Говорит космодром
Шрифт:
— Что же радио у нас выключено? Про Юрку передают!
Анна Тимофеевна тяжело опустилась на стул.
— Зоя, что? Разбился? Двое детей...
— Жив Юрка. Он в космосе!
Первая мысль – о сыне, потом о Вале, о внучках. Как там они? Быстро оделась – и на поезд.
В вагоне только и разговоров, что о Юрии Гагарине. Всем лестно, что земляку такая честь. Кто-то узнал Анну Тимофеевну. Пассажиры зашептались. Какой-то парень не выдержал и на весь вагон закричал:
— Здесь едет мать Гагарина!
Кто-то предложил стоп-краном остановить поезд, качать ее. Анна Тимофеевна смутилась оттого, что оказалась в центре внимания.
—
— Какой он?
— Парень как парень. Послушный, уважительный...
— Подвиги, подвиги, мать, до этого совершал какие?
— Жил как все. Учился. Дома помогал по хозяйству. Две дочки у него. Младшенькой месяц скоро будет...
Стучат колеса поезда, а еще быстрее их летят мысли. То о доме, то о муже, то о внуках, то о сыне. Как он там? Поди, тяжело. Да вроде к праздной жизни и не приучен.
Вспомнила, как приехал однажды в отпуск. Одет с иголочки. Все подогнано. Пуговицы на кителе блестят. Вышел погулять. Вдруг услышал, что в деревне Карнино, что в трех километрах от города, большой пожар. Сразу вместе со всеми бросился туда. Несколько часов растаскивал горящие бревна, носил воду. Вернулся домой под вечер. От нового кителя остались только воспоминания... [1]
Весть о старте «Востока» застала меня в Армении... Как я завидовал тогда тем, кто был на космодроме, кто потом пожал руку космонавта на земле! Часами слушал радио, знакомые голоса репортеров. Москва готовилась к торжественной встрече. И для передачи с Красной площади мне поручили сделать репортаж из Бюраканской астрофизической обсерватории.
1
Рассказ о том, как встретили весть о полете отец и мать первого космонавта, передаю со слов корреспондента радио Олега Куденко (примеч. автора).
...Отливают серебром купола астрономических башен. В них мощные телескопы отдыхают после ночной работы. Молодые ученые собираются группами, что-то горячо обсуждают по-армянски, но слова «спутник», «Гагарин» помогают понять, о чем идет речь. После полета Гагарина звезды кажутся ближе, а заботы астрономов понятнее.
В тот первый приезд Гагарина на радио все мы, работники радио, с каким-то особенно радостным, приподнятым, праздничным настроением рассказывали Юрию Алексеевичу о том, как проводятся радиопередачи, познакомили с эфирным хозяйством. Юрий Борисович Левитан показал студию, в которой он, прервав очередные передачи, сказал: «Говорит Москва! Говорит Москва! Работают все радиостанции Советского Союза! Передаем сообщение ТАСС «О первом в мире полете человека в космическое пространство».
— Ох и волновались мы, Юрий Алексеевич! – говорит Левитан.
— Я тоже сейчас волнуюсь. Тяжело выступать у микрофона! По-моему, в космосе легче, – улыбаясь, отвечает Гагарин.
Удивительно просто вел себя герой! Все у него получалось ладно – и ответы на приветствия, и шутки, и выступление у микрофона.
— Значит, записываем на пленку и включаем в передачу с Красной площади? Так, понятно. В какой микрофон говорить? А может, без меня? Я ведь уже выступал с Красной площади? – слышался голос Гагарина. – Проба нужна? – спрашивает Юрий Алексеевич.
Операторы переглядываются.
Точно так – спокойно, весело и уверенно – Юрий Алексеевич вел себя всюду: на тренировках, во время старта и полета, на приеме в Кремле.
Во время тяжелейших тренировок на центрифуге улыбался и подмигивал. Врачу показалось, что Юрий... дразнится, он обиделся, пришлось объясняться.
Врач-психолог точно уловил черты характера Гагарина. Вот что он записал в журнале наблюдений:
«Гагарин постоянно уверен в себе, в своих силах. Уверенность никогда не переходит в самонадеянность. Эмоциональная сфера всегда устойчива. Его очень трудно, по существу невозможно, вывести из состояния равновесия. Настроение обычно немного приподнятое, вероятно потому, что у него юмором, смехом до краев полна голова. Вместе с тем трезво-рассудителен. Обладает беспредельным самообладанием. Тренировки переносит легко, работает результативно. Развит весьма гармонично.
Чистосердечен. Чист душой и телом. Вежлив, тактичен, аккуратен до пунктуальности. Любит повторять: «Как учили!» Скромен. Смущается, когда «пересолит» в своих шутках.
Интеллектуальное развитие у Юры высокое. Прекрасная память. Выделяется среди своих товарищей широким объемом активного внимания, сообразительностью, быстротой реакций. Усидчив. Тщательно готовится к занятиям и тренировкам.
Не стесняется отстаивать точку зрения, которую считает правильной. Похоже, что знает жизнь больше, нежели его некоторые друзья. Отношения с женой нежные, товарищеские».
Так писал врач, изучавший Гагарина до полета. Таким Гагарин остался и потом, когда на него обрушилась волна всемирной известности и славы.
...Юрий Алексеевич быстро освоился за дикторским столиком, разобрал записи в блокноте.
Слово Гагарина с Красной площади 1 Мая 1961 года:
«Сегодня, в день праздника, мне еще раз хочется сказать о чувстве, которое я испытывал за несколько минут до полета в космос. Что это было: гордость, радость? Да, конечно, быть первым в космосе, вступить один на один в небывалый поединок с природой – можно ли мечтать о большем?
Но самое большое счастье я испытывал от великого доверия, которое чувствовал всем сердцем, доверия моей партии, моего народа. Тогда, в последние минуты перед стартом, я еще раз мысленно спросил себя: «А готов ли ты оправдать это великое доверие, сумеешь ли собрать все свои силы, всю свою волю для наилучшего выполнения полета, который доверяет тебе Отчизна? Ответ пришел сразу: «Да, готов, сумею, сделаю».
Быть полезным Родине, народу – это большое счастье. Мы знаем, что человек в нашей стране – самая большая ценность. Это придавало мне большую уверенность в полете. Я знал, что
Родина слышит, Родина знает, Где в облаках ее сын пролетает...»Юрия Алексеевича долго не отпускали. Здесь же, в студии, его сфотографировали, просили оставить автограф на память.
В машину к космонавту принесли целый мешок писем и телеграмм, которые в гагаринские дни пришли на радио.
Осторожно была поставлена в машину и огромная коробка с тортом. Его специально для Гагарина изготовили кондитеры Ленинграда. Работница фабрики прямо с вокзала приехала к нам на радио: «Помогите передать подарок коллектива».