Город страсти

Макмуртри Лэрри Джефф

Разглядывая ее, он чувствовал себя немного неудобно. В течение всех этих лет в его воображении она продолжала оставаться самой красивой женщиной на свете, и он забыл о том, что прошедшие годы могут обойтись с ней жестче и круче, чем с ним. Сохранив прежнюю красоту, она уже не была воплощением его мечты, и он понял, что был глуп, слишком долго храня в душе ее милый образ.

– Ты хотела переплыть озеро туда и обратно? – спросил он.

– Да, – ответила Джейси. – Я долго жила на Средиземноморье и привыкла плавать в открытом

море. Это самое лучшее место, где можно отвести душу.

– Я временами проезжаю мимо Лос Долорес, – сказал он. – Мне часто хотелось навестить тебя с тех пор, как ты приехала к нам.

– Ну и почему не зашел?

– Чтобы уединиться, я сижу в этой лодке всю ночь напролет, – сказал он. – Поэтому не люблю нарушать покой других.

– Очень благоразумно с твоей стороны, – заметила Джейси. – Если бы ты позвонил, я могла бы нагрубить.

Она хотела было поплыть обратно, но заметила открытую банку с маринадами и, протянув руку, взяла один и съела.

– Привилегия давней подружки, – проговорила она, улыбаясь и опуская очки.

– Средиземное море, наверное, пахнет не так противно, как этот пруд, полный лягушек, – сказал Дуэйн. Легкий утренний ветер принес с собой запах стоячей воды.

– О, там море отвратительное, – сказала Джейси. – Зато оно открытое. Плавай – не хочу. У тебя большая семья? – спросила она, надев очки.

– Да, – ответил он. – Вот почему я коротаю ночи в моторной лодке.

Джейси перевернулась на спину и сделала два медленных гребка.

– Не с тобой мы купались нагишом? – спросила она.

– Нет, это был Лестер.

– Но я все равно оставалась твоей Эстер Уильямс, признайся? – снова спросила она. Потом вытянулась, подняла руки над головой и, как Эстер Уильямс, перевернулась в воде, показав свои длинные белые ноги, и вынырнула у борта лодки.

– Позвони мне как-нибудь, Дуэйн. Я хотела бы побольше узнать о твоей семье.

Затем она повернулась и медленно стала удаляться.

ГЛАВА 25

Когда Дуэйн вернулся в шесть утра домой, не поймав ни одной рыбы, никто не спал и все были взвинчены. Карла ходила по кухне из угла в угол, держа в каждой руке по телефону, и пыталась уследить за ходом стремительно развивающихся событий.

Минерва расположилась за кухонным столом и скрупулезно изучала раздел газеты с объявлениями «Требуются». Напротив нее сидела плачущая Нелли и держала на коленях орущую Барбет. Из кладовки доносились крики и грохот. Это мог быть только маленький Майк. Дуэйн подхватил Барбет, которая немедленно успокоилась, и направился освобождать маленького Майка, колотившего кастрюлей по запертой двери. Вырвавшись на свободу, он бросился в траву, уселся голой попкой на репейник и опять заголосил.

– Дики не поехал в Руидосо, – проговорила Карла, прикрывая ладонью одну из трубок.

Дуэйн уже догадался. Машина, которую он одолжил сыну,

стояла недалеко от дома и имела такой вид, будто только что пересекла Монголию. Единственным человеком, способным за несколько часов вдрызг разбить совершенно новый пикап, был, конечно, Дики.

– Он в тюрьме, жив, или с ним еще что-то приключилось? – спросил Дуэйн, покачивая Барбет.

– Нет, он женился, – ответила Карла. – Они с Билли Энн тайно поженились три недели назад и даже словом не обмолвились. У матери Билли Энн случился сердечный припадок, когда она услыхала эту новость.

– Не она последняя, – сказал Дуэйн, имея в виду Сюзи и Дженни. – Психиатры не останутся без работы.

– Тебе придется забрать близнецов, – заметила Карла. – Я только что разговаривала с начальником лагеря. Их вышибли, как ты и предсказывал.

– А о чем ты плачешь? – спросил Дуэйн у Нелли. При известии, что Дики женился, у него отлегло от сердца, пусть даже этот брак продлится недолго; что же касается близнецов, то он и не думал, что они выдержат в церковном лагере все лето.

– Она разочаровалась в своем женихе, – ответила Минерва. – А я подыскиваю новое место. Этот дом не для пожилой леди с раком желудка.

– Я считал, что у тебя рак мозга, – возразил Дуэйн. – Рак желудка у тебя был в прошлом году.

– Не важно. Это не место для больной женщины, вроде меня, – едко сказала Минерва. Она относилась очень серьезно к своим болезням и не любила, когда ее упрекали в том, что она еще жива.

Карла положила обе трубки и немедленно отключила телефоны.

– Может, прекратишь плакать? – спросила она Нелли. – Джо Кумс никогда не собирался изменять тебе. Просто после двадцатой банки пива для него все женщины на одно лицо.

– Что он натворил? – поинтересовался Дуэйн.

– Пытался поцеловать Билли Энн, мою невестку, – жалобно протянула Нелли.

– Повторяю тебе в сотый раз, что он обознался, – проговорила Карла. – Он искренне раскаивается, но если ты хочешь расстроить помолвку, тебе виднее.

Подошел, переваливаясь на коротких ножках, маленький Майк, весь усыпанный колючками. Он попытался забраться к матери на руки, но та оттолкнула его, и малыш упал бы, если бы его не успела подхватить Минерва, принявшаяся извлекать из пухлого тельца малыша занозы, одновременно пробегая глазами колонки с объявлениями.

– А что набедокурили близнецы? – спросил Дуэйн.

– Джулия позировала обнаженной, а Джек забрался на стропила сортира и бросил кирпич в туалет, – доложила Карла. – Я подозреваю, что туалет разбился и содержимое расплылось по земле. В дирекции сказали, что тебе будут крайне признательны, если ты приедешь и заберешь их.

– А кто снимал Джулию?

– Один шестиклассник из Нокона. А где ты был всю ночь, когда я тут сходила с ума?

– Я просил Минерву передать, что отправляюсь поудить рыбу, – оправдался Дуэйн.