Господа Смуглеры...

Борисов Олег Николаевич

— Я не понял, чего это вы возмущаетесь? Что, брага некачественная или семечки не проросли как следует и поля лысые?

— Нет, с полями все нормально, — ответили озадаченные фермеры, осторожно выглядывая из-за ближайших укрытий.

— Тогда чего бузим? Машины не устраивают? Кузова маленькие и лампочки тусклые?

— Лампочки хорошие. А вот с поездками как-то не сложилось, — высунулись самые храбрые.

— А, дальность покатушек не нравится… Знаете, будь я жуликом, я бы уже давно умотал на орбиту и оттуда плевал на вас и ваши проблемы. Да… Но как честный торговец,

готов помочь горю. Потому что получил я эту технику от одного господина, который лично рекомендовал организовать продажи именно здесь, у вас. Мистер Дудди, помните такого?

Толпа заворчала, как рассерженный зверь. Похоже, бывший таможенник запросил в свое время никак не триста процентов сверху, а куда больше.

— Так вот. На него записан и тот шибко о планету ударенный рудовоз, с которого вы оплатили глайдеры. И самое главное, они прекрасно будут работать, как только запустить в парковочном режиме его движок. Хватит на три сотни миль в округе. Ну и если надо куда-то еще — то кораблик перегнали на новую точку и катайтесь там сколько душе угодно.

— Ык… — озадачились аборигены. А шкипер продолжал задушевно грузить бедолаг:

— И главное, так как хозяин вам известен, то по контракту ему надо обслуживать аппарат. Иначе вылезет неустойка. И пени за утраченную выгоду. И вообще, неужели здесь не найдется нормальный адвокат, который не сможет заставить этого прохиндея отработать каждую затраченную монету?

Оглядевшись вокруг, кэп спустился вниз и выловил ближайшего аборигена.

— Так, умник. Вопрос ставлю ребром… Машина гудит, жужжит и по городу катается?

— Катается, — вынужден был признать фермер.

— Тогда к нам какие вопросы?

— Так мы думали…

— Извини, мысли читать не умею. Контракт каждый подписывал, на скидки глаза пучил и слюни пускал. Поэтому — технику мы поставили. Подписи вы рисовали самостоятельно, никто из-под палки не заставлял. А вот горю помочь и проблему решить мы можем. Главное, новому хозяину рудовоза место для проживания обустроить как следует. И потом его жадность с планеты просто не отпустит. И вы сможете отыграться при случае за все хорошее.

После чего было решено сделать перерыв и прерваться до утра. На выспавшуюся голову проблемы решать куда как проще.

Рудовоз был здоровым. Мы даже не поленились и проверили, сколько именно ценных металлов набито в наших трюмах и сколько наверняка еще осталось припрятано у хитрых аборигенов. Потому что в этом ржавом корыте не было больше ни одной редкоземельной крошки. Но вот двигательная установка до сих пор работала. Конечно, в космос поднять старую рухлядь мы бы не рискнули, но гудеть движком на холостом ходу или перебраться на пару-тройку сотен километров в сторону посудина была вполне способна.

Поэтому сначала мы потратили неделю на то, что Томми назвал «танцы с патефоном». Чадя и дымя рудовоз со скрипом приземлялся на нужной точке, после чего из его безразмерного нутра выгружали все закупленные глайдеры-кастраты и фермеры начинали использовать их для пользы дела. Косили, грузили, возили и в те же бездонные трюмы складировали. После чего весь этот цирк-шапито перебирался дальше.

Так

за месяц мы доказали, что идея вполне себе работоспособная, заодно договорившись о поставках вполне себе уже нормальных сельскохозяйственных роботов и прочих сеялок-веялок. И теперь уже встал вопрос, как поставить завершающую точку в эпопее. Для чего мы отправились уже в гости к Дудди. Где и застали его вместе со всем семейством. Причем мама и папа успели нас отловить до начала торжественного обеда и дали понять, что несколько подустали от отпрыска. И все его обещания спровадить бедных и несчастных контрабандистов на каторгу — надо делить на сто, если не на тысячу.

На этой бравурной ноте мы и подняли первый тост:

— За тебя, Дудди! За наш контракт и обеспеченное будущее!

— Это как так? — не осознал сияющие горизонты бывший таможенник.

— Мы нашли тебе прекрасный заработок. Сам понимаешь, рудовоз просто так не прибрать к рукам. Он у торгашей на балансе был.

— Так его же об планету ударили!

— И что? Числился как припаркованный по новому месту регистрации. Но ты не волнуйся, мы все бумаги оформили, теперь это исключительно твоя собственность! Владей, вот, в подарок!

Дудди поколупал пальцем блестящие печати на сертификатах и пустил крокодиловую слезу. Подарок обмыли, закусили и продолжили.

— Кроме того. На месте удалось с аборигенами договориться. Они готовы тебе платить ежемесячную ренту за то, что будешь раз в две недели перевозить аппарат с места на место. Там даже график уже составили. И есть все шансы, что за право заглянуть к кому-то вне очереди станут давать на лапу и вполне внушительно. Вот, смотри… График. Карта. Платежи. И самое главное — за парковку не ты будешь платить, а хозяева территорий. Просто фантастический бизнес! Знай себе катайся и получай отступные.

Дудди пролил вторую слезу и потребовал добавить горячительных напитков на стол, потому как прежние успел высосать почти в одно рыло. Мы снова выпили и закусили.

— Ну и напоследок, так как корабль на орбиту не выходит, то таможня к тебе придраться не может. А местное самоуправление решило налоги с выплат не брать. Если график двухнедельных перелетов нарушаться не будет. Понимаешь? Никаких налогов! И своим бывшим сослуживцам можешь из личного ранчо фиги показывать, они лишь утрутся… Кстати, о ранчо. Вот, на выбор. На любом из терраформированных континентов. С личным озером и местом для пикника. Сто акров, без права отчуждения в казну, если вдруг кто-то вздумает все же с тебя хотя бы монетку выдрать.

На этом шкипер предложил откланяться и встретиться уже через неделю, чтобы вручить на месте будущему миллиардеру ключи от его рудовоза. Родственникам же уже на пороге шепотом добавили, что никто мальчика обижать не будет, зато всегда под рукой, буквально в паре световых лет. Ну и остепенится, с этим у аборигенов строго. Девушки там красивые, под венец ведут железной рукой. Не забалуешь. На этом мы и расстались. А там и внуки пойдут.

— Я что-то не понял. Мне тут жить?

Дудди разглядывал бескрайние фермерские просторы и пытался понять, как он умудрился в это вляпаться.