Горящий Эдем
Шрифт:
– Я вам верю, мистер Трамбо. – Брайент осторожно высвободил рубашку.
Трамбо подозрительно взглянул на него.
– Верю, верю. Тут случилось уже столько странных вещей… Если вы утверждаете, что разговаривали с кабаном, значит, так оно и было.
Миллиардер хлопнул Брайента по плечу:
– За что люблю тебя, Уилл, за то, что у тебя под гарвардским лоском прячется старый добрый лакей. Извини.
– Ничего, сэр. Собственно, я искал вас, чтобы сообщить, что мы нашли Санни Такахаси.
Трамбо чуть не выронил водочную бутылку,
– Он вышел из пещеры? Кабан отпустил его?
– Не знаю насчет кабана, но его нашли в морозильнике ресторана. Доктор Скамагорн сказал, что он мертв уже двенадцать часов. Я еще не сообщал об этом мистеру Сато, так как хотел сначала посоветоваться с вами, а вас не было. Тело мистера Диллона тоже там. Доктор хочет провести вскрытие после того, как власти…
Трамбо опять схватил своего помощника за руку – Позвони…, нет, иди туда сам и проследи, чтобы их отвезли назад в морозильник. Навесь замок и никого туда не пускай.
Уилл Брайент тяжело вздохнул:
– Босс, все кончено. Сато никогда не подпишет соглашение после того, как здесь погиб его друг. Все кончено. Мы должны…
– Ты что, не понял? Полчаса назад я видел Санни! Конечно, он был зеленый и двигался, как чертов зомби, но он был живой. Если доктор говорит, что он мертв уже двенадцать часов, значит, кабан взял в заложники его душу или…
– Душу? – Тут произошло еще одно чудо: не притрагивающийся к спиртному Уилл Брайент потянулся к бутылке водки.
– Душу, призрак, какая разница? – Трамбо понизил голос до хриплого шепота. – Я не разбираюсь в этих гавайских суевериях. Главное то, что кабан обещал отдать мне Санни, если я заключу с ним какую-то сделку…, да, я уверен, что речь шла о сделке.
– Да, сэр, но Санни и Диллон мертвы.
– Диллон может оставаться мертвым, а Санни я вытащу. Он…, этот кабан сказал, что отдаст мне Санни, если я спущусь в эту дыру и поговорю с ним.
Уилл осторожно поставил пустой бокал на столик.
– Пора идти к гостям. Нас уже давно ждут.
Трамбо рассеянно кивнул.
– А ты уверен, что они подпишут, если Санни вернется?
– Все бумаги готовы. Сато не любит работать по ночам, но я слышал, что они хотят улететь завтра утром.
Трамбо кивнул:
– Ладно, постараемся успеть до утра. Я попробую вернуть Санни, а ты проследи, чтобы оба тела вернули в морозильник.
Уилл скорчил гримасу.
– Ничего, можешь после этого вымыть руки. Запрети Скамагорну вскрывать тела… Диллона тоже. Может, кабан вернет и его. Не забудь, иначе Санни вернется в этот мир без мозгов…, хотя их и раньше было немного. Иди, а я пока повеселю Хироси.
Уилл Брайент кивнул и пошел к выходу. У самой двери он обернулся.
– Что еще?
– Я просто подумал…, что будет дальше? Тут погас свет.
Элинор отправилась на вертолетную экскурсию вскоре после заката, когда было еще светло. Внизу курился дым
Пол надел наушники и жестом велел Элинор сделать то же самое. Она взяла наушники из углубления перед ней, надела их и настроила микрофон.
– Так лучше? – спросил Майк. – Машина отличная, только немного шумная. Лучше переговариваться таким образом. Вам хорошо слышно?
– Да, – сказал Пол.
Элинор кивнула и тоже сказала: «Да».
– Хорошо…, рад познакомиться, Элинор. – Майк протянул руку. Очевидно, Пол уже рассказал ему о ней.
Элинор пожала руку, отметив про себя ее силу и одновременно чувствительность.
– Ну что, летим? А то скоро стемнеет. Элинор кивнула, и в ту же секунду маленький вертолет подпрыгнул и понесся прочь с такой скоростью, что у Элинор буквально перехватило дыхание. Дверь с ее стороны была плотно закрыта, но в окошке виднелся зазор, и ей казалось, что ее ничего не отделяет от верхушек пальм, проносящихся в каких-то футах от нее.
– Можете держаться за эту рукоятку, – сказал Майк, – но смотрите, не трогайте педали. Спасибо.
Элинор опять кивнула. Они пронеслись над Большим Хале и Баром Кораблекрушения. По тропинке шла Корди, и Элинор рискнула помахать ей, но не успела увидеть, помахала ли Корди в ответ. Потом они полетели вдоль пляжа, внизу мелькнули крыши хале, и вот уже под ними заплескались волны, меняя цвет с зеленых на темно-синие, когда они перелетели коралловые рифы.
– Скоро с запада налетит шторм, – сказал Майк, махнув рукой в сторону океана. – Часа через два. За это время нам нужно закончить полет, чтобы я успел вернуться домой.
– Домой – это куда? – спросила Элинор, слыша, как ее голос гулко отдается в наушниках.
– Майк живет на Мауи, – сказал Пол, и Элинор обернулась к нему. Куратор по искусству согнулся в три погибели на задней скамейке. – Недалеко от Ханы.
– Кипаулу, – уточнил Майк. – Ни электричества, ни воды, но нам нравится.
– Майк женат на знаменитой исследовательнице, и у них двое ребятишек. Дом у них обставлен в японском стиле.
– А какими исследованиями занимается ваша жена? – спросила Элинор, чтобы что-то спросить.
– Она медик, – коротко ответил Майк, откидываясь в кресле.
Они полетели на юг, держась в миле от прибрежных скал, напомнивших Элинор заставку какого-то старого сериала. Она увидела поля петроглифов, беговую дорожку и белую струю гейзера.
– Вы профессиональный пилот? – спросила она Майка.