Госпожа
Шрифт:
– На баскетбольной площадке, буду тут еще час или два. Ты можешь подъехать?
– Да. Я подъеду.
Она завершила звонок и бросила телефон на ковер. С возобновленной решимостью Нора сильнее начала скакать на Гриффине, впечатывая свои бедра в его, потираясь клитором об основание его члена. С похотливым стоном она жестко кончила, сжимая его внутренними мышцами так крепко, что он вздрогнул под ней. Она продолжала двигаться. Он был таким хорошим мальчиком, он заслужил свой оргазм.
– Кончи для меня, - приказала
– Кончи сейчас.
Большего поощрения ему не требовалось. Нора вонзила ногти в его плечи, когда он, содрогаясь, кончил, резиновая уточка выскользнула из его пальцев, и он тяжело дышал в ее грудь.
– Очень мило, - сказала она, вставая с него. Нора сняла кляп и развязала его руки.
– Мило? Все, что я заслужил, это «мило»?
– подразнил Гриффин, схватил ее и потянул к себе.
– Я собираюсь провести с тобой всю ночь, показывая, насколько я «мил».
– Нет. Планы изменились.
– Нора нашла свои трусики и надела их. Она застегнула лифчик и блузку.
– Во мне нуждаются.
– Нуждаются?
– Гриффин натянул свои давным-давно отброшенные боксеры.
– А как насчет ночи в городе? Гансвурт? Всю ночь объезжать мой член? Думал, мы это обсуждали.
– В другой раз, окей?
– попросила она, испытывая небольшой укол вины.
– Я должна помочь другу.
– Нора...
– Гриффин посмотрел на нее, его лицо выражало крайнее разочарование.
– Гриффин...
– она попыталась улыбнуться ему.
– Должно быть, он чертовски хорош в постели, раз ты бросаешь меня.
Вздохнув, Нора обняла Гриффина и поцеловала его в грудь. Он и пальцем не пошевелил, чтобы обнять ее в ответ.
– Это не личное, и не связано с сексом. Поверь мне, сегодня я не буду трахаться. Ну же, ты же знаешь, как я без ума от тебя.
– И ты охренительно это показываешь.
– Пожалуйста, не сердись. Серьезно, я не меняю твою постель на чью-то другую. Я должна помочь другу. Вот и все.
Он кивнул, и она поднялась на носочки, чтобы поцеловать его в щеку.
– Я серьезно о том, чтобы отложить, - сказала она, собирая свою сумку с игрушками и застегивая ее.
– Я обожаю трахать тебя.
– Я тоже обожаю трахать тебя... и тебе бы понравилось это, если бы ты мне позволила.
– Мы уже обсуждали это. Я больше никому не позволяю над собой доминировать.
– Кроме Сорена.
– У Сорена потребности.
– Она ненавидела говорить об этом с Гриффином. Гриффин любил напоминать ей, что она свитч, и как свитч она должна быть более гибкой в спальне, то есть позволять ему доминировать иногда. И как только ею овладевала эта фантазия, она пыталась подчиняться другому мужчине, и все, что она делала во время секса, это постоянно думала о Сорене. Он был единственным мужчиной, которому она позволяла над собой доминировать в эти дни, и только в редких случаях. Гриффин заслуживал
– У меня тоже есть потребности. Мне нужен кто-то, кто не бросит меня ради другого после того, как были планы со мной.
Нора стояла у двери и смотрела на Гриффина - великолепного, извращенного, богатого, веселого, чертовски сексуального Гриффина. И она хотела остаться и продолжить свою дикую ночь секса и игр с Гриффином. Все, что ей надо было сделать, это позвонить Уесу и сказать: «Эй, кое-что произошло. Мне нужно идти. Придется тебе самому ехать за шприцом» и Уес ответил бы «Хорошо».
Но она не сделает этого.
– Надеюсь, однажды ты найдешь ее. Или его.
Нора повернулась к двери, но вопрос Гриффина остановил ее.
– Кто он?
– спросил Гриффин.
Нора поморщилась, не желая впутывать Уесли в эту часть ее мира.
– Тот, кого ты не знаешь.
– Он нравится тебе?
Нора, извиняясь, пожала плечами.
– Достаточно, чтобы отказаться от секса с тобой.
Гриффин тихо усмехнулся, смеха было достаточно, чтобы дать ей понять, что она прощена.
– Черт.
Действительно, черт.
– Так ты оставила этого мужчину, Гриффина, ради своего Уесли? Не впечатлила, - сказала Мари-Лаура, вытаскивая Нору из воспоминаний ее истории.
– Я еще не закончила, - с раздражением напомнила ей Нора. Она ненавидела, когда ее перебивают, когда она в ударе.
– История не закончена. Ты хочешь услышать концовку или нет?
– Надеюсь, она счастливая. Ты обрисовала хорошую картину. Твой Гриффин кажется милым. Еще один мужчина младше тебя?
– Не на много. Ему двадцать девять.
– Очень хороший возраст.
– Очень хороший возраст для Гриффина. В настоящее время он по уши влюблен в подростка. Я познакомила их. Одна из моих лучших пар.
– Подростка? У тебя совсем нет морали, верно?
– Если он достаточно взрослый, чтобы вступить в армию, значит, он взрослый и для Гриффина. А ты сама была замужем за восемнадцатилетним, Капитан Морали. О, и ты кого-то убила.
– Я не говорила, что у меня есть мораль. Мне просто приятно знать, что у тебя ее тоже нет.
– Давай будем подружками, - сказала Нора.
– Мы может заплетать друг другу косички и вместе убивать беглянок.
– Давай. После твоей истории, s’il vous pla^it. Она интересная, но я все еще не понимаю, почему ты так любишь своего мальчика Уесли. Я бы точно не пожертвовала ночью с твоим другом Гриффином ради ночи редактирования курсовой работы подростка.
– Некоторые вещи важнее секса. Уес... он намного важнее секса.
– Интересное заявление от женщины, которая привыкла продавать свое тело.