Горячий Декабрь
Шрифт:
– Грязный рубль?! – переспросил Гоша и щелчком отправил недокуренную сигарету в окно, поднял его.
Он опустил ладони на руль, сжав его пальцами крепко-крепко.
– Я все бросил. Мой бизнес чистый. Связи остались. Прошлое не отрежешь бесследно. Но ты, помнится, ты говорила, что никогда меня прошлым не попрекнешь…
– Да мы вообще много чего друг другу говорили и обещали, – выдохнула я устало. – А теперь… Зачем оно все, а? Зачем, Гош? Устала я. Дай мне развод.
– Нет.
– Ну что
– Я тебе много удовольствия обеспечить могу. И то, о чем ты меня спрашивала, тоже! – помолчав, Декабрин добавил. – Я только тебе… Запомни! Первая и последняя. В этом. Единственная…
Суровый мужчина Георгий Декабрин дико смущался, когда первый раз делал мне куни. Даже покраснел… Откровенно говоря, он и потом ни разу этот процесс прямыми словами не означал.
Всегда прямой, грубоватый, с матерком выражающийся, про кунилингус он обтекаемо говорил: «приласкать крошку»…
После первого раза он пообещал, что я буду единственной, кого он так бесстыже ласкает. А я тогда потребовала, чтобы он на кресте поклялся, чтобы так и было. Всегда.
– Ну, может быть, может быть, и не так… В общем, я тебя освобождаю от этой обязанности. Можешь кому угодно и сколько угодно лизать. Хоть первой встречной, хоть второй встречной язык между ног засунуть…
Гоша заскрипел зубами.
– Ты во мне знатного пиздолиза увидела, что ли!
– Я тебя таким словом никогда не называла. Более того, у меня не пизда, чтобы говорить так в отношении наших с тобой прошлых оральных ласк! – добавила твердо. – Что касается остальных твоих баб, тут я уже сказать ничего не могу, что у них находится между ног: киска, пилотка, пизда или пизденка, как любит выражаться Волчара. Тебе виднее. На сегодня хватит с меня обсуждения пёзд! Я больше эту тему поднимать не стану. Все, Гош… Давай уже, рули. Или я вызову такси…
– А ты? – спросил он, когда мы подъезжали к дому.
– Что я?
– Ты завела себе кого-то?
Я рассмеялась.
– Тебе смешно? – посуровел Гоша.
– Смешно, что ты о таком спрашиваешь именно сейчас, когда все пошло наперекосяк. А надо было раньше! – пропела я. – А надо было раньше…
Машина резко тормознула. У подъезда.
Приехали!
Я поспешила выбраться из салона.
– То есть… у тебя хахаль имеется, Манюня! – крикнул мне вслед Гоша и выбрался едва ли не быстрее меня.
Я заспешила к дому. Гоша догнал меня и прижал к двери подъезда.
Его ладони упали на дверь по обе стороны от моего тела. Он толкнул меня своим бедрами.
Черт… Что за мужик?! Эрекция просто каменная!
Декабрин погладил обхватил за подбородок ладонью, медленно начал поглаживать по щеке большим пальцем. От нехитрой ласки по коже пробежали мурашки.
– Есть у тебя хахаль на стороне? – хрипло поинтересовался он.
– Я помню о твоих словах. Хороший левак укрепляет брак. Думаю, с моей стороны
– За что тебе нужно взяться, так это за мой хер и подержать его хорошенько! – пригрозил муж и поцеловал меня.
Жестко впился в мой рот, раздвинул губы языком бесстыже и принялся целовать.
Жарко. Огненно… Чувственность заполыхала костром.
Я огрела супруга сковородкой по плечу, но это не помогло!
Декабрин продолжал яро орудовать у меня во рту, целуя страстно.
Я ударила его сковородкой по голове.
Чуть-чуть…
Но он все равно не перестал меня целовать.
Целовался Гоша потрясающе. Его поцелуи всегда одурманивали меня – и тогда, и сейчас.
Не хотелось признаваться, но от его ласки губами и языками в крови заиграл хмель. Уже знакомый жар пополз по груди и животу!
Я еще раз стукнула Гошу сковородкой по затылку – словно по безразличному камню ударила – никакой реакции!
Осталось только одно – ударить сковородкой по стратегически важному месту, которым думал Декабрин.
Но вот беда… муж прижимался ко мне так, что не разлепить.
Тогда я решила хитростью… победить эту гору сексуального тестостерона и похоти!
Глава 9
Я поддалась, расслабилась…
Даже начала целовать мужа в ответ.
Импульсивно и безрассудно. Так целовать гада-изменника точно не стоит! Он и сухого «чмок» в щечку не достоин, а я поигрываю его языком, жадно ласкаю губы, как будто не целовала их целую вечность.
А впрочем…
Никогда не думала, что поймаю себя на этой мысли, но мы, кажется, в последнее время стали меньше целоваться с мужем.
Секс у нас стал тоже не таким частым, но регулярным. Достаточно. По крайней мере я, затраханная заботами, которые сама на себя взвалила, так считала: секса хватает. Боже, иногда руки трясутся и ноги отваливаются, не до секса… Но все же секс бывал!
Пусть даже торопливый, как упрекнул меня Гоша, но был же.
Однако поцелуев – заводных, головокружительных стало гораздо меньше.
В разы… Нет. В десятки раз…
В прошлом я могла час виснуть на Гоше, просто его целуя, сводя с ума, раззадоривая. Целовала умелые губы, скулы, бесстыже-жадные глаза, снова губы… шею…
Это было безумие настоящее, волшебство, которое, казалось, никогда не закончится, а мы – влюбленные – никогда не изменимся.
Думалось, всегда будет жарко. Была уверена, быт не изменит, а серые будни не сотрут остроту ощущений.
Но вот эта трясина и серость по капле выдавила, высосала из наших отношений с мужем огонь.
Внезапно начинаю хотеть открывать его для себя заново. И себя для себя – тоже.
Как наивно было думать, что мы всегда будем прежними. Наша жизнь изменилась, привычки стали другими, в семье подрастает сыночек…