Город Кешей [= Город часчей; Город обмана]

Вэнс Джек Холбрук

Трез Онмале бросил сердитый взгляд на работавших поблизости женщин и сделал резкий жест.

– Исчезните отсюда! У нас мужской разговор!

Женщины со своей болтовней исчезли, и Трез Онмале с отвращением посмотрел им вслед:

– Сейчас эта глупость разнесется по всему лагерю, и колдуны будут недовольны. Я объясню тебе настоящее происхождение людей. Ты уже видел луны. Розовая называется Эз – родина благословенных. Голубая луна Брез – место мук и сомнений, куда попадают плохие люди, особенно те, кто обесчестил свою эмблему. Когда-то, очень давно, две луны столкнулись. Тысячи людей

упали оттуда на Чай и попытались снова вернуться на Эз – как хорошие, так и плохие. Но судьи, черпающие свою мудрость из шаров, которые они носят, отделяют плохих людей от хороших и отсылают их в известное им место.

– Как интересно! – воскликнул Рейт. – Но как же обстоит дело с кешами и дирдирами?

– Они не люди. Они пришли на Чай со звезд так же, как и вонки. Кеш-люди и дирдир-люди – грязные гибриды. Пнумы и фанги – это выброс северных пещер. Всех их мы с удовольствием убиваем. – Он искоса посмотрел на Рейта. – Если ты происходишь из иного мира, а не с Чая, то ты не можешь быть человеком, и я должен разрешить убить тебя.

– Мне это кажется довольно негостеприимным, – возразил Рейт. – В конце концов, я ничего плохого вам не сделал.

Жест Треза Онмале должен был выразить мысль, что эти возражения не имеют значения.

– Я сообщу тебе о своем решении, – пообещал он.

Рейт упражнял обессилевшие члены, и ускоренно совершенствовался в языке. Он узнал, что краты не имели постоянного места жительства, а кочевали по огромной степи Эмен, занимающей большую часть юга континента Котан. Кроме Котана, на планете были и другие континенты: Кослован на юге, Тархан, Кахан и Pax на противоположной стороне Чая. Другие племена кочевников бродили по иным степям континента. В маршах и лесах на юге жили людоеды и великаны, которые обладали отчасти нечеловеческими чертами. Синие кеши жили на западе Котана; дирдиры предпочитали холодный климат и жили на полуострове Хаулк на юго-западе Кослована и на северном побережье Хорхана.

На Чае жила и другая чужая раса – вонки. Но эмблемные люди знали о них мало. Была на Чае и призрачная раса пнумов, а также их сумасшедшие родственники фанги. Когда краты говорили о них, то понижали голос и постоянно оглядывались.

Прошло некоторое время – дни странных событий и ночи сомнений и тоски по Земле. Кости Рейта срастались, и он постепенно осваивался в лагере.

За холмом, в месте, защищенном от ветра, краты построили около пятидесяти хижин. Крыши плотно прилегали друг к другу, что давало возможность использовать их в качестве защитных сооружений от оползней. За хижинами стояли огромные шестиколесные повозки с моторами, замаскированные брезентом.

Рейта это удивляло, и он не отказался бы рассмотреть их поближе. Но банда мальчишек постоянно ходила за ним по пятам. Казалось, они чувствовали в нем чужого, и это их воодушевляло. Воины, наоборот, его не замечали. Мужчина без эмблемы был не более, чем призраком.

На другом конце лагеря Рейт обнаружил громадную машину, смонтированную на большой повозке – огромную катапульту с метательным рычагом длиной более пятнадцати метров Осадная машина? С одной стороны она была раскрашена розовыми кружками, с другой – голубыми. Рейт предположил, что это, должно быть,

символические изображения обеих лун – Эза и Бреза.

Из дней и недель сложился месяц, Рейту была непонятна бездеятельность племени. Ведь они кочевники. Почему же так долго оставались в этом лагере? День за днем разъезжались разведчики в разные стороны, а черная корзина поднималась вверх, и ноги наблюдателя болтались в отверстиях днища. Воины, по всей видимости, устроили себе отдых, который они использовали преимущественно для проверки своего оружия. Оно у них было трех видов: длинные, очень гибкие рапиры с режущей стороной и острым концом, катапульты, приводившиеся в действие эластичным шнуром и запускавшие оперенные стрелы, и, наконец, треугольные щиты длиной примерно до ноги, расширяющиеся книзу, с растянутыми острыми сторонами, которые служили бьющим и режущим оружием и метательным снарядом.

Сначала за Рейтом ухаживала восьмилетняя девочка, затем старуха с высохшим лицом и, наконец, молодая девушка, которую можно было бы назвать миловидной, если бы не безрадостное выражение на ее лице. Малышке было лет восемнадцать, у нее были правильные черты лица и красивые светлые волосы, в которых постоянно висели сухие стебли и ветки Ходила она босиком и носила бесформенное платье из грубого серого материала.

Однажды, когда Рейт сидел на скамейке, девушка проходила мимо. Он поймал ее и посадил к себе на колени.

– Чего ты от меня хочешь? – испуганно спросила она. Девушка пахла травой, степным мхом и немножко шерстью. Успокаивая, Рейт погладил ее по волосам.

– Сиди спокойно, – сказал он – Я хочу вычесать у тебя из волос солому.

Она сидела спокойно, однако смотрела на него краем глаза, хоть и покорно, но в некотором замешательстве и чувствовала себя довольно неуютно. Рейт сначала расчесывал ее волосы пальцами, а потом куском разломанной деревяшки.

– Ну видишь, теперь ты красивая, – сделал вывод Рейт. Как во сне малышка продолжала сидеть, потом поднялась.

– Мне надо идти, – испуганно прошептала она. – Нас может кто-нибудь увидеть.

Рейт с удовольствием бы ее не отпускал, но, тем не менее, задерживать не стал.

На следующий день они случайно встретились, и на этот раз ее волосы были аккуратно расчесаны. Она остановилась и оглянулась на него. Ее взгляд и осанка напоминали Рейту Землю, и ему стало грустно. Дома он назвал бы девушку красивой. Но здесь, в степи Эмен, таким мелочам, казалось, значения не придавали. Он протянул ей руки, и она подошла, как будто он ее притягивал. Это, конечно, был исключительный случай, так как она знала обычаи своего племени. Рейт положил руку ей на плечо, потом привлек к себе и поцеловал. Девушка смутилась.

– С тобой еще никто так не поступал? – спросил он.

– Нет, но это кажется мне очень милым. Сделай так еще раз.

Рейт вздохнул. А почему бы и нет? Внезапно он услышал шаги, и сильный удар сбил его с ног. Однако потока слов, обрушившегося на него вслед за этим, он не понял. Чей-то сапог ударил его по ребрам, и едва зажившие плечи сильно заболели.

От смущения и страха девушка прижала кулаки ко рту. Человек начал бить и пинать ее, выкрикивая проклятия и ругательства.