Горячий лед

Дуг бежал, спасая свою жизнь. Бежал уже не в первый раз. Мельком взглянув на витрину магазина Тиффани, он, как всегда, поразился ее изящному оформлению. И почему-то это вселило в него надежду, что бежит он не в последний раз. Ночь была холодной, от капель апрельского дождя блестели шоссе и тротуары. Дул ветерок, который даже на Манхэттен принес нежный аромат весны. Дуг вспотел. Они были слишком близко.

В этот ночной час Пятая авеню была спокойной, даже, можно сказать, тихой. Лишь изредка свет фар разрывал темноту; движения почти не наблюдалось. Днем здесь он бы просто затерялся в толпе, но сейчас

это было явно невозможно. Пробегая мимо Тридцать пятой улицы, Дуг подумал, что, может, стоит нырнуть в подземку, но сразу отмел эту мысль: если бы они увидели, как он туда входит, ему бы уже никогда оттуда не выйти.

За спиной раздался визг тормозов. Дуг рванул за угол. Что-то ужалило его в предплечье. Услышав хлопок выстрела, он понял, что стреляли из пистолета с глушителем. Он не замедлил темпа, хотя почти сразу почувствовал запах крови. Дело принимало скверный оборот. И у него появилось ощущение, что они могут сделать гораздо хуже.

Однако на Пятьдесят второй улице были люди – группа здесь, группа там, одни шли, другие стояли. То тут, то там слышались музыка и шум голосов. На его тяжелое дыхание никто не обратил внимания. Дуг тихо встал позади рыжеволосой женщины сантиметров на десять выше его собственных метра восьмидесяти. Она в упоении слушала музыку, лившуюся из портативного стереоприемника. Прятаться за ней было все равно что укрываться в бурю за развесистым деревом. Дуг смог перевести дыхание и осмотреть рану. Он истекал кровью как поросенок. Не задумываясь, Дуг вытащил полосатый носовой платок из заднего кармана джинсов рыжей и обмотал им руку. Женщина ничего не почувствовала и продолжала слушать музыку – у него были очень проворные пальцы.

Дугу было понятно, что убить человека прямо в толпе значительно труднее. Не то чтобы невозможно – просто труднее. Он медленно перемещался от одной группы людей к другой, напрягая зрение и слух, чтобы не пропустить черный «линкольн».

Около Лексингтона Дуг увидел, что на расстоянии квартала затормозил лимузин и из него вышли трое в элегантных темных костюмах. Они его пока еще не обнаружили, но было ясно, что это ненадолго. Мысль Дуга работала быстро. Он оглядел толпу, в которой хотел бы сейчас раствориться. Пожалуй, эта черная кожа с двадцатью «молниями» подойдет.

– Эй! – Он схватил за руку стоявшего рядом парня. – Я заплачу тебе пятьдесят баксов за твою куртку.

Парень с торчащими во все стороны светлыми волосами и очень бледным лицом проигнорировал его предложение:

– Проваливай. Это же кожа.

– Тогда сто, – еле слышно пробормотал Дуг. Трое подходили все ближе и ближе.

На этот раз парень проявил большую заинтересованность, повернувшись к нему так, что Дуг мог видеть на его щеке крохотную татуировку, изображавшую стервятника.

– Две сотни, и она твоя. Дуг уже доставал бумажник.

– За две сотни я хочу и стекла. Парень немедленно вытащил солнечные очки в оправе с зеркальными стеклами:

– Ты их уже получил.

– Ну тогда давай я тебе помогу это снять. – Быстрым движением Дуг стянул с парня куртку. Всунув ему деньги, он натянул куртку на себя, охнув от боли в левой руке. Куртка пропиталась запахом ее прежнего владельца – не очень приятным. Не обращая на это внимания. Дуг застегнул «молнию». – Смотри, вон идут трое парней в костюмах, как у гробовщиков. Они ищут статистов для видео. Ты и твои друзья можете обратить на себя их внимание.

– Да ну?

И пока мальчишка оглядывался с классическим для подростка скучающим видом.

Дуг шмыгнул в ближайшую дверь и оказался в ресторане.

Приглушенный свет придавал стенам бледный оттенок. За столами, покрытыми белыми скатертями, под вычурными гравюрами сидели посетители. Блестящие медные перила указывали дорогу в маленькие, уютные залы или сверкающий зеркалами бар. Дуг уловил аромат французской кухни – шалфей, красное бургундское вино, чабрец. Он хотел было проскочить мимо метрдотеля к дальнему столику, но потом подумал, что лучше укрыться в баре. Придав лицу скучающее выражение, Дуг засунул руки в карманы и с развязным видом двинулся вперед. Облокотившись на стойку бара, он уже высчитывал, когда и как он отсюда выйдет.

– Виски. – Он поправил темные очки на носу. – «Сигрэм». И оставьте бутылку.

Дуг стоял сгорбившись и слегка повернувшись в сторону двери. Темные волосы спадали на воротник куртки; худое лицо было гладко выбрито. Глаза, скрытые за зеркальными стеклами очков, были нацелены на дверь. Первый глоток виски обжег горло, и Дуг сразу же сделал второй глоток. Его мозг быстро прорабатывал все варианты.

Он с детства привык думать стоя, так же как привык убегать тогда, когда это было наилучшим решением. Он не останавливался перед дракой, но только в том случае, если преимущество было на его стороне. Он мог вести дела честно, а мог лишь слегка касаться истины – в зависимости оттого, что оказывалось выгоднее.

То, что было сейчас приклеено пластырем к его груди, давало Дугу возможность удовлетворить пристрастие к роскоши и легкой жизни – пристрастие, которое он всегда стремился в себе развить. Однако те, кто находился снаружи, прочесывая улицы в поисках его персоны, могли очень быстро вообще положить конец его жизни. Взвесив то и другое, Дуг решил все же поставить на кучу денег.

Рядом с ним парочка горячо обсуждала последний роман Мейлера. Несколько человек спорили о том, стоит ли отправиться в клуб, где есть джаз и дешевая выпивка. Как понял Дуг, толпа возле бара в основном состояла из одиночек, которые стремились с помощью алкоголя снять напряжение трудового дня, а заодно показать себя другим таким же одиночкам. Здесь были кожаные юбки, костюмы-тройки и высокие ботинки. Успокоенный, Дуг вытащил сигарету. Для того чтобы спрятаться, он выбрал неплохое место.

Блондинка в сером костюме опустилась на соседнюю табуретку и поднесла зажигалку к его сигарете. От нее пахло водкой и духами «Шанель». Поставив перед собой недопитый стакан, она с удивлением заметила:

– Я тебя здесь раньше не видела.

Дуг коротко взглянул на нее – слегка затуманенный взор и хищная улыбка. В другое время он бы ей заинтересовался, но сейчас… Он сделал еще глоток.

– Да, я здесь впервые.

– Мой офис в двух кварталах отсюда. – Даже после трех рюмок «Столичной» она смогла разглядеть в этом самоуверенном мужчине что-то опасное. Заинтересовавшись, она подвинулась чуть ближе. – Я архитектор.

Дуг похолодел, когда увидел, что они вошли. Все трое выглядели очень неплохо. Повернувшись, он через плечо блондинки наблюдал за тем, как они разделились. Один из вошедших со скучающим видом встал у двери. У единственного выхода.

Скорее заинтересованная, чем обескураженная его невниманием, блондинка положила руку на плечо Дуга:

– А ты чем занимаешься?

Он влил виски себе в рот и, проглотив, почувствовал, как тепло разливается по телу.

– Я ворую, – сказал он ей, зная, что люди редко верят правдивым словам.