Город- мечта

Сухов Лео

— Как я понимаю, мы должны её протестировать? — уточнил я, догадавшись о причинах аттракциона невиданной щедрости.

— Именно! — улыбнувшись, подтвердил Витя. — Используйте их на полную. Все недостатки, достоинства и прочие наблюдения — отправляйте через Намжала. Если сломается какая-то из машинок, пришлём новую. На волокуше — запас болтов. Делали в расчёте по сто штук на человека. Из них по десять болтов с бронзовыми наконечниками. Вот их берегите. Они для серьёзной добычи. А ещё по тридцать болтов на каждую из трёх модификаций. Какие лучше — тоже определять

вам. Ну вот как-то так… Всё… Вано!

— Ась? — отозвался я, с энтузиазмом рассматривая арбалет Мелкого.

— В пути не задерживайтесь… Ну, постарайтесь не задерживаться! С моими знакомься на привалах. Главный среди них — Тихон, а вас друг другу представлять не надо! Всех покажет, всё расскажет. На волокушах припасы: рыба, мясо, сушёные фрукты, рационы. И четыре десятка «лечилок». В тюках из кожи — товары для Намжала. К нему же будем присылать дополнительные припасы для вас. Что смогли — собрали. Всё… — Витя поднял руку ладонью вперёд и объявил: — Удачи, мужики… И дамы! Ждём ваших отчётов.

— Двинули! — решил я, махнув рукой Вите. — Кто на волокуши первый?

Разбирать болты и припасы, выделенные городом, прямо сейчас было некогда. Тихон определил пару мужчин на волокуши, а дальше наш сводный отряд двинулся на восток в предутреннем сумраке, навстречу восходящему солнцу.

Дневник Листова И. А.

День шестьдесят восьмой. Испытания в пути.

Ушли мы километров на пятнадцать от города, прежде чем начались первые неприятности. Точнее, не так. Или не совсем так. Неприятности-то начались почти сразу. Вот только они не были особо серьёзными. Поначалу.

Просто, чем теплее становилось, тем больше активизировались насекомые. Весной-то их особо не было, но мы, наивные выходцы из мегаполисов, тогда ещё этого не могли оценить.

А вот сейчас, ближе к лету, они повылазили из всех щелей, яростно атакуя местную фауну. Ну и нас заодно, раз уж мы к этой самой фауне примкнули. И спасения от этих летающих, ползающих и кусучих тварей практически не было. Хорошо ещё, Алтарное от них не страдало. А всё из-за каменистой почвы вокруг скалы. Это оказалось огромным благом для города. Нет растений и травы — нет гнуса.

А стоило отойти подальше — и всё. Баста, карапузики! Жизнь наша превратилась в ад. Все открытые участки тела попали под атаку кровожадных полчищ. И средства против них найти не получалось. Единственный вариант, который мы знали — обмазаться глиной и илом из реки. Так мы и поступили, став похожими на грязных, но очень довольных свинок.

А вот трём питомцам, которые шли с нами — Русому, Хромой и Шраму — пришлось и дальше страдать. Из-за собственного же упрямства. Против обёртывания грязью они решительно возражали, посылая нам недвусмысленные сигналы. О том, как жестоко отомстят ночью (и в рюкзаки, и в волокуши, и в обувь), если мы испачкаем их драгоценную шерсть.

Впрочем, чего это я про страдания? Всё плохое, что происходит с Русым,

он превращает в развлечение. После чего уже не страдает, а наслаждается. Вот и в этот раз он всем вокруг доказывал, что мошкара — это не только писк, жужжание и укусы, но ещё и неплохая белковая подкормка. Прямо на ходу. Этот гад высовывал язык и ждал, когда на него присядет хотя бы десяток крылатых кровопийц. А затем быстро убирал назад.

Нельзя сказать, что его план проходил без сучка без задоринки… Частенько его-таки успевали укусить, отчего язык постепенно распухал. Но разве же для Русого это беда? Больше язык — больше добычи! Сука, мне бы столько оптимизма, как у этого куска дури, стыдливо прикрытой мехом!.. Даже завидую ему…

Именно питомцы и предупредили нас о новой беде.

Сначала насторожилась Хромая. Несколько раз она отбегала в сторону и водила носом, нервно втягивая воздух. А затем возвращалась с очень беспокойным видом. Но Пилигриму ничего глаза в глаза не передавала. Видимо, ещё сомневалась, не почудилось ли ей.

Следом навострил уши Шрам. Его тоже что-то тревожило.

А потом неожиданно опомнился Русый. Однако, в отличие от других, он решил не заморачиваться. Ни мыслеобразами, ни тем, чтобы здраво взвесить свои подозрения.

Просто вцепился зубами мне в штанину, мешая идти.

— Да что тебе надо-то? — удивился я.

Русый отпустил штанину и отбежал в сторону. А потом вернулся, снова куснул меня за штанину — и снова отбежал.

Причём, отбегал он каждый раз в одну и ту же сторону. В направлении реки.

— Нам идти туда? — удивился я.

Русый понял, что его поняли. И, радостно наплевав на любые наши сомнения, со всех лап припустил к берегу. Пришлось отдать приказ, чтобы весь отряд следовал за ним.

Как оказалось, лохматое недоразумение точно знало, что делает.

В этом месте река разделялась на два рукава. При этом между ними образовался небольшой каменистый островок с высоким валуном в центре. В обоих рукавах течение было бурным, а вода — довольно глубокой. Но перейти на островок у нас всё-таки получилось. По россыпи высоких камней, то там, то здесь выступавших из воды.

Зачем надо было переходить? А потому что на горизонте, за нашими спинами, появилась стая бестий. Голов эдак в двадцать. Как её занесло сюда — ума не приложу. Впрочем, мы приближались к горам, а у бестий там всё-таки дом. Значит, сильно удивляться не стоило.

При этом наша численность вообще не смутила стаю из двадцати зверюг. Привыкли, видимо, что двуногие не слишком-то хорошо сопротивляются. И двигались эти гады напрямую к нам, даже не прячась и не скрывая своих намерений.

Сложности на переправе возникли только из-за волокуши. Её по камням тащить было тяжело. Правда, надолго нас это не задержало. Нежелание попадать на зуб к бестиям подгоняло не хуже любого допинга. И вскоре мы уже стояли на острове, готовясь отстреливаться.

— Ружья и винтовки используем только в крайнем случае! — предупредил я. — Нужно тестировать арбалеты. Вот этим и займёмся…