Господин метелей
Шрифт:
— Это… это вы дали мне ту монетку, — сказала я, запинаясь. — Я вспомнила.
Близар молчал, и это было лучшим ответом.
— Я хранила ее столько лет… — сказала я, чувствуя головокружение, как во время безумного поцелуя. — Я не расставалась с ней ни на миг…
— Очень польщен этим, — ответил Близар сдержанно.
Я засмеялась, и он посмотрел удивленно:
— Значит, вы точно не можете быть плохим человеком, — сказала я с уверенностью. — Иначе я бы просто не взяла у вас подарка. Дети всегда очень хорошо
— Иди-ка ты спать, — сказал он.
Притихшая Аустерия пошла меня проводить и плыла рядом, не мешая мне, не отвлекая ни словом.
Засыпая в ту ночь, я думала о том, как удивительно все переплелось в моей жизни и жизни колдуна из замка-склепа, что возле столицы. Чем не сказка из тех, что рассказывают по ночам? И все подобные сказки заканчиваются радостными свадьбами. А ведь Сочельник послезавтра… И мне исполнится девятнадцать, и колдун обещал, что отпустит…
Но приснилась мне вовсе не сказка, не освобождение из замка и не свадьба. Мне снилась мачеха — такой, какой она была на балу. «Тебе и твоей матери повезло…» — говорила она, поджимая губы.
Проснувшись, я все еще слышала ее голос — повезло… повезло…
— Повезло, что Велюто не отморозил себе хвост, — услышала я голос Сияваршана, раздававшийся из коридора.
Призрак говорил еще что-то, но расслышать уже не было никакой возможности.
Я вылезла из-под одеяла и тут же нырнула обратно, стуча зубами. Видимо, зима диктовала свои условия и в замке Господина Метелей — было холодно до сердечной дрожи, и я подтянула к себе платье и согрела его под одеялом прежде, чем надеть.
— Славный морозец! — приветствовал меня Сияваршан, когда я спустилась в кухню. — Крикнешь — и слова замерзают в льдышки.
— Так уж и в льдышки, — не поверила я, ставя на печь чайник, чтобы вскипятить воды.
Призраки оживленно обсуждали изменения погоды, и из их беседы я поняла, что ночью они не сидели в замке, а летали где-то под звездами. Пустерия сдержанно хихикала, а Фаларис сидел с удивительно довольным видом.
— Где это вы были? — спросила я, заваривая кипятком душицу и шиповник.
— Так, летали кое по каким поручениям, — уклонился от прямого ответа Сияваршан.
— А где ваш хозяин? — спросила я, как можно небрежнее.
— Дрыхнет, — весело сказал призрак, но когда я испуганно вскинула на него глаза, поспешил успокоить: — Нет, без колдовских последствий. Просто спит.
Ради Сочельника я решила не ограничиваться лишь подметанием полов, а устроила настоящую уборку, пристроив всех призраков к работе по силам. Вскоре замок сиял чистотой, комнаты были жарко натоплены, а в духовке запекался гусь с яблоками.
Если приготовить еще что-нибудь сладкое, будет настоящий праздник…
— А если мы принесем еловых веток, — налетел на меня Сияваршан, — и сделаем венок? Поставим свечи, украсим орехами
— Отлично придумано, — поддержала я его. — Праздник — он для всех. Так давайте отпразднуем его так, чтобы было не стыдно потом вспомнить.
В предпраздничных хлопотах день прошел быстро, только Близар не подходил к нам — глянул пару раз через перила на нашу возню, и заперся в кабинете. Мороз все крепчал, но в замке было уютно. Уютно! В замке с призраками, с мертвыми колдунами в подвале… Но это и в самом деле было так.
На следующее утро я занялась праздничным пирогом, а призраки, по обыкновению, устроились вокруг меня, болтая, ссорясь и мирясь, перебрасываясь шутками и время от времени швыряясь цукатами.
Праздник. Я поймала себя на том, что улыбаюсь. Как будто никто не оскорблял меня на балу, и как будто я не наделала глупостей по пути в замок, и… и как будто я очутилась дома.
Но в это время в дверь замка постучали. От неожиданности я уронила чашку с изюмом, который собиралась высыпать в тесто. Кто это пришел?.. Сердце мое сжалось, и ноги словно примерзли к полу. А стучали все громче, все требовательнее…
На погибающихся ногах я подошла и открыла, ожидая и страшась увидеть очередную красавицу, решившую подзаработать серебра. Но на пороге стоял… барон Колвин. Тот самый, что на королевском балу насмехался надо мной. Только теперь от его надменности не осталось и следа.
— Мне надо видеть графа Близара, — сказал он чуть ли не просительно, и отвел глаза.
34
Не знаю, кого было неприятнее увидеть — охотницу за богатством или барона Колвина. Но сегодня он не спешил сыпать оскорблениями, и я молча посторонилась, пропуская его.
— Колвин? Зачем вы здесь? — раздался голос Близара, и мы с бароном посмотрели на лестницу.
Колдун стоял на верхней ступеньке, скрестив руки на груди, и смотрел на гостя безо всякого выражения.
— Привез вам золото, — сказал барон угрюмо, глядя в пол. — Слуги ждут снаружи.
— А зачем мне ваше золото? — вроде как удивился Близар. — Мне своего хватает. Оставьте свое золото себе.
Я ничего не понимала из их разговора и отступила в сторону зала, чтобы не казаться назойливой, но тут Колвин рванулся вперед и заговорил торопливо, глотая слова:
— Пожалуйста, господин граф! Господин магистр!.. Я был неправ! Прошу простить!..
— За что вы просите прощения? — колдун вскинул брови. — За то, что назвали меня фокусником? Так и я вас назвал трусом. Полноте, Колвин. Разве мы с вами юнцы, чтобы ссориться из-за обидных слов? Сказали — и забыли.
Барон побледнел и затоптался на месте:
— Значит, значит…
— Значит? — подсказал Близар.
— Значит, все это — лишь совпадение? — пробормотал барон. — Мои сады… Мои лошади…