Готикана
Шрифт:
Жизнь смотрела вверх, и впервые Корвина была взволнована возможностями своего будущего. Хотя она все еще не была так откровенна с ними, она сомневалась, что когда-нибудь будет или будет доверять кому-то достаточно, чтобы рассказать им все. Она училась принимать их руку дружбы с достоинством. Даже при том, что часть ее не желала ничего большего, чем найти кого-то, кто бы принял ее секреты без необходимости постоянно делать выбор.
Одиночество утомляло.
Это заставило ее подумать о человеке, играющем на пианино. Она никогда не рассказывала своей соседке по комнате
— Дерьмо, дерьмо, дерьмо, — девушка, о которой шла речь, бросилась к ней, прижимая к груди свои собственные книги, одетая в желтый топ и джинсовые шорты (как обнаружила Корвина, это было ее любимым), ее зеленые глаза были широко раскрыты.
— Что? — спросила Корвина, нахмурившись от дурного предчувствия на ее лице.
— Я, блин, забыла!
— Что? — растерянно задала вопрос Корвина. — Что ты забыла?
— Это год Черного Бала.
Корвина почувствовала, как ее брови сошлись на переносице.
— Что?
— Боже, ты не знаешь.
Джейд покачала головой и направилась к Академическому Крылу, сокращая путь через сады между ними. Корвина не была в этом конкретном крыле в течение недели, хотя видела его издалека, когда направлялась в обеденный зал или Главный Зал, как его здесь называли.
Академическое Крыло было самой большой частью замка, прямо в задней части территории, расположенной на самой высокой точке горы. Однажды вечером за ужином Трой сказал ей — после того, как уселся на ее стол и заявил, что они будут хорошими друзьями, — что задняя часть территории это не крутые, смертельные скалы, которые она сможет увидеть из окон. Она была взволнована, решившись выйти на новую физическую территорию.
— Я не знаю точных деталей, — голос Джейд с ее стороны прервал размышления, когда они ровной походкой направились к классам. — Это происходит каждые пять лет. Это традиция бала-маскарада, которая являлась частью истории Университета с момента его основания.
— Ладно, — протянула Корвина, желая, чтобы она продолжала. — И это плохо, потому что?
— Потому что в каждый Черный Бал, кто-то пропадает.
Корвина замолчала, резко взглянув на подругу.
— Какого черта? — прошептала она, оценивая серьезность заявления Джейд.
Она выглядела мрачной. Другая девушка направилась к зданию, в то время как облака грохотали в небе, бросая мрачный серый оттенок на все вокруг.
— Из того, что я знаю, — продолжила она после того, как Корвина присоединилась к ней, — Первое замеченное исчезновение произошло около ста лет назад. Говорилось, что парень ушел в лес и заблудился. До следующего исчезновения, которое произошло в ту же ночь пять лет спустя. Прошло около ста лет, и почти двадцать человек пропали без вести в одну и ту же ночь. Это жутко, понимаешь?
Это жутко и очень
— Подожди, — покачала головой Корвина. — Разве полиция не провела расследование?
Джейд невесело усмехнулась.
— Что они могут расследовать? Из того, что я знаю, нет никаких доказательств нечестной игры. Девушки, парни, преподаватели, даже горожане все пропадают без вести. Тела так и не были найдены. И поскольку это распространилось на столько количество лет, люди просто предполагают, что они либо сбежали, либо заблудились. Но поверь, я по опыту знаю, что убежать отсюда нелегко, особенно ночью.
— Эй, необычные глазки, — окликнула Корвину одна из девушек из ее башни, Рой.
Да, не все люди были милыми.
— Отвали, Рой, — крикнула Джейд, показывая ей средний палец, когда они бросились в свой класс.
Боже, она любила эту девушку. Все еще думая о разговоре, Корвина задала самый очевидный вопрос:
— Почему никто не отменил Черный Бал?
— Давай сначала зайдём в класс, — сказала Джейд, когда они вошли в Учебное Крыло.
Корвина на мгновение остановилась, любуясь красотой и величием замка. Ее ставило в тупик, как что-то такое экстравагантное, такое древнее все еще могло существовать в реальном мире.
Вход был величественным, со скульптурами по обе стороны ангелов, плачущих и смотрящих на невероятно высокий потолок, поддерживаемый многочисленными колоннами. Огромные двойные деревянные двери были прямыми, и два ряда широких, низких каменных лестниц, ведущих на более высокие этажи с обеих сторон. Джейд повернулась к тому, что слева, и Корвина последовала за ней, ее глаза блуждали по огромным колоннам, поддерживающим вес этой части замка. Большая старинная металлическая люстра с более чем сотней прорезей для ламп свисала с центра потолка, выглядя такой древней, что Корвина могла бы поспорить, что ее повесил там какой-нибудь средневековый военачальник.
Они вышли на площадку с коридором, ведущим налево, и еще одной лестницей, ведущей наверх. Джейд прошла в коридор и направилась к четвертой двери справа. На двери висела бронзовая табличка с изогнутыми краями и надписью «Английский — 1 курс».
Они толкнули тяжелую дверь, первые в классе, и вошли.
Переднюю стену украшала доска, а заднюю и боковые огромные окна. Они явно находились в угловой части замка. Пол трехуровневый — самый нижний с большим учительским столом, второй — с длинными столами и стульями, и третий — аккуратно расположенные ряды.
Корвина была влюблена.
Направляясь в конец класса, к месту в углу с окнами справа и сзади, Корвина положила книги на стол, когда Джейд подпрыгнула, садясь на него, и посмотрела в окно.
Глубокое, сногсшибательное великолепное ущелье отвесно спускалось от стены замка в море зелени, открывая совершенно захватывающий вид.
— Вау.
Она почувствовала, как это слово слетело с ее губ, когда ее глаза скользнули по всей панораме у ее ног.
— Я знаю, верно? — спросила Джейд со своего места на столе. — Я боюсь высоты, но даже мне нравится вид. Это единственное, что есть в этом месте.