Гость
Шрифт:
– Но он не говорит, не ходит и даже не встаёт сам, как то положено подросшему ребёнку. Зачем он им такой, когда у них есть твой ребёнок?
– Но ты говорила, что если я стану к нему хорошо относиться…
– Я сказала, возможно, Агнес Кловеролл. Возможно, они возьмут его обратно и вернут тебе твоего сына.
Внезапно Гость так громко заплакал, что я заткнула уши.
– Возможно? – прошипела мама. – Я посвятила себя этому существу, я больше года ухаживаю за
– Я с самого начала сказала возможно. И по-прежнему говорю это. Мы не знаем, как поступит Добрый Народец. Их невозможно понять. Они не такие, как мы.
– Если это всё, чем ты можешь меня утешить, то лучше оставь меня безнадёжно страдать.
Последовало короткое молчание. Затем бабуля Хеджпат сказала:
– Пусть так и будет, Агнес. Воистину, я сделала всё, что в моих силах. Но я призываю тебя и дальше заботиться о подменыше. Никогда не знаешь, что может случиться. Всегда есть надежда.
– Я устала ждать и надеяться. Просто уходи и оставь меня в покое.
– Тогда хорошего тебе дня, – сказала бабуля Хеджпат и вышла вон.
Как только дверь за бабулей закрылась, мама разрыдалась.
Я не сдвинулась с места – вдруг она не хочет, чтобы я видела, как она плачет. Солнечный свет проникал через маленькое окошко чердака, принося с собой запах сена, птичьи трели и летний зной.
Я смотрела, как пылинки пляшут в солнечных лучах, и думала о том, как мама жаждет вновь увидеть Томаса. Что, если, что, если… что, если я возьму Гостя и отправлюсь на поиски Томаса? Предположим, я найду Добрый Народец и смогу убедить их взять обратно Гостя и отдать мне моего брата. Они наверняка увидят, что мама хорошо относилась к Гостю. Может, в их сердцах осталась хоть капелька доброты?
Но как мне найти Добрый Народец? Вдруг они живут за морем и даже дальше? С другой стороны, они вполне могут быть где-нибудь за соседним холмом. Такие создания странствовали туда-сюда по Тёмным Землям, останавливаясь то в одном месте, то в другом. Жители деревни говорили, что Добрый Народец не хочет, чтобы мы их нашли. Но хватило ли кому-нибудь смелости отыскать их?
Возможно, в старых сказках кто-то это делал, но только не в нашей обычной жизни. И уж точно не такие девчонки, как я. Если честно, мне было страшно даже подумать о том, чтобы уйти из дома.
Я никогда не бывала дальше Нижнего Хексэма, что всего в миле от нас по дороге. По другую сторону от деревни был лес Мирквуд, куда не осмеливались ходить даже самые отчаянные мальчишки. А за Мирквудом лежали Тёмные Земли.
Если бы не я, мой брат был бы на руках у мамы, а папа курил бы свою трубку в саду. А подменыш был бы… ну, где бы он ни был, только не здесь. А значит, как бы ни было мне страшно, я понимала: я должна всё исправить. Я, Молли Кловеролл, совсем одна, без посторонней помощи спасу моего младшего брата.
Я нашла маму внизу, где она кормила Гостя. Слишком грустная и усталая, чтобы повернуть голову,
– Скоро тебя не будет, – беззвучно, одними губами, сказала я ему. – Ты – отвратительное создание.
Он закрыл глаза и переключил всё своё внимание на маму и её молоко.
– Я приготовлю ужин, мама, – сказала я. – Может быть, тебе хочется чего-то особенного?
Не поворачиваясь ко мне, мама покачала головой:
– У меня нет аппетита.
Однако она всё же съела немного хлеба, полтарелки супа и легла на кровать. В кои веки Гость спал, и я была рада видеть, что мама тоже может отдохнуть.
После ужина я принесла воды из колодца и вымыла посуду. Наведя в кухне чистоту и порядок, я вышла на улицу и остановилась у калитки. На дальней стороне полей, погружённый в тень, был виден Мирквуд. В живых изгородях щебетали птицы, высокие стебли пурпурной наперстянки мягко покачивались на лёгком ветру, а последние пчёлы тихо жужжали свою вечернюю песню. Луна уже взошла, круглая и бледная. Воздух был напоён сладковатым запахом влажной травы.
Вдали работники брели с ферм домой, но их голоса и смех были едва слышны. Папа мог бы сейчас идти вместе с ними, но он был далеко, работал в неведомых краях с незнакомыми людьми.
Вцепившись в калитку, я вознесла мольбу первой ночной звезде:
Прошу тебя, помоги мне найти Добрый Народец, пусть они заберут Гостя и вернут нам Томаса, прошу тебя, сделай так, чтобы я благополучно привела его домой, чтобы папа вернулся, а мама пусть всегда улыбается и будет счастлива. Прошу тебя, о, пожалуйста, тысячу раз, прошу, пусть всё будет так, как было раньше!
Глава 4
На следующее утро мама вынесла Гостя на улицу и положила его на одеяло Томаса. На этот раз он лежал тихо, наблюдая за плывущими в небе облаками, похожими на бесконечные стада кудрявых овечек.
Присев за кустом, я пропалывала грядки и исподтишка поглядывала на Гостя. Я была уверена, что он не знает, что я рядом. Мне казалось, что если подождать достаточно долго, Гость наверняка мне что-то откроет. У него явно имелись секреты. Вдруг он знает, где найти Добрый Народец? Что, если они общались с ним, а он с ними?
Мне на нос села муха, я отмахнулась от неё, чтобы не чихнуть. Муравьи шествовали по моей ноге, щекоча пальцы. По спине стекали капли пота. Солнце припекало, воздух был густым и липким. Пчёлы монотонно гудели среди цветков наперстянки, как будто пытались усыпить меня.
Гость тихонько заплакал, не закричал, не завопил, но начал издавать печальный звук, который звучал то громче, то тише, то выше, то ниже. Не совсем рыдание, но и не мелодия. Сливаясь с шумом ветра и шелестом листьев, песня поплыла по саду и через ограду; помчалась с горным потоком по скалам, сливалась с пением птиц и жужжанием пчёл.