Город сестёр 2
Шрифт:
– Вот такого я тебя и люблю. Я тебя сейчас умыкну. Но не волнуйся - не насовсем.
– Да я и не волнуюсь. Не к стоматологу же, - Пашка не смог удержаться от смеха.
– Ты... Ты - засранец! Нашёл с чем сравнить!
– Бабка треснула ему символический подзатыльник.
– Да ладно тебе Мила. Не кипятись. Нам с тобой подумать надо. Сильно подумать. И мне кажется, мы сможем найти выход.
– Выход откуда? И куда?
– Неправильно выразился, - огорчился Пашка, - нам надо как-то наш треугольник...
–
– Нет. Наоборот. Укрепить и сделать безболезненным. Ты же наверняка ревнуешь. А это плохо. И Таня тоже...
– Вот и я именно про это. В тебе нет самолюбия.
– А самолюбие-то тут при чём? Господи! Далось оно тебе.
Бабка посмеялась тихонько.
– Другой бы ходил, задрав нос, героем бы себя чувствовал. В Улье женщин дефицит, а у тебя сразу две. Любой мужик сидел бы в "Каспии", рассказывал в подробностях и картинках как он жарит двух баб... А ты... Тебе, видишь ли, надо, чтобы мы не страдали.
Пашка вздохнул.
– Мила, я же не пацан. Зачем мне эта дешёвая слава? Сама подумай... Что это за победа? Победа над женщиной... Это чести не прибавляет. А приобрести друга, в любимом и любящем человеке, намного дороже, чем зависть самцов всего стада. Вот скажи... Ты мне друг?
– А ты что - сомневался?
– Вооот. И это ценнее чем интимные победы или глупая похвальба. А то, что мы в постели ладим, это только бонус к дружбе. Приятный, не скрою, и желанный бонус. Вот так я мыслю.
Бабка оглянулась на спящую команду.
– Это ты всех усыпил?
– Нет. Они сами уснули.
– Добавь им сна. А то...
Через час, Мила встала с тахты, взяла полотенце и пошла голышом в туалет. Через некоторое время вернулась. Сообщила.
– Вода в кранах есть.
– Ты что - мылась? Холодной водой?
– Нет, Паша. Я просто полотенце намочила и обтёрлась.
Она села рядом.
– Вот ты скажи... Как ты ко мне относишься? Только честно.
– Не буду говорить "люблю". Слово какое-то затёртое. Я тобой дорожу и я для тебя на многое готов.
– Угу... А вот Тьма?
– Что, Тьма?
– Как ты к ней...?
– Таня тоже дорогой для меня человек. Я не могу от неё отказаться.
– Кхм... А твоя бывшая. Ну, та, которая "там" осталась.
– Лариса... Лариску я люблю. Я её никогда не забуду. Тысячу лет буду жить и не забуду.
– Мда... Кхм... У тебя, Паша, большое сердце.
Пашка пожал плечами. Что, мол, поделаешь...
Бабка встала. Натянула бельё, повернулась спиной.
– Застегни лифчик. Спасибо.
Развернулась.
– Ладно. С Татьяной я поговорю. Чисто по Бабий. Попла'чусь, пожалуюсь... Поди найдём общий язык, не дуры.
И пошла на свою тахту.
Только она улеглась, как Ванесса резко села на постели и чётко сказала.
–
* * *
От неожиданности, в руках Скорого и Бабки моментально оказались пистолеты.
Бабка тихо спросила.
– Ванка, что с тобой?
Та выставила ладонь.
– Помолчите... Да... Я поняла. Сейчас... Дайте мне немного времени.
Мазур растолкала Короткого.
– Аркаша, прости, но ты мне нужен.
Короткий сел, продрал глаза.
– Что случилось, Несса?
– Подумай пожалуйста, как объяснить... существу... что такое "верх" и "низ". Все подумайте.
Пашка попробовал подсказать.
– Сила притяжения. Отпустить что-то из руки. Направление падения и есть - низ.
– Это-то понятно. Но для того, чтобы что-то отпустить... Например - камень... Нужно поднять камень. То есть наклониться. Наклонится "вниз", взять что-то в руку. Последует вопрос - что такое камень и что такое рука. И понятие "низ" по прежнему не расшифровано.
Ванесса обхватила руками голову.
– Господи, как же это сформулировать...
Бабка удивилась.
– Он понимает просьбу "дать немного времени" на раздумье, и не знает что такое "верх" и "низ"?
– Я общаюсь с... С этой сущностью... Не словами а образами. Понятие "время" для него очевидно. Понятие "много" и "мало", ему известны. Понятие "дать время", "подождать", "повременить" - это простейшие образы временных отрезков. Это всё просто... Но, по-прежнему неясны банальные понятия. Верх, низ, параллельно, перпендикулярно.
Бабка подсказала.
– Небо вверху, земля внизу.
– Он только учится пользоваться зрением.
И тут проснувшийся Шило брякнул.
– Да пусть хряпнется мордой о землю... Вот ему и "низ".
Ванесса долго сидела в молчании. Морщилась и иногда разочарованно постанывала.
– Ничего не получается. Он впервые пользуется настоящим живым телом.
Бабка пожалела Улей.
– Прямо как котёнок.
– Нет. Намного хуже. У котёнка инстинкты. У этого нет вообще ничего.
Ванесса встала и начала одеваться.
– Надо ехать его искать. Я чувствую примерное направление. Он ментально сильно излучает.
Короткий, Скорый и Бабка тоже полезли в обмундирование.
Бабка как всегда закомандовала.
– Шило, где у нас "ночники"?
– В рюкзаке.
– Сколько?
– Только два.
– Давай. Ты остаёшься с девчонками. Просыпайся окончательно и оскалься.
– Понял, - Шило в темпе начал одеваться.
Вчетвером вышли в прохладу ночи. Монокуляры одели Ванесса и Короткий. Бабка и так всё что надо видела. Пашка остался слепым, если не считать яркого звёздного освещения.