Город туманов
Шрифт:
– Разве он добрый? – глаза девушки полыхнули изумрудными огоньками.
– Вы правы, – кивнул Роберт и снял шляпу. – Сегодня самый ужасный вечер, какой я мог только себе представить.
– Что же случилось? – поинтересовалась соседка, явно проявляя вежливость.
Роберт начал подниматься по ступенькам и, поравнявшись с девушкой, честно признался:
– Я потерял свою любовь. Я разочарован, я раздавлен…
Он не стал дожидаться ответа, подошёл к своей двери, отомкнул её и скрылся в квартире. Тишина встретила Роберта, он стоял в прихожей и долго не зажигал свет. «Ожерелье! – мелькнула мысль. – В том футляре было ожерелье». Роберт потянулся к
– Что же ещё было в её гримёрке, – Роберт принялся массировать виски, вспоминая обстановку комнаты. – Две чашки, буфетчица пришла именно за ними, значит, кто-то приходил навестить Ингрид перед спектаклем. Друг или враг? Может быть, как и я, тайный поклонник?
Роберт закинул руки за голову и повернулся спиной к окну, кожаное кресло скрипнуло под ним. Его взгляд упёрся в диван, обитый благородным медно-коричневым бархатом, с подлокотниками из красного дерева. Две подушки, украшенные вышивкой, плед, сползший одним концом на пол, и забытая книга. Картина с лесным пейзажем висела над диваном, но тусклый свет абажура не давал разглядеть деревья и медвежат, резвящихся на поляне.
– Фотография! – вспомнил Роберт. – Кто же это мог быть? Надо будет завтра обязательно заглянуть к следователю Акулову. Чёрт! У меня же встреча с Авиэттой в кафейне «Лангуст». Интересно, что она мне расскажет?
Роберт выдернул лист бумаги из печатной машинки, скомкал его и бросил в урну под столом. Смерть прекрасной Ингрид была намного важнее его нового романа, который он ещё и не начал писать. Роберт поднялся с кресла и прошёлся по гостиной, грусть ни на мгновение не покидала его. Это чувство было сильным и всепоглощающим. И ночь обещала быть долгой и бессонной. Роберт заглянул на кухню, съел остатки салата и подкрепился тунцом из жестяной банки, привычно сварил кофе и вернулся в гостиную.
Он встал у окна, немного отодвинул плотную штору и взглянул на клубящийся туман. Чёрная тень выскользнула из тумана, одёрнула полы серого плаща и взглянула на окна дома. Тень от шляпы наполовину скрывала лицо, но Роберт сумел разглядеть волевой подбородок и крупные, плотно сжатые губы. Мужчина криво усмехнулся, заметив его в окне, чуть склонил голову и шагнул в темноту, уходя от рассеянного света фонаря. Роберт сделал глоток, провожая незнакомца взглядом. Потревоженный туман заполнил собой образовавшуюся пустоту. Завтра будет новый день, город станет оплакивать нимфу, а Роберт… Роберт отправится на поиски убийцы!
Глава 5
Ветер разогнал утренний туман, Роберт помассировал ладонью затёкшую шею. Вчера всё же удалось немного подремать, правда, устроился он на неудобном диване. Книга «Потерянный рай» лежала на полу с немым укором. Роберт как бы ни старался, никак не мог повторить свой прошлый успех. Возможно, если бы «Потерянный рай» не имел оглушительный успех, то он бы был к себе более милостив. Ведь тогда бы вперёд его вела путеводная звезда, обещая помочь написать самую лучшую книгу. Роберт грустно усмехнулся и направился в ванную комнату. Едва тёплая вода быстро
Радио, отделанное красным деревом, со сверкающими, хромированными регуляторами громкости стояло на круглом столике с высокой ножкой. Роберт, проходя мимо него, воткнул вилку в розетку, динамики мгновенно ожили и радостно сообщили о погоде. Вроде бы намечался ясный день, но синоптики, как обычно, могли ошибаться. Вслед за сводкой погоды диктор стал читать последние вести города. Генерал-губернатор собирался дать бал для дебютанток. «Что же, хорошее событие», – подумал Роберт, чиркнул спичкой и поднёс её к газовой конфорке, вспыхнуло голубое пламя, и он поставил поверх чугунную сковороду. Мелко порубленный чеснок, сливочное масло и тонкие полоски вырезки из телятины, два яйца и кружочки вяленых томатов – вот и весь скромный завтрак Роберта. Ах да, ещё чашка крепкого кофе!
Роберт выбрал костюм оттенка грозового неба, белоснежную рубашку и галстук иссиня-чёрного цвета. Сегодня он хотел почтить память Ингрид Марлин, но в то же время произвести впечатление на Авиэтту Медоуз. Прихватив плащ и шляпу, Роберт покинул квартиру. Соседка Катарина уже ушла, а вот лёгкий, цветочный аромат её духов ещё витал в воздухе. «Надо бы пригласить её на чашечку кофе, – подумало Роберт, спускаясь по лестнице. – Из вежливости, только из вежливости». Яркое солнце на мгновение ослепило его, он сощурился, постоял минуту на крыльце, а затем двинулся в сторону трамвайной остановки.
Дабы не терять время попусту перед встречей с Авиэттой Медоуз, Роберт наведался в ювелирную мастерскую господина Леопольда. Она располагалась в центре на главной улице, где было полно дорогих магазинов и прочих административных построек, богатых лепниной и небольшими карнизами. Роберт уверенно толкнул дверь, зазвенели колокольчики, подвешенные у входа, и из-за стеклянного прилавка ему мило улыбнулась девушка в строгом, чёрном платье с белым, кружевным воротничком.
– Добрый день, – поздоровался он и подошёл поближе. – Я бы хотел спросить, все украшения отмечены буквой «Лъ»?
– Да, – девушка поправила локон светлых волос, выбившийся из-за её прелестного ушка.
– А если оно сделано на заказ?
– Господин Леопольд считает, что это знак качества. Понимаете?
– Кто-нибудь делал заказ на имя Ингрид Марлин?
Девушка взяла большую книгу, в которой производились записи, принялась её листать, аккуратно беря двумя пальчиками за кончик страницы.
– Нет, – через несколько минут ответила она.
– Вчера я видел футляр из-под жемчужного ожерелья у своей знакомой, – начал издалека Роберт. – И вот хотел бы заказать подарок для своей возлюбленной.
– Жемчуг? – переспросила девушка и склонила голову набок, глядя на Роберта.
– Да, – поспешно ответил он.
– Жемчужные ожерелья господин Леопольд делал только под заказ. Я могу показать эскизы.
– Буду вам признателен, – кажется, удача Роберту дала поймать себя за хвост.
Девушка ушла в соседнюю комнату и вернулась оттуда с альбомом. Первое ожерелье Роберт вчера видел на незнакомке в ресторане «Кобальт», второе, более объёмное и утяжелённое рубиновой подвеской досталось некоему господину Ершову, а вот с чёрным жемчугом купил Эдуард Окунёв, меценат театра «Морская пучина». «Совпадение, или всё же Окунёв преподнёс дорогой подарок Ингрид»? – подумал Роберт, разглядывая эскизы. Он попросил у девушки копии квитанций об оплате, где были указаны имена и фамилии покупателей.