Города
Шрифт:
– Я буду привязана к тесной спальне в чужой семье. Я с этого начинала. – Она откашливается и хлопает меня по бедру. – Я не могу так. – Она садится в кровати, зажигает сигарету и выкладывает все начистоту: – Я танцевала для
– Я буду навещать тебя, – говорю я.
Она мне не верит, и я не знаю, верю ли я самому себе.
И вот я уже стою за пределами Счастливой фермы, и они, слава Богу, никого не поджаривают короткими волнами. Я прощаюсь с этим местом и, знаете ли, мне кажется, что я буду по нему скучать. Мэнди рядом нет. Гас здесь, это большая жертва с его стороны, и он жмет мне руку так, как будто думает, что сможет вернуть Мэнди. Но я-то вижу. У него тонкие, как перышки, руки, а брюхо похоже на котел. Гасу недолго оставаться среди нас.
Приходит Мальчишка и приводите собой свою миленькую маленькую жену. Она выучила
– Большое спасибо мистер Брюстер вы были так добрый к мой Жуан.
И она протягивает мне своего славного младенца, чтобы я мог его рассмотреть.
Жизнь продолжается. А потом не продолжается. Она ничего не значит. А тогда и смерть тоже ничего не значит. К черту все, получается, что пока вы здесь, вы можете делать все, что вам заблагорассудится.
Я сбросил калибраторы. Я стремился продемонстрировать им, что способен на это. Я прошел весь путь до самого автобуса, прошел за всех нас, старых пердунов. Билл подхватил меня и помог мне подняться.
Я поискал взглядом Джаззанову, но его не было, и не будет.
Есть одна вещь, о которой не знают эти мерзавцы. О взломе, который позволил оплачивать счета Джаззы. Это одноразовый налет на банковскую систему. Он совершен не через мою машину и не через машину Джаззы. Кертис об этом не знает, и Вооруженные об этом не знают. И Джазза не лишится заботы.
Все, что я сейчас чувствую, можно назвать огромным наплывом любви. Я машу Ферме, прощаясь в последний раз, и уезжаю домой.
Стакан выпит до дна.