Город

Пашин Влад

– Ну чего застеснялись?

Главарь слегка недоуменно уставился на своих подопечных, которые замерли в пяти шагах от жертвы.

– Але, я с вами говорю?

Мародеры не реагировали. Один из них покачнулся, и полетел с лестницы вниз головой. Высота была небольшая, но он умудрился раскроить себе череп насколько, что через него, кажется, проступил мозг.

Второй обернулся к своим товарищам. Его глаза неестественно округлились.

Из-за пазухи он вытащил пистолет и прицелился прямо в голову вожаку.

– Ты че творишь...

Раздался выстрел. За ним - ответный. Шайка, увидев, что один из товарищей обезумел и выстрелил главарю в лицо, выхватила оружие и изрешетила чокнутого дружка. Но когда он упал, выстрелы не прекратились. Теперь глаза округлились у всех выживших, они расстреливали друг друга, кричали, захлебывались кровью.

Она не успела понять, что произошло. Просто смотрела на кучу окровавленных тел стеклянными глазами, вцепившись в ступеньки.

Наступила тишина.

– Анастасия Викторовна?

Раздавшийся откуда-то сзади голос заставил ее вернуться к реальности. В этот момент, на нее рухнул весь ужас произошедшего. И еще больший ужас от того, что за ее спиной кто-то есть.

– Вы должны пойти со мной.

Она не оборачивалась, не реагировала. До тех пор, пока на ее плечо не легла огромная ладонь. Она подняла голову. За ней стоял мужчина. Он был лысый, гладко выбрит, с огромными синими глазами и выдающейся вперед челюстью. Одет в черное.

– Я не причиню вам вреда.

Она снова посмотрела на груду трупов. На растекающуюся по асфальту кровь. На округленные глаза мародеров.

– Им уже не помочь. А вам еще можно.

– Кто...

Голосовые связки отказывались слушаться. Вместо вопроса вышло невнятное хрипение. Она сглотнула.

– Кто вы?

– Дело не в этом. Дело в том, что у нас заканчивается время. Вы должны пойти со мной.

Последняя фраза прозвучала как-то по-особенному. Настолько по-особенному, что она молча встала и двинулась вслед за неизвестным, не замечая, как наступает в кровь, как перешагивает трупы, как оставляет на асфальте красные следы.

Шли недолго. Возле одного из сохранившихся зданий стояла большая группа людей - человек пятьдесят. Дети, женщины, мужчины. Стариков не было.

Она молча присоединилась к ожидающим чего-то людям.

– Скоро Город исчезнет.

Он говорил негромко, но слышали его все.

– Времени осталось немного. Я выведу вас отсюда. Но есть правила. Первое: мы пойдем по тропе, и никто не должен сворачивать с нее ни на шаг. Город не любит отдавать то, что ему принадлежит,

поэтому захочет вас вернуть. Или убить. Второе...

Не отставать, не останавливаться, не выбегать вперед, помогать идущим рядом. Он перечислял правила, словно вожатый, который выводит детей на прогулку.

– И последнее: вы делаете то, что я говорю. Без вопросов, без промедлений.

Он развернулся и зашагал. Вереница людей двинулась следом.

***

Буря так и не утихла. Она продолжала разрывать город и его окрестности, никого не впуская и не выпуская. Однако, когда они вышли на обещанную тропу ветер внезапно стих. Выглянуло солнце. Люди, шагающие длинной шеренгой, недоуменно озирались, но вопросов никто не задавал.

Проводник шел первым. За ним - Анастасия, которая все еще не пришла в себя после кровавой сцены возле научного центра. Рядом с ней - девочка лет 13-ти, сжимающая в руках какую-то белую коробочку.

Сначала все молчали. Спустя полчаса начались первые разговоры, расспросы. Голос Проводника, звучавший в голове у каждого из них, понемногу утихал.

– Как тебя зовут?

Анастасия, все еще плохо соображала, но чувствовала, что идущей рядом девочке сейчас гораздо хуже, чем ей.

– Алина.

– Где твои родители?

– Папы не было, а мама...

Алина замолчала, стиснув коробочку еще сильнее.

– Понятно.

Анастасия никогда не умела утешать. А когда пыталась, получалось еще хуже.

– У меня не было мамы. Да и папы... практически. Меня дед воспитывал. Помню, он говорил: "Будешь, Наська, сопли по морде размазывать, тебя саму размажут. А вот другим по соплям надавать - милое дело!"

Девочка всхлипнула, и, подняв голову, посмотрела на "Наську". С надеждой. Которая, впрочем, тут же погасла, и голова вернулась в исходное положение.

– Что в коробке?

– Наушники.

– Ладно... Родственники есть... вне Города?

– Нет... Наверное...

Сзади стало шумно. Они обернулись. Шеренга остановилась.

Мужчина с ребенком стоял в лесу, метрах в пяти от тропы. Как он сумел нарушить первое правило Проводника никто не видел.

Ему кричали, чтобы он возвращался, махали руками. Он отвечал, что уже идет... Но отвечал совершенно в другую сторону. Он как будто не видел их... Точнее видел, но не там, где они были на самом деле.