Город Леиматри
Шрифт:
ГЛАВА ДЕВЯТАЯ. НЕСЧАСТНЫЙ СЛУЧАЙ
Июнь, 2018 год
Мост через реку в южной части Города давно не пользовался популярностью. Раньше горожане ездили на дачи, но со временем разленились и забросили их, да и сам путепровод стал рушиться. Автобусы сняли с рейса. Обычно тут собирались компании школьников, особенно в летнее время, когда заняться было нечем.
В этот день к сооружению подъехала компания на двух мопедах.
– Крис, прошу, - 16-летний Мирон протянул руку спутнице.
–
Двое девушек наперегонки забежали на мост. Парни не спеша шли следом. 15-летняя Кристина Ильева с подругой Машей - обе жили в приюте - давно мечтали пофотографироваться, вид здесь открывался потрясающий. Выпал такой ясный день, когда туман на время исчез, вокруг все цвело, стрекотало и пахло.
– Скажи, он тебе нравится?
– доставала Маша, позируя перед камерой телефона.
– Мирон какой-то грубый, тебе не кажется?
Крис молчала и легкомысленно хихикала. Давно ей не было так радостно.
– Нравится или нет - не твое дело. Мы просто играем в одной группе, и всего-то. А вот этот долговязый Сеня вообще не симпатичный, зато как поглядывает в твою сторону!
– И они оба мажоры, - подметила подруга. Обе прыснули.
– Ну что, девочки, покорим соцсети?
– прогремел голос Мирона Громова. Парень был одет с иголочки во все фирменное. Ходил вальяжно и немного лениво.
– Я прыгать не стану, - вроде пошутила Кристина. Разговора об этом не было, ехали просто сменить обстановку. Да и воду она не любила. «Там же рыбы!» - всегда отнекивалась от предложений поехать на пляж.
Мирон нахмурился. В условиях безотказности, которые создали богатенькие родители, он рос семнадцать лет. Стоит ли говорить, что любой разговор, в котором звучало слово «нет», парень воспринимал как конфликт. Мирон нахмурил густые брови, вплотную подошел к девушке и стал упрашивать.
– Слушай, мы ехали час. Не просто же видом полюбоваться? У нас канал на ютьюб тухнет без новых видео. Сеня снимет, у него камера с высоким разрешением, а ты сиганешь. Тут всего-то метров десять.
– Двадцать восемь, - поправила Маша.
Кристина выпучила голубые глазища, которые вмиг наполнились слезами.
– Нет, еще раз нет! Хочешь - сам сигай. Я вообще высоты боюсь. Вы обалдели? С чего вдруг я?
– Ты же говорила как-то, что любишь экстрим, - напомнил Сеня.
Парни заржали. Видно, для них все было развлечением. Наигравшись в приставку, они маялись дурью и не знали, чем заняться. Мирону Крис приглянулась на репетициях, да и быстро согласилась погулять. Тем более, размышлял старшеклассник, у нее нет родителей, и ему, если что, точно не влетит.
– Я люблю велоспорт, - сухо ответила Крис, уходя в сторону берега.
– Ладно, жду вас там. Прыгайте, сколько хотите.
Но не тут-то было. Мирон вмиг разозлился, как было в случаях, когда родители отказывали в покупке дорогой ненужной вещи.
–
– приказал он и схватил девушку за руку.
– Эй, Мирон, прекрати, - вступилась Машка. И набросилась на Сеню: - Ну, чего ты стоишь?
Тот громко смеялся, включая камеру.
– Толкай ее! Получится круто!
Маша не успела ничего сделать: накачанный Мирон сбросил Кристину вниз, как перышко, и потер ладони. Та не успела сгруппироваться, плашмя ударяясь о ровную гладь воды.
– Снимаешь?
– спросил он возбужденно.
Пока ребята радовались, оставшаяся на мосту девушка забила панику:
– Она не всплывает! Вы слышите, что вы наделали? Вы убили ее!
В глазах Мирона появился страх. Он секунды метался по мосту, как ужаленный, потом рыкнул, снял ботинки и прыгнул вслед. Сеня продолжал все фиксировать на айфон. Удача, но виновник случившегося сумел вовремя вытащить Кристину на сушу. Он долго делал искусственное дыхание, прямой массаж сердца, бил ее по лицу. В момент, когда оставшиеся ребята прибежали к ним на помощь, Крис выплюнула воду и стала кашлять.
С того злополучного дня прошел месяц. Жертва несчастного случая - так ее называли полицейские, подкупленные родителями Мирона - находилась в больнице. Врачи поставили неутешительный диагноз.
– Вот твоя инвалидная коляска, - медсестра закатила страшное на вид кресло в ее палату.
– Не плачь, деточка, зато ты осталась жива.
От этих слов Крис разрыдалась во весь голос. И не умолкала до самого вечера. До последнего она верила, что придут врачи и скажут «Иди, ты снова можешь». Но ничего такого не происходило. И не произойдет. Как же она проклинала тот злополучный день, этого хама и грубияна Мирона! Как же она ненавидела его семью, заплатившую за свободу своего сына!
«Если бы у меня был хоть маленький шанс встать и добраться до него, он бы за все ответил!»
– О, это я устрою, моя бедная Крис, - голос, полный сожаления и отмщения, прозвучал над головой. В стороне стоял мужчина, совершенно необычный - с пепельными волосами и хитрым взглядом. Он неторопливо обошел кровать.
– Я принес твой любимый гамбургер.
Незнакомец был любезен. Задавать ему вопросы казалось полной нелепицей. Крис недоуменно наблюдала за мельтешением - гость раскладывал огромный бутерброд на полочку - и, наконец, спросила:
– Вы из приюта, да?
Это было логично. Пришел какой-нибудь дядечка из опеки, вдруг ее переводят в другой город. Вариант с семьей отпадал - кому теперь она, инвалидка, нужна?
– О, дорогуша, ты меня с кем-то спутала. Я - Леиматри собственной персоной. По секрету: этот Город мой.
– Вы мэр что ли?
– насторожилась девушка, поднимаясь на руках. Встать и уйти в коридор она не могла, а кричать без явной причины ей стало неудобно.