Город снов
Шрифт:
– Я железный Феликс, знаешь такого.
– Слышал, слышал, Феликс Эдмундович, канцелярская крыса. Сидел тут, доносы строчил небось?
– Да, теперь у меня на Вас дело есть, ушлепки.
– Утомили вы меня, идей у вас нет, о народе своем совсем не думаете. А массы кипят, нужен новый путь, запад наступает. Да, что вам говорить, узколобые.
Я сбежал от них в другую комнату и лег на кресло-кровать. Крыса шмыгнул за мной и лег на койке справа от меня.
– Прикольно, да?
– А ты смотрел «Солярис»,
Крыса начал смеяться.
– Дался тебе этот Солярис, это…
– Что это?
– Это место такое… место под солнцем.
– Типа Город солнца?
– Да, да, да, - в припадке смеха орал Крыса
– Солярис, я читал про солярис, такой юнит в Streamline есть… А солярис, туда телки загорать ходят, типа мода такая.
– И это тоже. Не могу больше.
– Что?
– Думать не могу.
– Не можешь - не думай!
Крысу распирало от смеха. Я же продолжал с ним беседу на полном серьезе.
– Ну, ты сказал, как отрезал: не можешь - не думай, - жестом показал Крыса, махнув рукой.
В проеме появился Глеб с лицом последнего из магикан.
– Че вы так громко ржете, вы мне всю рыбу распугали.
– Кончай рыбу ловить с нами веселее, такие перлы пропускаешь. Знаешь, что этот сейчас загнул?
– Ну, что?
– Не можешь - не думай, говорит.
Глеб постоял, переваривая сказанное, и нашел это изречение наследием русского фольклора. И стал вспоминать другие русские поговорки.
– Без труда не выловишь и рыбки из пруда, - брякнул он с многозначительным видом.
Крыса постепенно стал приходить в себя, понимая, что дело принимает серьезный оборот.
– Сколько веревочке не вейся, а конец отыщется. Где посеешь, там не найдешь. Сколько успеешь, столько нарвешь. Два конца, два кольца, а посредине егоза.
– Слушайте мысль, осталопы. Такого вы нигде не услышите.
– Давай, - грохотнул Глеб, - записываю.
И как будто взял ручку с листком.
– Думай, что говоришь, и говори, о чем думаешь.
Феликс в горячем порыве смял листок и швырнул им в меня, а после и ручку.
– Да идите вы!
– и он опять отправился на кухню
– Вань, а ты знаешь, что такое демократия?.. Демократия - это телка, - с горечью вырвалось у меня.
– Иди Глебу об этом скажи.
– Да он не поймет, маленький еще.
– Чего я там не пойму, - донеслось с кухни.
Я зашел на кухню и обратился к Дзержинскому.
– Вот что, по-твоему, демократия?
– Демократия… Demos - народ, cratos - власть. Власть народа.
– Ну, а как это понимать? Вот мне, к примеру, что с этого?
– Ты часть народа, значит, у тебя есть часть власти.
– А если мне не нужна эта часть, например, она все равно есть? У каждой части народа, есть часть власти. Частьвластие какое-то получается. Нет, демократия это телка, понял?
Глеб задумался, а я ушел опять в комнату.
–
Ваня лежал с мечтательным видом на кровати, и мне казалось, что мы так давно с ним не виделись, просто целую вечность.
– Я понял!!!
Мне пришлось вернуться на кухню, чтобы продолжить разговор.
– Правда?
– Да, демократия - телка, а тоталитаризм - мужик, - хлопнул по столу кулаком Глеб.
Это было похоже на прорыв к звездам.
– Молодец, сечешь фишку.
Глеб косо заулыбался своей деревянной улыбкой. Ваня вернулся на кухню и закрыл дверь.
– Тихо, пацаны, знаете, сколько уже времени?
– Нет.
– Пол седьмого утра. Давайте чаю попьем и спать. Ан сейчас на работу уйдет.
Действительно, Ан уже проснулась и копошилась в своей комнате, одевалась. Через полчаса ее уже след простыл. Она исчезла из квартиры, а мне приспичило пойти в душ.
– А вы знаете русскую жесткую правду?
– спросил я.
– Какую правду?
– Русскую жесткую правду. Каждый сам для себя прав, и я буду прав, если пойду в душ. Сейчас же утро, а что делает по утрам отец русской демократии? Ходит в душ.
– Сходи, - протянул Крыса.
Я пошел в душ, разделся и лег в ванную, включил душ. Приятная влага хлынула из дырочек потоком на живот и вниз в савану. Я подумал было о Джине, и решил ему позвонить. Набрал номер телефона и приложил к уху трубку. Длинные гудки и затем встревоженный голос Лехи.
– Алло?!
– Леха, привет! Как дела?
– Хорошо. Кто это говорит?
– Это я - Джей. Помнишь, мы тебя провожали. Ты нашел того придурка, который тебе барбитуру спихнул?
– Да, да нашел и ввалил ему люлей с друзьями. Тебе что делать нечего в такую рань звонить?
– Спасибо, Леха, прикольный драйв.
Дверь открылась, и в проеме показался Крыса.
– С кем ты разговариваешь?
– С Лехой.
– А ты знаешь его телефон. Как ты ему позвонил?
Я ему показал пластмассовую ручку душа в правой руке.
– Понятно… только потише, а то люди уже спят давно.
– Ладно.
– Че там у тебя происходит?
– Да это Ваня зашел, сказал потише разговаривать. Палится постоянно. Мы тут такое вымораживали.
– Ладно, потом расскажешь. Мы уходим сейчас из клуба по домам. Пока.
– Пока.
На кухне Глеб с Ваней тихо переговаривались. Я вытерся и прошел в комнату Ан, взял карты и стал раскладывать пирамиду. У меня чуть волосы дыбом не встали, когда я открыл по порядку четыре восьмерки, четыре девятки в нижнем ряду, то же было и с остальными рядами: карты открывались в строгом порядке по старшинству, десятки, вольты, дамы, короли, я дошел до самого верха - два туза, пасьянс разложен. Я не верил своим глазам, в руках у меня оставались восемь карт, посмотрел - шестерки и семерки.