Город-крепость
Шрифт:
Остальные девушки тоже это чувствуют — войну возможностей. Инь Юй стала первой, кто ушел. В наше четвертое утро в доме Санов мы обнаружили её циновку пустой. Всю одежду, что купила ей миссис Сан, она оставила сложенной аккуратной стопочкой. Потом пустых циновок стало больше, и в конце концов опустели и несколько кроватей в общежитии, где спали девушки из других коридоров борделя. Всегда, всегда в конечном итоге, они возвращались в Хак-Нам, к озаренным алыми фонарями дверным проемам и старым дорогам. Обратно во тьму.
Консультанты говорят, что и это тоже нормально. Каждые две недели они вместе с миссис Сан ходят в Город-Крепость,
Сложно представить, что подобное место может стать парком — все зеленое, много солнца и растений. Что здесь цветут ярко-красные гибискусы и пурпурные бугенвиллеи.
Но так будет. Когда-нибудь.
И Дей. Он остался в доме отца и занимается с репетиторами, чтобы наверстать упущенные годы. В его руках целый неизведанный мир — университеты и путешествия. Он очень любит об этом разглагольствовать. А еще он любит использовать местоимение "мы".
Наш мир меняется, но кое-что остается неизменным. Постоянным, как прилив.
Каждое воскресенье мы берем машину и едем на юг Сенг-Нгои, подальше от дымных городских труб и многолюдных набережных. Едем туда, где берег покрыт камнями и ракушками. Джин Линь сворачивается на покрывале со своей вездесущей стопкой книг, перелистывая страницу за страницей и читая вслух, облекая косые чернила в слова. Я порой завидую тому, насколько быстро она все схватывает. Мы учимся в одном классе (вместе с Нуо, Вень Ки и несколькими мальчишками-беспризорниками). Но это ненадолго. Джин Линь уже прикончила три книги, которые дал ей учитель, но по-прежнему голодна до знаний. Мне кажется, это все потому, что ей разрешили приводить в школу Кма. Этот кот, словно часть её гардероба. Она даже иногда берет его с собой на берег, где он терпеливо сидит на покрывале, гоняясь за мелкими крабами, когда те высовываются из своих норок.
За одним, ощетинившись, он сейчас наблюдает. Если бы у него был хвост, он бы сейчас дергался.
— Эй, Мей Юи! — Лицо Джин Линь расплывается в широкой улыбке, когда она выглядывает из-за книги. Одной из стопки книг, что лежат в прежней комнате Хиро. Дей притащил ей целую кучу. — А ты знаешь, что в океане под водой есть целые горы?
Прикрываю глаза и поворачиваюсь обратно к воде. Пытаюсь представить высокие горы под ней. Помню, как мы веселились, когда Синь сказала нам то же самое. Каким невозможным нам казалось то, что такая высота способна оказаться в подобной глубине.
Оглядываюсь на сестру, и меня поражает то, насколько она похожа на мою подругу, — когда она устроилась на покрывале с книгой в руках, а на лицо падает свет. Она даже пытается заплетать волосы в косу, как это делала Синь. Она просит меня заплетать её каждое утро, я выполняю пожелание. Но они еще слишком коротки. Однако мне удается разделить их на три пряди, и я создаю из них единое целое. Нечто сильное, как и она сама.
Некоторые шрамы остаются с тобой навсегда.
Но они проходят. Шаг за шагом. День за днем. Выбор за выбором. Я разрываю решетку и кирпичи.
Я обновляюсь.
— Это написано прямо здесь! — Джин Линь тычет пальцем в блестящую страницу. Именно в этот момент Кма прыгает, зарываясь носом в песок. Судя по всему, он ничего не поймал. Он растолстел и обленился, сейчас ему не нужно охотиться на крыс размером с него самого. — Видишь?
— Может, вместо того чтобы читать про океан, ты испробуешь его на себе?
Я всего лишь её дразню, но моя младшая сестра вскакивает и несется вниз к воде.
— Куда это Джин?
Я оглядываюсь и вижу, как босой Дей идет по песку. Его джинсы завернуты почти до колен, а белый V-образный вырез футболки сияет на полуденном солнце. Так ярко, что мне приходится закрыть глаза.
— Прогуляться.
— Я принес нам обед.
Он ковыряет пальцами песок, оседая на покрывало рядом со мной. Его коричневый пакет лежит на коленях, и я улавливаю знакомый запах фаршированных булочек.
Кма не единственный, кто набрал вес.
— Позвать её обратно? — Я смотрю в направлении сестры. Отлив сегодня случился рано, он оставил за собой ковер из ракушек. Джин Линь шагает промеж них как балерина, наклоняясь и поднимая некоторые. Когда она наконец добирается до воды, то начинает выбрасывать их обратно, наблюдая за тем, как они исчезают в синеве. Никогда не видела, чтобы сестра вела себя как ребенок. Даже когда им была.
— Не надо. Пусть. Ей хорошо, — качает головой Дей и улыбается мне. — К тому же я пока не голоден.
Его улыбка похожа на море. Не уверена, что она мне когда-нибудь надоест. Я закрываю глаза и впитываю летнее тепло все кожей, всем лицом. Промозглая сырость воспоминаний о Синь медленно испаряется, вместе с другими вещами. Возникают горы, скрытые где-то в глубине.
Дей обнимает меня за плечи, и я прислоняюсь к нему. Открываю глаза и смотрю вперед. Туда, где моя сестра стоит на ковре из ракушек, бросая одну за одной в море.
— Забавно, — рядом со мной бормочет Дей.
— Что?
— Ничего... Просто такое ощущение, что я уже здесь бывал. — Уголки его губ изгибаются. — Дежавю.
Слово иностранное, но не похоже на английский, который я учу.
— Это плохо?
— Нет, — говорит он и переводит взгляд на меня. — Не плохо. Замечательно. Это просто замечательно.
Наши губы так близко, всего на расстоянии вздоха.
Мой мальчик из-за окна всегда очень аккуратен и нежен. Он всегда ждет, пока я сделаю выбор, пока протяну руку, пока впущу его. Я наклоняюсь ближе, и мягкость его губ касается моих. У меня в груди появляется вспышка, полная жизни, жизни, жизни. Пальцы Дея порхают по моим щекам, щекоча и дразня, словно феникс в полете. Мы вместе, в этом пространстве без решеток и стекла. Там, где мы и хотим быть.