Город-западня
Шрифт:
С горьким чувством в душе он прошелся взглядом по толпе. Людей было предостаточно, чтобы разрушить дьявольские планы подземного народа, но разве кто-нибудь станет его слушать? Разве ему поверят?
Неожиданно распахнулась дверь первого загона, и в свет прожекторов вышел Голди.
Холод пронзил Джага до мозга костей.
Сомневающийся в успехе их плана, уверенный в том, что подземный народ выработает стратегию, которая не позволит им ускользнуть, Кавендиш радикально изменил свою внешность.
Он избавился от бороды, контактных
Решив, что большего он сделать не в силах, разведчик растворился в ночи, предпринимая попытку пробраться к комментаторской будке с противоположной стороны. Не раз на его пути встречались всякие неожиданности, трижды он был вынужден приспускать брюки, демонстрируя татуировку. Но все кончалось благополучно, пока один из двойников Джага, которого сделали блондином и изменили до неузнаваемости, увеличив скулы и круто изогнув надбровные дуги, не обратился к нему на пронзительном языке кротов. До башенки в этот момент Кавендишу оставалось не более пятидесяти метров.
– Мы должны разговаривать на языке наших моделей, – закричал любитель странствий, застигнутый врасплох.
Двойник повторил свое щебетанье и потянулся рукой к свистку, висевшему на шнурке у него на шее.
Решив, что время хороших манер закончилось, Кавендиш ринулся на своего противника, увлекая его за собой в сарай, где стояли два кабриолета.
Понимая, что долго ему не выстоять, разведчик быстро высвободился из объятий лже-Джага, схватил стоявшие у стены вилы и изо всех сил всадил их в грудь дубликата, пригвоздив его к полу с неистовой силой мясника, отрубающего голову быку.
Брызнувшие из груди жертвы три фонтана зеленоватой жидкости залили лицо разведчика. Он согнулся пополам, и его стошнило от отвращения.
Рот агонизирующего двойника открылся, и из него выпал толстый трепещущий язык.
Не сдерживая больше себя, с лицом, искаженным гримасой, Кавендиш чуть потянул вилы на себя, вращая ими, как штопором, в теле копии.
Грудная клетка двойника зловеще хрустнула, из нее выплеснулся поток дымящейся навозной жижи.
Невыносимый запах падали вынудил Кавендиша отступить назад, тогда как копия продолжала содрогаться в ужасных конвульсиях.
Из динамиков прозвучало объявление о финале, и это отрезвило рассвирепевшего разведчика. Финал?! Уже! Ему нельзя было терять больше ни секунды.
Выйдя из сарая, он проскользнул в узенькую улочку, которая вывела его в безопасную зону.
Не может быть более захватывающего, более волнующего финала, – вещали динамики, – чем смертельный поединок между двумя братьями-близнецами. Голди и Ранк родились в один и тот же день с получасовым интервалом. Они всегда глубоко ненавидели друг друга, и до сегодняшнего дня Голди всегда показывал себя более сильным, более предприимчивым, более блестящим... Но, возможно, пробил час реванша...
Аплодируйте Голди, гордости Додж Сити, и Ранку, его сопернику, его родному брату!
Амфитеатр взорвался приветственными криками.
Собрав в комок все нервы, Джаг смотрел, как к нему приближается его отражение. Пышущий здоровьем, отдохнувший, с блестящими глазами и волевым подбородком Джаг. Квинтэссенция настоящего Джага.
Он остановился перед Джагом, самонадеянный, полный презрения к своему оригиналу.
– Ты не устоишь и пяти секунд против скруллеров, – громко сказал он. – Тебе лучше сейчас же покинуть арену.
– Я выдержу столько же, сколько и ты, – спокойно возразил Джаг.
В действительности Джаг был далек от состояния безмятежности, которую старательно изображал. Мысли в его голове делали нескончаемые кульбиты. Приведя их усилием воли в порядок, он понял, наконец, что Голди – всего лишь лучший дубликат из запасов кротов.
Еще он понял, что его рассекретили и что подземный народ нашел средство – в высшей степени утонченное – избавиться от него. Теперь объяснялось и поведение Доннера. Перед последним испытанием его каким-то образом напичкали наркотиками.
– Ты действительно не хочешь сойти с круга? – не отставал Голди, выводя Джага из раздумий – ты совершаешь ошибку. Ты ничего не знаешь о скруллерах, тебе неведомы их привычки, их слабые места...
Джаг ухмыльнулся.
– Ты – чемпион по протекции и еще ничего не доказал, – сказал он. – Все, чем обладаешь ты, принадлежит мне. Твое единственное преимущество заключается в том, что ты знаешь некоторые вещи о скруллерах – именно те, которые тебе вложили в голову. Почему я должен испытывать страх перед содержанием ящика? Тебе еще предстоит узнать, что все определяется делом.
Злоба сверкнула в глазах чемпиона Додж Сити.
Он сплюнул между ног Джага и повернулся лицом к комментаторской кабине.
– Мы готовы, – зарычал он, выкинув вверх кулак.
Двери загонов открылись, зрители в едином порыве вскочили на ноги, и на арену выбежали четыре скруллера.
Делая короткие перебежки, Кавендиш добрался до лестницы, которая вела к кабине, когда рядом с ним неожиданно возник двойник Малона с карабином в руках. Возник из ниоткуда! Он толкнул Кавендиша, наградил его крепкой затрещиной и приставил к его груди ствол с насадкой для бесшумной стрельбы.
– Что ты здесь делаешь? – спросил он.
– Я... я...
– Ты... ты... Твой пробег закончился, мудак, – ухмыльнулся Малон. – И я могу тебе смело сказать: вам ужасно не повезло и ты сейчас сдохнешь.
Разведчик сделал шаг назад. Малон, это было видно сразу, не шутил. А его бесшумное оружие не могло привлечь чьего-либо внимания.
– Но если вы меня убьете, умрут мои двойники, – неуверенно попытался защититься разведчик.
Зомби искренне расхохотался.
– И что из того? Они проживут достаточно долго, чтобы мы успели свернуть этот город и увезти отсюда. Потом это уже не будет иметь никакого значения. Теперь мы располагаем нужным количеством новобранцев, чтобы заменить и тебя, и твоего дружка.