Гость из астрала
Шрифт:
Глава 6
Взгляд Васика упал на черный «Форд», стоящий во дворе, на том месте, где еще недавно маячил он сам. Водитель протирал стекла. Васик быстро направился к «Форду» и обратился к водителю:
– Вы не могли бы меня подбросить, здесь недалеко, минут десять езды... Я хорошо заплачу... Для меня это вопрос жизни и смерти...
Судя по внешнему виду Васика, так оно и было. Казалось, что он пробежал как минимум половину марафона, причем по бездорожью, а вторую самостоятельно преодолеть не может. Он был поникшим, уставшим, вспотевшим, лохматым, в запыленной
– Садитесь. Готов доставить вас куда угодно, даже к черту на рога, – сказал он, засмеялся и сел в машину.
Васик не усмотрел в таком ответе ничего странного и плюхнулся на переднее кресло рядом с водителем, сразу же объясняя, куда надо ехать...
Дорога заняла около двадцати минут.
– Приехали, – толкнул Васика в бок хозяин «Форда».
– Я что, заснул? – спросил Васик, тараща на водителя чумные глаза.
– Да, совсем немного, – ответил тот, посмеиваясь.
Васик перевел взгляд с водителя направо и увидел сквозь окно машины Нину, рассматривающую мебель в витрине магазина, в котором она работала. «Дождалась», – радостно вздохнул Васик и тут его осенила новая идея.
– А вы еще не могли бы нас подвести? Правда, пока не знаю куда, моя жена скажет, – спросил Васик, указывая на Нину.
– Почему бы и нет! Придется поработать сегодня вашим личным шофером, – ответил улыбчивый водитель «Форда».
Васик открыл окошко и окрикнул Нину. Она оглянулась и поискала глазами, откуда донесся знакомый голос. У тротуара стояло несколько машин, но Васикового «японца» не было. Наконец она увидела, в каком автомобиле сидит ее суженый, и направилась к нему. Васик открыл Нине заднюю дверцу.
– Ну, куда едем? – спросил водитель, оглядываясь на молодую очаровательную женщину.
– По идее, надо бы на Большую Дмитровку на мюзикл... – Это и есть твой секрет? – устало спросил Васик.
– Знаешь, дорогой, мне сегодня Даша позвонила и сказала, что ей принесли пригласительные на «Notre-Dame de Paris», она еще Ольгу пригласила, и сама будет со своим новым другом..
– А я сегодня тоже с Ольгой по телефону общался. Она мне очень помогла. Если бы не она, я бы навсегда потерял своего нового «друга». Я тебе, Нина, все потом расскажу. Ну что, до Дмитровки добросите? Кладу еще двадцать баксов.
– Конечно, лечу на крыльях, как сокол...
Васик впервые пристально посмотрел на водителя и удивился, что этот презентабельный человек клюнул на его деньги. У Нины же создалось впечатление, что этот человек за рулем – улыбчивый сорокалетний мужчина – и есть новый друг Васика.
– Ольга и Даша – это ваши подружки? – спросил водитель.
– Да, – ответила ему Нина и, наклонившись к Васику, сказала:
– Я в обеденный перерыв попросила Лену, кассиршу, прическу мне сделать, она парикмахершей раньше работала. Посмотри на меня, нравится?
Васик оглянулся и поймал себя на мысли, что Нина – настоящая красавица, и та «игрушка» из автосалона была бы как раз ей под стать.
– Прелесть, – ответил он и поцеловал Нину в щечку. – А я сейчас не в форме. Пиджак и галстук дома остались, только вот брюки
Васик замолчал, так как впервые обратил внимание, что брюки страшно запылены. Он сразу вспомнил, как перелезал через кирпичный забор. Водитель посмотрел на его ноги и разразился громогласным хохотом. Васику и Нине это не понравилось, но они промолчали...
Одинокая фигура Даши в черном длинном платье с кружевной накидкой смотрелась очень грациозно на фоне серой стены театра. Две машины припарковались у тротуара почти одновременно. Из одной вышла я с Игорем, из другой – Нина и Васик. Даша сделала несколько шагов нам навстречу. Все пятеро, мы приближались друг к другу и почти все одновременно посмотрели на часы. Спектакль идет уже как минимум полчаса.
– Лучше поздно, чем никогда, – первой нарушила тишину Даша. – А мой кавалер не пришел совсем. Ольга, я тебе звонила на сотовый, почему ты не отвечала?
– Деньги на счету кончились, – смущенно призналась я. Прости, Даша, я зашла в салон красоты и просидела там больше, чем могла предположить.
– Вы все просто обворожительны, – переводя взгляд с меня на Дашу и остановив его на Нине, сказал Васик. – А я... а мне... мне столько пришлось сегодня пережить, я даже через забор сигал, потому-то и брюки в пыли. Знаешь, Ольга, машина нашлась там, где...
Я поднесла палец к губам и этим дала Васику знать, чтобы он замолчал. Мне по-прежнему не хотелось, чтобы Игорь узнал о моих экстрасенсорных способностях. Васик понял мой жест. Зависла задумчивая тишина. Никто не знал, что же нам делать дальше.
– А давайте попробуем прорваться, – предложил Игорь. – Может, пропустят?
А я подумала, что сделаю все возможное и невозможное, чтобы нас пропустили. Разве мы зря собрались здесь все вместе? Но применять свои экстрасенсорные способности не пришлось, нас пропустили в зал без особых проблем.
Наши места были во втором ряду, зрители на третьем немного повозмущались и затихли. Сначала прошел Васик, за ним – Нина, следом – Игорь, я, за мной – Даша и одно место около прохода осталось свободным. Но недолго, кто-то занял и его. Я сначала думала, что это Валерий, но по реакции Даши, точнее, по ее отсутствию, поняла, что это не он. «Еще один опоздавший, – заключила я. – А больше-то и сесть ему негде, потому что все другие места заняты, полный аншлаг».
Вот теперь бы отбросить проблемы сегодняшнего дня и окунуться в страсти, кипящие на сцене! Но не тут-то было! Я почувствовала, что погружаюсь в сон, и пыталась бороться с ним, но безуспешно. Поющая Эсмеральда превратилась в мигающую точку, манящую за собой на звездное небо. Прикосновение ладони Игоря к моей руке сначала обжигало, потом перестало ощущаться, будто кто-то из нас, или я, или он, надел кожаную перчатку...
...Квазимодо прижимает к груди бездыханное тело Эсмеральды... Кто-то сзади громко закричал «браво» и этот возглас окончательно пробудил меня. Артисты учтиво раскланивались перед публикой. Игорь продолжал удерживать мою руку в своей. Даша вытирала платочком слезы. То ли ей было жаль Эсмеральду и Квазимодо, то ли себя... Рядом с ней кресло опять пустовало. Зрители уже выходили из зала. Мы же как пришли, так и покидали его самыми последними.