже толком не видал.
— Пойди, на дохлого погляди.
— Гаспар, ты гений! Я так и сделаю!
— Тогда поторопись, пока гномы не изрубили их на сувениры. Генерал уже договорил, здесь можно заканчивать.
«Улыбка Вилены», насчет которой с таким придыханием высказался репортер, напомнило о задании, с которым Дженни с Квестином отправились на Гранделин: найти брата владелицы этого славного заведения. Ох, каким далеким показался тот день, когда роскошная Клементина Сервейс вошла в их скромное агентство…
Глава 7. Дорога славы
На поле боя армия простояла почти сутки. Раньше плохо обученных солдат было невозможно собрать в походные колонны. Так объяснил Морвиг Готвинг после того, как старому лорду позволили покинуть свиту генерала.
— Мне там делать нечего, — заявил он, пока молчаливый телохранитель стягивал с него кольчугу. — Это не моя победа.
Внук был еще мрачнее деда. Доспехи он снял без посторонней помощи, и вообще, как заметила Дженни, старался ни с кем взглядами не встречаться. Что-то его сильно огорчило в нынешней схватке. Честно говоря, нынче случилось немало такого, чтобы новобранцу стало не по себе, но лорд Вулкана обязан быть невозмутимым в любой ситуации. И к тому же это был первый большой бой юного лорда, и Повелители Огня победили! Молодому победителю положено испытывать больше гордости!
Нет, решительно Уотс Готвинг вел себя неправильно. И дед ничего не сделал, чтобы утешить младшего родича. Здесь таилась некая загадка… И, честно говоря, Дженни стало его жалко. Она выбрала момент, когда никто не глядел в их сторону (младший лорд как раз, стянув кольчугу, мял в руках бренчащий комок) и шепнула:
— Ваша милость, прошу простить мое неподобающее поведение на палубе. Тогда, утром, когда я лазила на мачту. Мне очень жаль, чеcтно!
Юноша удивленно заморгал. И снова опустил глаза.
— Я хотела сказать, что смотрела на вашу битву с Погонщиками Ветра, —
Откровенно говоря, она не разглядела попутчика среди других Повелителей Огня, но ведь они все были герои — все, кто встал против Погонщиков в поединке стихий. Значит, и Уотс тоже!
И тут случилось такое, чего Дженни никак не могла ожидать. Юный Готвинг шмыгнул носом, и поднял глаза на собеседницу. В них стояли слезы.
— Они все видели! — прошептал он. — Все! Мой огонь был самым слабым!
— Ну и что? — опешила Дженни. — Я все видела, это был очень приличный огонь, просто здоровенный!
— Правда? — лорд раздумал рыдать и поглядел на Дженни с надеждой.
— Вы здорово держались, ваша милость, я скажу это кому угодно! Ведь все происходило у меня на глазах. Я свидетель! Во имя Трохомора, лорд Готвинг, ваше пламя было, что надо, — она подумала и добавила для верности, — просто даже очень впечатляюще! Я прямо обалдела.
Морвиг неуверенно улыбнулся:
— Миссис, вы врете.
— И готова соврать то же самое, слово в слово, кому угодно и когда угодно, — уверенно заявила Дженни. — Честно говоря, мне показалось, что все Повелители напустили примерно поровну огня. Может, у кого-то было и больше, но я не заметила. Есть такой бог, Хогорт. Так вот, его священник — мой добрый знакомый. Он говорит, Хогорт учит не обращать внимания на мелочи. Плюньте на ерунду, во имя Хогорта! Сегодня вы победили Погонщиков Ветра.
— Спасибо, миссис, — прошептал лорд. Он оглянулся, не смотрит ли дед.
Тот все еще возился с кольчугой и одновременно что-то втолковывал вежливо кивающему Квестину. Тогда юноша промолвил несколько увереннее:
— Если вы не против, мы можем снова перейти на «ты». Когда никто не слышит. Хорошо?
Дженни кивнула, и совершенно утешившийся лорд, улыбаясь, скрылся в фургоне. А она подумала, что после сегодняшнего боя, когда лорды Эверона и принцы пустыни на ее глазах повелевали стихиями — теперь она понимает, почему им удается обходиться без веры в богов. Но, с другой стороны, иногда боги бы им не помешали. Все хотя бы изредка нуждаются в утешении! И нуждаются в умении плевать на мелочи. И только глупая гордость мешает владыкам Вулкана в этом сознаться!
***
Когда стемнело, главнокомандующий пригласил Повелителей Огня на пир в честь победы. Телохранитель отправился с господами, так что фургон остался в полном распоряжении Квестина, Дженни и Реми. Вечером за ужином, прислушиваясь к шуму в лагере победителей, Квестин рассказал, что беспокоит старого лорда.
— Завтрашний день мы проведем здесь, ночью двинемся на Одвик, и придем туда еще до рассвета. Но его милость генерал Истригс не хочет терять время, он уже отправил авангард к крепости. И послал гонцов в Абадох. Как только там станет известно, что осада снята, из Абадоха к Одвику направится небольшой флотский конвой. Они привезут новости из Эверона. Те, что доставили моряки, пока мы были в походе. И лорд Готвинг полагает, что мы узнаем о новых преступлениях на Вулкане.