Город Призраков
Шрифт:
«А чего, собственно, я боюсь? — пришла в голову Владу неожиданная мысль. — Верволки меня знают, кого-то из них встретить наоборот будет большой удачей — доведут до Конрада побыстрее, не придётся в мокром лесу ночевать. Инквизиторов там быть не может, они все по ночам в палатках сидят и страшные сны про оборотней смотрят. А кому здесь ещё быть? Если только настоящий зверь… Вот против этого защиты нет, голыми руками мы ни кабана, ни волка не завалим». Но вероятность нарваться на природного хищника не показалась слишком большой, и он громко, отчётливо произнёс, обращаясь в темноту:
— Я Влад. Мне нужно к Конраду, но я сбился с дороги.
— И почему
Лерой и Влад резко развернулись туда, но даже точно зная местонахождение, рассмотрели оборотня не сразу. Тот удобно расположился на корточках рядом с деревом, неподвижный, но готовый к немедленному действию, как взведённая тетива арбалета.
— И всегда представляетесь, словно можно перепутать… Никогда не понимал людей. Что онемели-то? Минуту назад разорялись на весь лес, птиц поперепугали.
Влад нервно сглотнул, будь они противниками волку, то давно лежали бы с разорванными глотками. От одного представления становилось неуютно. Люди настолько были чужды этой дубраве, что холодок пробегал между лопаток от желания убраться подальше из владений полузверей. Лерой вопросительно посмотрел на Влада, будто говорил: «Тебе карты в руки».
— Доброй ночи, — проговорил парень. — Мне… то есть нам… необходимо к Конраду, есть важные новости.
— Письмецо от человека с крестом? — усмехнулся «волк». — Ладно, не моё дело. Пусть «бегущий» сам разбирается.
Речь верволка казалась несколько архаичной и… он говорил так, как будто родился зверем. От осознания, что перед ним существо, только внешне похожее на человека, стало окончательно не по себе. Не пояснив, кого он имел в виду под словом «бегущий», оборотень поднялся на ноги, выступив из глубокой тени.
— Пойдёмте.
И тут люди разглядели, что облик его частично оставался звериным. Черты лица — удлинённые, напоминающие очертаниями волчью морду, под верхней губой блестят весьма внушительные клыки, а по всей коже пробивается серебристая, словно слегка седая, шерсть.
— Merde! — озвучил своё отношение к увиденному Лерой.
Глава 1.3
Поляна и дом выглядели точь-в-точь так, как представлялось Арману по рассказу Влада. Тишина нависла над прогалиной в лесу, и здесь было ненамного светлее, чем под пологом листвы. Тучи окончательно заволокли небо, и сверху сеял мелкий противный дождик, залезающий холодными пальцами за шиворот. Поэтому пресловутой серебрящейся в лунном свете травы и самого волчьего светила француз не увидел.
Хижина — старенькая, покосившаяся… Если бы не отсвет огня в маленьком окошке, то казалась бы давно заброшенной развалюхой. Учитывая, что это был первый образец местной архитектуры, увиденный Арманом, то благоприятного впечатления о мире не складывалось. «Неужто здесь все так живут? Или это только те, кто со зверями якшается? Для большего единения с природой, так сказать…»
Оборотень-проводник оставил их на краю линии деревьев, не ступив на открытое пространство, исчез, словно растворившись в темноте, беззвучно, как морок. Лерой заозирался по сторонам, но было уже поздно — вокруг только шелестели мокрые листья, и в помине не было никого, кроме Влада. Арман всё ещё приходил в себя от внешнего вида оказавшего помощь существа. «Если б меня не предупредили заранее, точно рехнулся бы от неожиданности. Или от страха, чего себе-то врать». Зато после такого недвусмысленного подтверждения истинности
— Пойдём, — сделал приглашающий жест русский. И они пошли через поляну, разводя в стороны высоченную, выше пояса, траву. Никаких тропок или хотя бы примятых стеблей видно не было, словно никто сюда никогда не ходит. Пока добрались до цели, вымокли практически целиком.
Вопреки ожиданиям, Конрад не встречал на крыльце, и в сердце Влада закралось подозрение, что что-то не так. Обычно тот из обитателей лесного домишки, который в данный момент бодрствовал, хоть как-то реагировал на прибытие гостей. Парень опасливо потянул дверь, в ответ раздался тягучий скрип. «Что-то мне сегодня многое кажется зловещим и неуютным…» Но внутри дома всё было по-прежнему: жарко полыхали дрова в очаге, освещая непритязательную «меблировку» и сидящего во главе стола хозяина.
— Ну, проходите, что на пороге встали, — Конрад, видно, был не в духе. По крайней мере, приглашение прозвучало не слишком любезно.
Гости молча разместились вокруг стола. Маг потянулся за кувшином и разлил по кружкам вино. Арман тихонько бросал взгляды по всем углам, так что Влад забеспокоился, как бы наёмник не заработал косоглазие.
— Конрад, это Арман Лерой. Лерой, это Конрад. Я тебе о нём рассказывал, — скоренько совершил процедуру знакомства парень.
Француз коротко кивнул в знак приветствия. Хозяин лесной избушки ему не то чтобы не понравился, но сразу же, с первого взгляда, с первого слова вызвал опасения. Сильный противник, если окажется противником. А в союзниках у него, скорее всего, не походишь, они ему не нужны, сам достаточно могущественен, разве что мелкие подручные понадобятся, пешки, шестёрки. Такая роль не устраивала Армана. Он не мог объяснить, почему родились такие мысли, в общем-то безосновательные, по первому впечатлению, но в людях Лерой ошибался редко.
— Ещё один из твоего мира, да, Влад? Сегодня утром прибыл, верно? — спросил маг скорее для проформы, уверенность в его голосе была непоколебимая.
— Правильно, — ответил вместо Влада сам Арман, которого начинало раздражать, что его рассматривают, как новинку на прилавке, а разговаривают при этом демонстративно с его спутником. — Я не немой и не умственно отсталый, так что можно обращаться прямо. — Сказано это было на чистейшем итальянском.
Конрад бросил в сторону француза ещё один оценивающий взгляд, на этот раз более заинтересованный.
— Честно говоря, не ожидал, что прибудет пополнение, да ещё и так скоро. А ты, Арман, я смотрю, более везучий, чем твой предшественник. И язык знаешь, и сразу же своего нашёл. Вместе-то попроще будет.
— Кто вы такой? — спросил Лерой. Конечно, он помнил все подробности рассказанного Владом, но хотелось услышать информацию из первых уст, чтобы сделать собственные выводы.
— Ты что, не успел ему поведать всю историю? — поднял бровь маг, повернувшись к русскому.
— Успел, успел. Но не откажусь и сам ещё раз послушать. Желательно, с большими подробностями, чем раньше. Например, о Волчьем Рубине ты ничего мне не говорил, а эта цацка занимает, судя по всему, не последнее место в споре волков и людей.