Город под каблуком
Шрифт:
– Знает она все. – Макс взял в руку телефон и набрал номер своего отца.
– Не надо! – умоляюще посмотрела на него девушка.
Но Макс уже не пугал, на этот раз он действительно позвонил отцу и сказал, что у него возникли серьезные проблемы. Никита и не думал его останавливать. Морду Горобцу он мог бы набить и сам, но, похоже, такой мелочью от него не отделаться, тут нужны куда более радикальные меры, к которым Никита не готов. Он мог бы застрелить бандита, отбивая нападение на Макса, и сделает, если
Глава 7
Удар в падении хорошо гасится ударом руки о пол, но тут важен момент, когда это нужно делать. Поспешишь – травмируешь руки, опоздаешь – отобьешь спину или затылок. А если погасил удар вовремя, то не помешает кувырок…
Макс упал на спину правильно – вытянув руки вперед, прижав подбородок к груди, стиснув зубы. В момент касания спины о пол, ударил по нему ладонями. В конечной фазе падения оказался на плечах и шее с поджатыми ногами – и здесь все верно. Только вот перевернуться не смог. Но Никита помог, подтолкнув его.
Макс еще не перекувыркнулся, когда в прихожей тихо открылась входная дверь. Никита среагировал мгновенно – выхватил из-за пояса ствол и навел на цель.
– Нормально! – с невозмутимым видом кивнул Кранцев.
Вслед за Кранцевым в квартиру зашел Фоган.
– Что здесь такое?
– Нормально у Кита с реакцией, – сказал Кранцев.
– Я не об этом…
Фоган смотрел на своего сына, который с болезненным выражением на лице потирал ушибленную шею. Кувыркнулся он неудачно, и Никита, в общем-то, был в том виноват.
– Да у нас тренировка тут… Нормально все, па!
– Тренировка – это хорошо. Птом пахнет, реальным птом, – усаживаясь в кресло, заметил Виталий Максимович. – Давай, сынок, занимайся…
Он вроде бы и доволен был тем, что Максим взялся за ум, но смотрел на него с большим сомнением. Майка-борцовка на нем, боксерские трусы, но под самой одеждой ничего спортивного не наблюдалось. Узкие плечи, тощие руки, и пузо выпирает…
Зато на Никиту он глянул с одобрением:
– С институтом все решили, так что флаг в руки…
– А с Горобцом? – спросил Макс.
Никита догадывался, зачем приехал Фоган. Сын ему на днях позвонил, объяснил ситуацию, через пару часов приехали люди, забрали Катрин. Работа, что называется, пошла, и, если все нормально, Виталий Максимович должен был успокоить сына.
– Подрезали крылья воробушку. Больше он летать не будет…
В это время в комнату зашел Кранцев. В разговор он влезть не рискнул, но красноречиво глянул на Никиту. Фоган понял, что у него возник какой-то вопрос.
– Что там такое?
– Девчонка какая-то в гостевой.
– Я же сказал,
– Это не моя, это Кита!
– Невеста моя, – кивнул Никита.
Кранцев приподнял руки, выставив на обозрение ладони. Дескать, сдаюсь, вопросов нет.
Но вопросы были у Фогана.
– А она должна быть здесь?
– Я скажу, она уедет, – сказал Никита.
– Я разрешил, – вступился за него Макс. – Ларка в институт с нами поступила. Чисто свой человек.
– Да? Ну, тогда пойди к ней, поговори, успокой. А то Ваня кого хочешь напугает, – глянув на Кранцева, одной половиной рта усмехнулся Фоган.
Макс, похоже, осознал свою ошибку в отношении Ларисы и больше не позволял себе пошлых шуток на ее счет, но все-таки Никите не очень-то хотелось, чтобы он общался с ней без него. Не понравилось, что Фоган отправлял сына к Ларисе так, будто она была его собственностью. Хотя он и понимал, что босс просто хочет поговорить с ним с глазу на глаз, без сына.
– Воробышку мы крылья подрезали, – тихо сказал Фоган, когда Макс вышел из комнаты. – Нет его больше, и не будет. Максу скажи, что с ним просто поговорили…
Никита понимающе кивнул. Макс не строил иллюзий насчет своего отца и знал, что может случиться с Горобцом, но пусть его догадки таковыми и остаются. Какой отец напрямую признается сыну, что запросто может приговорить человека и направить к нему палача?
– Там еще с этим утырком были, тоже положили. Но не все так просто… Там у этого Горобца брат есть, и он ушел… Горобец отморозок, а брат, говорят, правильный и связываться со мной не хотел. А теперь хочет. Потому что Горобца больше нет…
Фоган говорил серьезным тоном, и его озабоченность передалась Никите.
– Кто он такой?
– Лютый у него «погоняло». Воровской человек, два хода на зону, бригада у него своя. Вроде как заказные убийства, все такое…
– Серьезное дело.
– Иначе бы я не подъезжал, – кивнул Фоган. – Работа идет, Лютого ищут. Я всех, кого можно, подключил. Но так ведь и он Макса ищет… Меня он не тронет, кишка тонка, а на Максе отыграется. Если мы его раньше не прихлопнем…
– Прихлопнете.
– Это с бешеным воробушком все было просто. И откуда такие отморозки берутся, не знаю. В инкубаторах их, что ли, выращивают? – скривился Фоган.
– А вдруг?
– Знать бы, где эти инкубаторы. Короче, дело серьезное, и Макса здесь я оставить не могу. К себе домой заберу. Я смотрю, ты ему здесь жизни не даешь, – поощрительно усмехнулся Фоган.
– Он сам попросил.
– Ну да, ну да… Пусть дальше просит. Дома спортзал, бассейн, там с ним по заявкам, хм, трудящихся. В рабочий, хм, полдень… Девчонка твоя что здесь делает?