Город сестёр
Шрифт:
Стало понятно, что он валялся в пустом автомобильном фургоне. В отрубе был недолго, до вечера ещё далеко. На полу чернела старыми пятнами засохшая кровь.
Руки связанные пластиковыми наручниками-стяжками, затекли.
Он огляделся. Вдоль стен фургона тянулась труба-поручень. Пашка сразу понял, что к этой трубе пристёгивали наручниками пленников.
В раскрытую дверь смотрели три человека. Два мужика в тяжёлых брониках и одна высокая брюнетка, с красивыми чертами лица. Симпатичная баба, но с таким спокойным и равнодушным холодом
Как опасный человек и беспощадный противник - да. Как женщина - увы.
Она кивнула на него головой, приказала мужикам.
– В штабную.
И спокойно пошла к бронированному шестиколесному автобусу.
Один из мужиков, усатый боец, поманил его пальцем.
– Выходь хлопец.
Пашка медлил.
– В колено пальнуты?
– Поинтересовался усатый.
Пашка понял. И полез из загаженного кунга.
Молодой боец, в горке, возмутился.
– Я же ему руки за спиной стянул!
Хохол заржал.
– Не смиг визнаты дупу вид писуна!
И толкнул Пашку прикладом в спину.
– Пийшов, погань.
Пашка пошёл. А что оставалось делать?
Подумал - Надо как-то выпросить пожрать. Силы подорваны самолечением...Кроме того он кое-что придумал. Если его дар восстанавливает чужие организмы, даже на расстоянии, значит что? Правильно. Тогда он сможет и портить эти самые организмы.
Выходит, сейчас его мозг - главное его оружие.
Самое время поэкспериментировать. А начнём с начальства.
Его грубо приподняли за шкирку броника и закинули в раскрытую дверь передвижного штаба. Мадам начальница строго спросила.
– Почему жилет не сняли.
– Водну хвылынку.
– Залез следом хохол. И стащил с Пашки броник и каску.
Пашка за пару дней так привык к бронежилету, что почувствовал себя как-то... голым.
– Привяжите его к стулу, - мадам протянула хохлу рулон коричневого скотча. Только сначала стяните руки сзади.
Хохол резанул наручники ножом, достал новые и застегнул их на Дугиных руках за спиной. Пашкины ноги притянули к ножкам железного стула, привинченного к полу. Руки примотали к дужке спинки. Дама одобрительно кивнула и мужики вышли, захлопнув дверь. В автобусе никого не осталось... Значит баба - ментат. Сама будет допрашивать, сама отделять ложь от правды. Насколько сильный ментат? Наверное не очень. Хорошего специалиста в боевую операцию не пошлют. Хорошо, что ботинки не сняли, пальцы на ногах будут целы. Пашка усмехнулся.
– И что в этой ситуации смешного?
– Брезгливо спросила дама.
– Да это я так.. Своим мыслям. Простите, а как к вам обращаться?
– Ко мне никак не надо обращаться, - по-прежнему брезгливо ответила дама.
– Вы будете просто молчать. И говорить только то, что я спрошу. И тогда, когда я разрешу.
Пашка дёрнул плечами. Мол, молчать, так молчать. Осторожно просканировал женщину. Как и у
Женщина села напротив в офисное кресло намертво присобаченное к полу.
– Ну-с, приступим. Имя, фамилия, отчество... Говорите.
– Скорый, - коротко ответил Пашка.
– Меня не интересуют ваши клички. Имя, фамилия, отчество. Говорите.
– Так я же и говорю - Скорый.
Дама не спеша встала, взяла со столика кастет, и, хорошо поставленных хуком, врезала Дугину в челюсть. Удар вышел не по-женски тяжёлый. Пашка тут же проверил - в кости трещина. Вот сучка! Больно-то как!
Спокойно усевшись в кресло, нога на ногу, женщина продолжала.
– Я прошу вас назвать ваши настоящие фамилию, имя и отчество. Говорите.
Пашка понял, что дама не остановится ни перед чем.
– Дугин Павел Дмитриевич.
– Уже хорошо. Я рекомендую вам сотрудничать со мной. Во избежание более тяжёлых травм. Давайте продолжим. Где вы были шестьдесят дней назад?...
– Подождала, - Говорите.
– Дома, - откровенно признался Пашка.
Женщина поняла, что тот говорит правду. Ментат.
– То есть, вы появились в Стиксе недавно... Сколько времени прошло?... Говорите.
– Четыре дня.
Женщина надолго задумалась, сложив руки на груди.
Пашка кашлянул.
– Простите, а можно...
– Молчать.
– Спокойно скомандовала дама.
Пашка расстроено вздохнул.
Наконец его следовательница ожила. Наклонилась поближе.
– У Бабки... У той женщины, с которой вы перемещались по Стиксу, есть нечто...
– Карта, - подсказал Пашка.
Дама даже не оскорбилась на то, что он заговорил без разрешения. Она оживилась.
– Да, вы правы. Меня интересует некая карта. Вы её видели? Говорите.
– Да, видел. Только...
– Молчите.
– Опять скомандовала женщина.
Пашка успокоил мозг и начал погружать его в сон.
– Что?
– Забеспокоилась дама.
– Вам плохо? Говорите.
– Да я же всё время пытаюсь сказать. Мне надо что-то съесть. И живец. Я теряю сознание.
И он увёл себя в беспамятство. Если бабе нужна информация, то уж пусть подсуетится.
Очнулся от того, что его хлопали по щекам.
Над ним навис молодой парень, шлёпавший его по физиономии.
– Подъём боец. Обед.
Пашка застонал. Выпрямился на стуле. Потер руками физиономию. О! Руки развязаны.
Перед ним на столике стоял поднос. На подносе открытая жестяная полукилограммовая банка с красной икрой, нарезной батон и здоровенный кусок сыра. Рядом лежала его фляжка с живцом.
Он быстренько всё это смёл, пока не отобрали, черпая икру куском хлеба и ломая сыр и хлеб руками. Запил живчиком, и сразу почувствовал себя намного лучше. Говоря бабкиным языком подумал.
– Так. Ладно... Теперь повоюем.
– Крикнул - Эй! Кто там!