Говорящие с...
Шрифт:
– И где же сейчас обретается собрание столь изумительных качеств?
– осведомилась Шталь.
– Не знаете?
– Так его недавно эти дебилы из "Люкс-техно" к себе взяли, - продавец-телезритель хохотнул.
– Думаю, сладко им теперь! Петровичу только не говорите, а то он со смеху нае... извините, девушка.
– Я думаю, мы с вами прекрасно знаем, что с товаром вашего магазина в последнее время не все гладко, - осторожно произнесла Эша, выдержав задумчивую паузу.
– И я не буду вас об этом спрашивать. Но как, по-вашему, ваш бывший коллега мог бы...
– Я человека оговаривать не стану!
– хмуро перебил он ее.
– Вот если откровенно - мог.
В этот момент через отдел неторопливо процокала на тончайших каблучках анемичная Татьяна, производя всеми своими стразами нестерпимый блеск. Лениво кивнула продавцам и вышла на улицу. Парень с телефоном хихикнул.
– Медуза номер два пошла кю-ушать! Что еще скажете, девушка?
Шталь сказала "до свидания".
* * *
"Люкс-техно" отличался от "Аллегро" лишь отсутствием дыры в витрине, наличием нескольких потенциальных покупателей, прохаживавшихся по отделам, да еще чуток отставал по площади - в целом же, ассортимент товаров был идентичен, и продавцы так же сидели без дела. Экс-продавца из "Аллегро" Эша нашла почти сразу же. Он сидел в отделе видеотехники и смотрел по огромному телевизору какой-то боевик, мало интересуясь происходящим вокруг него. К его свитеру была приколота табличка "Егор Демченко, продавец-консультант". Черты его лица были какими-то неопределенными, расплывчатыми, и таким же расплывчатым оказался голос, когда он заговорил, с неудовольствием убавив звук телевизора. Шталь подумала, что Гоша относится к тем людям, о существовании которых забываешь в ту же секунду, как они пропадают из вида.
– А в чем дело? Ваши со мной уже разговаривали. И менты тоже.
– Но дело-то не закончено, - она облокотилась о стол, отчего вырезы плаща и свитерка слегка провисли, и взгляд Гоши приобрел диагональное направление.
– Похоже, у ваших бывших работодателей большие неприятности.
– Неприятности...
– Демченко тонко хихикнул, приглаживая свои светлые волосы отработанным жестом.
– Да у них полный... а не неприятности! Только с меня-то какой спрос? Я уже давно у них не работаю. Не, ребятам-то, конечно, каюк, закроют их. Печально, но когда проданный товар становится причиной травматизма - это очень серьезно. На них ведь уже, вроде, и в ментуре что-то рисуют.
– Похоже, вас это не очень печалит?
– Ну, - его тон стал сдержаннее, - я не злорадствую, конечно. Но они теперь, вроде, как конкуренты, - Гоша пожал плечами.
– Да и продавать битую технику не больно-то красиво.
– Откуда вы знаете, что она была битой?
– Ну с ней же начались проблемы, не так ли?
– он ухмыльнулся.
– Конечно, я под этим подписаться не могу, но наверняка какая-нибудь дефектная партия, а они ее по быстрому спихнули в распродажу. В новогодние праздники знаете сколько товара ушло - не то, что со склада - из зала все выгребли, крутых-то моделей на складе много не держали. А новая партия не успела прийти, лопухнулись они с заказом. Вот, мастера, небось, абы как все проверяли, а то и вообще не проверяли - в зале изначально проверенную выставляли - ну и ладно. Мастера у них там тупые - только и умеют, что крутизной своей всем уши занавешивать!
– А такого Егорыча знаете?
– Казьмина, что ли? Главный придурок! Да вы про кого угодно спросите, я вам скажу... Я их всех знаю.
– Наверное, непросто было вам с ними работать, - задумчиво произнесла Эша, и Демченко, уловив в ее голосе сочувствие, придал лицу подобие мученического выражения.
– За что же они вас уволили?
– Уволили!
– он фыркнул.
–
– Я вам, конечно, сочувствую, - Шталь описала возле его стола маленький полукруг, помахивая полами расстегнутого плаща, - но, к сожалению, это лишь эмоции, и они мне не пригодятся. Мы собираем факты. Вот если...
– Для закрытия?
– Гоша даже вперед подался.
– Вы ведь хотите его закрыть?
– Ну, - она сделала неопределенный жест.
– Помимо законных претензий "Аллегро" вызывает и много волнений другого рода. Кстати, вы в курсе этих странных слухов вокруг него?
– Насчет нечистой силы?
– спросил Гоша необычайно серьезно.
– А как же! Вы знаете что - вы с Витькой поговорите. Он у них сторожем подрабатывал, недавно уволился... Нормальный парень. Я вам даже могу его адрес дать.
Эша кивнула, подумав, что характеристика "нормальный парень" из уст Демченко, пожалуй, настораживает.
* * *
Витька оказался дома, и к нему не подходило не только определение "нормальный", но и собственно "парень" - дверь Эше открыло нечто неопределенного пола, длинноволосое и костлявое, закутанное в длинный полосатый халат, испещренный мокрыми пятнами и серыми разводами от размазанного сигаретного пепла. Нечто едко дохнуло на Шталь перегаром предельной степени концентрации, повиснув на дверной створке, сказало "О!" и сделало попытку вывалиться из квартиры прямо ей на грудь. Она бесцеремонно втолкнула его обратно и захлопнула за собой дверь. Нечто повернулось, мгновенно забыв о ее существовании, и, шатаясь, убрело в глубь квартиры. Сморщив нос, Эша прошла следом. В бедной на мебель комнате задумчиво висел густой холодный сигаретный дым, сквозь который на другом конце едва-едва, словно маяк, поблескивал экран выключенного телевизора. Почти на ощупь она пробралась к балкону и распахнула дверь. Порыв весеннего ветра ворвался в комнату, и дым недовольно заколыхался. Нечто, никак не отреагировав на ее действия, плюхнулось на диван и принялось сворачивать голову водочной бутылке, что-то бормоча сквозь зубы, и только сейчас Эша ощутила, какая непривычно странная, звенящая тишина стоит в квартире.
– Вы Витя?
– Возможно, - сказало нечто, переправляя часть содержимого бутылки в кофейную чашку. Из дыр в его тапочках торчали мизинцы с толстыми желтыми ногтями.
– Будешь?
– Нет, спасибо.
– Тогда зачем пришла?
– логично удивилось нечто, выплеснуло чашку в рот и сморщилось так, что его лицо потеряло всякое сходство с человеческим. Потом вытащило из пачки сигарету и принялось наугад тыкать фильтром туда, где по его представлением должен был находиться рот, но там почему-то все время оказывалась щека. Не выдержав, Шталь подошла, отняла сигарету и сунула туда, куда надо.
– Спасибо, - нечто щелкнуло зажигалкой и, словно в благодарность, добавило: - Я - Витя!
– Уже прогресс, - пробормотала она.
– Я по поводу вашей старой работы в магазине "Аллегро"...
Реакция Витьки оказалась неожиданно бурной. Он широко распахнул рот, из которого вывалилась незажженная сигарета, и с жалобным воем запустил в Эшу кофейной чашкой, после чего сделал попытку вскочить, но его ноги сразу же подвернулись, и он рухнул обратно на диван. Поняв, что убежать не удастся, бывший сторож перевернулся на живот, засунул голову под диванную подушку и застыл, очевидно, притворяясь мертвым.