Гость. Часть 2

Сато Тсутому

Тем не менее, это не значило, что Эрика приняла такой результат, с того времени она в полной мере показывала своё недовольство.

— Эрика, пора уже с этим смириться.

Несмотря на то, что Тацуя прямо с ней заговорил, она по-прежнему сидела к нему спиной.

— Я ведь прояснил вчера, не так ли? Тогда уже прибыла группа приветствия.

Слова были намеренно расплывчатыми, принимая во внимание подслушивающие устройства, но под «группой приветствия» он имел в виду подкрепление, которое Лина тогда уже вызвала.

—

Самих вчерашних обстоятельств уже было достаточно, чтобы начались волнения. Всё, что больше этого, никак нельзя было укрыть от учеников. В худшем случае мы получили бы на руках панику.

Кстати, человеком, позаботившимся о секретности, была Маюми, не Тацуя.

— Я всё это понимаю...

Всё это Эрика могла понять, но продолжала сердито бормотать, по-прежнему находясь спиной к Тацуе.

— В придачу нам нужно было пойти на компромисс ради работников Устройств Максимилиана.

К тому же тем, кто создал положение, требующее этого компромисса, был Тацуя, тогда как посредником стала Лина (ну, её подчиненные, во всяком случае).

— Я не говорил, что Лина совершенно невинна, но вместе с тем не нужно считать её совершенно чёрной. Если Лина действительно виновна, тогда мы будем действовать соответствующе. Когда придет время, я не буду сдерживаться.

Тацуя говорил своим обычным тоном, но опасность, вплетенная в его слова, заставила Эрику повернуть голову.

— ...Ты победишь?

Эрика не знала, что волшебник с темно-красными волосами и золотыми зрачками на самом деле Лина. Тем не менее, основываясь на их вчерашней борьбе с Паразитом, она инстинктивно посчитала, что Лина не заурядный противник.

— Победа и поражение — дело удачи. К тому же нет доказательств, что Лина нападет.

— Но ты не собираешься сдерживаться.

— Естественно.

Тон Тацуи был слишком спокойным, но это лишь подчеркнуло его искренность. Что до тех, кто их слушал: Микихико уже сжался, тогда как Мизуки была явно напугана. Тем не менее, Тацуя прекрасно повлиял на Эрику, позволив ей полностью вернуться к её обычному настроению.

Тем временем Лина чувствовала горький привкус дискомфорта, потому что впервые в жизни послала в школу сообщение, что не придет из-за болезни.

С точки зрения унижения, она проходила полное обследование тела, когда её пригласили на чай с президентом, но тогда было не более чем унижение женщины. Однако по дискомфорту её текущее слушание в посольстве USNA более чем соперничало с тем опытом.

— ...Тем не менее, учитывая ваш статус Сириуса Звезд, тот факт, что вы даже не сопротивлялась ученикам старшей школы и позволили им забрать подозреваемую это...

Она хотела возразить, что Михаэла Хонда самоуничтожилась, а не была забрана, но Лина понимала, что следователь не

спрашивал, он констатировал факт, поэтому она могла лишь смиренно склонить голову.

— К тому же подозреваемая была техником, жившим по соседству. Вы ничего не заметили, прожив вместе почти месяц?

В этот раз Лине действительно захотелось в опровержении закричать. Разве не вы так устроили, чтобы эта «подозреваемая» сопровождала меня в качестве техника, потому что я не подхожу для работы под прикрытием?.. Но она не могла сказать это вслух, поэтому стресс Лины лишь усиливался.

Затем они продолжили говорить раздражающие слова. Неважно, насколько талантливым волшебником она была, Лина — лишь Майор-подросток. В армии USNA многие ей завидовали за её юность, и особенно это было видно среди офицеров без боевого опыта. Мужчины, которые сейчас перед ней находились (почему среди них нет следователя женщины?), были образцовыми примерами офицеров, «которые никогда не были под огнем».

Лина осознавала, что входить из-за этого в ярость — бесполезно (по крайней мере, она так думала), так что просто пропускала надоедливые слова мимо ушей, пока...

— Кстати, майор, вы прошли полное физическое обследование? Вы множество раз контактировали с заражённым, так ведь? Необходимо срочно проверить вас на следы укусов. Если не прошли, тогда, пожалуйста, сделайте это здесь и немедленно.

Это абсурдное заявление вместе с безумной логикой, практически сексуальным домогательством, ошеломило Лину. Более того, врага называли «вампиром» лишь из-за удобства; ни одна из жертв не была укушена. Лина не могла поверить, они сидят здесь со всем своим высокомерием и даже рапорт не читали, да и ещё эти грязные ублюдки хотят раздеть меня прямо здесь и прямо сейчас!?

— По-моему, это больше, чем немного невежливо к Майору.

Она сумела не взорваться лишь потому, что как раз вовремя подошло подкрепление. Благодаря этому Лина смогла удержать свою репутацию «молодой девушки, способной оставаться спокойной и думать наперед», к тому же, это была не просто репутация.

— Полковник Баранс?

Больше, чем пара человек захотело перекричать женщину, которая ворвалась на встречу — на определенном уровне, по крайней мере — но осознав, кто она, никто из этих героев не отважился даже шею вытянуть.

Это была Полковник Вирджиния Баранс. Хотя кто-то мог попутать её с кем-то из Звезд, но это было её настоящее имя. Лишь несколько дней назад она попрощалась с последними днями тридцати, но её доблестная, как у старшей сестры внешность опровергала тот факт, что ей было за сорок.

Тем не менее, ужасало не её звание или молодая внешность. С точки зрения звания, у половины присутствующих офицеров был опыт работы на слушаниях.

Члены комитета (если вежливо) относились к ней с почтением из-за её должности.