Город Мечты
Шрифт:
– А чтоб не воняло.
– пояснил я, и тот хмыкнул.
А вот ванная комната с горячим душем искателя пленила, и он сказал, что будет мыться. Никаких мыльно-рыльных или полотенец в наличии небыло, но это не беда. Где-то у меня была пачка жидкого мыла… А, черт с ним, потом найду. Рассказав что и как тут работает, я вернулся в комнату. Лия сидела на кровати, а я вспомнил про купленный шоколад, открыл одну плитку и наломал ее на полоски, протянув одну слепой.
– Чем ты там шуршишь?
– с любопытством спросила она.
– Вкусным. Вот, попробуй.
Лия
– Да, это из прошлого.
Осторожно прожевав и проглотив, она откусила еще, и медленно, растягивая удовольствие, съела все, и я дал ей еще кусок.
– Сотни людей этого никогда не увидят… - протянула она.
– Да. Но я попробую это изменить. Этот шоколад производят, и мы либо купим его производство, либо будем возить шоколад в свои поселки.
– Это ты хорошо придумал, - вздохнула слепая, - но сделать этого не получится.
– Почему?
– не понял я.
– Потому.
– отрезала она, и мы замолчали.
К чему слепая ведет? Не понимаю. Мы сидели и думали каждый о своем. Мои мысли метались между завтрашним днем и большими планами на будущее. Не знаю, почему слепая критикует, на мой взгляд все реально… С производством будет сложно, сырья нет, но делать поставки можно, но дорогой он будет… Ужасно дорогой. Вернулся мокрый фыркающий Виль.
– Оо, президент, это шикардос! Я такого нигде не видел! У механиков есть душ, но он и рядом не стоял!
– Можно сделать такое везде, но будет не легко…
Лия фыркнула.
– Посмотрите на этого оптимиста!
Виль уставился на меня.
– А я думаю он все может.
– загадочно молвил искатель.
– Ты не один так думаешь… - сказала Лия, но я опять не понял смысла её слов.
Время катилось к вечеру, но спать было еще рано. Этот день тянулся как резиновый… Можно было отправить слепую в душ, но я не хотел мочить ее повязки. Хм. Так можно набрать ей ванну. А это мысль! Пусть полежит в горячей воде, глядишь - расслабится немного, а потом и я в душ схожу… Не мылся уже черт знает сколько времени!
– Лия, хочешь полежать в горячей воде?
Слепая повернула ко мне нос и выглядела озадаченной.
– Горячая ванна, вещь из прошлого!
– продолжил я.
– Не понимаю, о чем ты.
– буркнула она.
– Я пойду все подготовлю, никуда не уходи. Ванна способна смыть тревоги и печали.
– сострил я, и направился в ванную.
Сантехника не шагнула вперед за то долгое время, что прошло после две тысячи двадцатого. По карайне мере в этой отдельно взятой квартире. Найдя старую резиновую пробку, у которой вместо кольца была отлита пупырка на ножке, за которую ее предполагалось вытаскивать, я заткнул сливное отверстие, повернул кран от раковины к ванне, и включил воду, настроив ее на горячую, почти обжигающую, и стал ждать, пока ванна наполнится. В дверь постучали, и я оторвал взгляд от струи воды. Да, на воду можно смотреть бесконечно.
– Да-да?
– спросил я.
–
– уточнил из-за двери хозяин квартиры.
Я выглянул наружу, и увидел Александра Васильича, стоящего с недовольным видом.
– Воду не лейте!
– начал бубнить он, - Вода дорогая, вам придется ее оплатить.
Я вздохнул. Жадность хозяина начала вымораживать.
– Я все оплачу, Александр Васильич, но не в тройном размере! Имейте совесть, в конце концов.
Вредный хозяин пристально уставился на меня.
– Ты не из пустоши.
– уверенно сказал он.
– Да. Я жил в большом городе. В пустош я попал случайно.
– И что же это за город?
– Челябинск.
– Не может быть! Челябинск разрушен!
– воскликнул хозяин.
– Он не всегда был разрушен.
– Слышал я про таких, но до этого ни разу не видел.
– протянул он.
– Не знаю, о чем вы.
– у меня возникло острое желание съехать с темы.
Александр удалился в коридор, не поворачиваясь ко мне спиной. Вот блин, придется еще и за этим плюшкиным следить, чтоб чего не выкинул… Ох. Тем временем ванна почти набралась, и я пошел за слепой. Лия все так же сидела на кровати, я взял ее под ручку и привел в ванную, где стало немного тесно, я выключил воду.
– Раздевайся.
– сказал я.
– А что так грубо? Мог бы и поласковей.
– съязвила слепая.
– Солнышко, раздевайся, сейчас я доставлю тебе неземное удовольствие!
– елейным голосом пообещал я.
– Ого!
– улыбнулась она, - Можешь ведь, когда хочешь.
Да, я такой! Силен задним умом. Лия сняла одежду, оставив только повязку, я взял ее за руку, и подвел к краю ванны. Она ощупала край, и поежилась.
– Переступай вперед.
– сказал я.
Слепая осторожно подняла ногу, нащупала ей край ванны, и коснувшись воды резко отдернула, прижавшись ко мне.
– Что случилось?
– спросил я.
– Горячо!
– в ее голосе были нотки паники.
Я пощупал воду - нет, вроде не горячо…
– Давай еще раз, медленно опускай ногу постепенно привыкая к горячести.
Лия не сразу решилась, но сделала как я сказал. Окунув ногу по щиколотку, она покрылась мурашками, прямо вся: с ног до головы, и поежилась, затем опустила ногу до дна. Я не отпускал ее руку, и приобнимал за плечи, чтобы придать ей уверенности. Стеснения у слепой не было ни капли.
– Давай, теперь вторую ногу.
Со второй ногой дело пошло лучше, и вскоре Лия вся стояла по колено в воде.
– Осторожно опускайся.
– сказал я.
Лия начала сгибать ноги, и остановилась только коснувшись задом воды, чуть слышно пискнув при этом. Я взял ее за вторую руку, и дело сдвинулось. Усевшись на дно ванны, она обхватила колени и выдохнула.
– Помнишь? Ты ведь была в ванне у меня во сне, когда первый раз явилась.
Лия задумалась.
– Да, помню… Но ощущения были другие, совсем другие. Это все же сон… Все что я видела и чувствовала там - это все взято из твоей памяти. Я знаю тот мир только твоими глазами.